Запах Вереска (СИ) - "Kapkan" - Страница 60

Все не должно быть так. Маркус на его руках превращается обратно в человека. Рана на плече ужасна, из-под рваных кусков плоти и белых жил видны кости. Кровь не останавливается и вскоре пропитывает тунику Кайрена. Брат бледен, губы его посинели, а пальцы холодны. Лекарь принимает его прямо в бывшей столовой, в которой сейчас размещены все раненые. Диана уже здесь, она держит его здоровую руку и молится всем богам, чтобы он очнулся. Руки Кайрена в крови, и он больше не чувствует, как дрожит от напряжения тело. Сейчас он оглушен, и в нем поднимается неконтролируемая злость. Их не оставят в покое никогда. Просто перебьют до рассвета, и никто им не помешает. Как их сумели найти – это уже другой вопрос. Сейчас самое главное уйти. Потому что замок больше не выдержит...

Никто больше не стоит на стенах. Никто не дерется и не отвечает на очередной град стрел, словно замок пуст. Но это не так. Вампиры чувствуют, как бешено бьются сердца тех, кто внутри, но почему-то этот звук становится тише. Валентин не понимает, почему, и это бесит его. Свилион о чем-то догадывается, это видно по блеску его глаз, и Анрис готов поклясться, что ничем хорошим эта ночь не кончится. Впервые в своей жизни он жалеет о том, что сотворил, но исправить хоть что-нибудь уже не может. Не может и тогда, когда Пожиратели врываются в опустевший замок и рыщут в поиске добычи. Они обшаривают весь замок и собираются в восточном крыле. Воя и царапая каменный пол прямо там, где узор в виде клубка змей. Они бьют по нему и пытаются добраться до того, что спрятано под ним. Валентин не желает тратить время впустую. И никто из тех, кто внизу, не знает, что должно сейчас произойти.

Они скрылись в катакомбах вовремя, прямо перед тем, как внутренние двери не выдержали и разлетелись в щепки. Но, в отличие от замка, в каменном мешке было тихо. Освещая себе путь факелами, они пытались двигаться быстрей. Пожиратели скоро учуют их, и это только вопрос времени. Коридор петляет за коридором. Вокруг спертый воздух, и вместе с надсадным кашлем раненых слышен детский плач. Женщины, как могут, успокаивают детей, а мужчины напряженно вслушиваются, пытаясь отследить малейшую опасность. Но этого все равно недостаточно, чтобы услышать, как шепчут мечники, и как трещит клубок молний над ними.

Клубок растет, и треск его с каждой минутой еще сильней. Молнии распутываются подобно диким нитям и достигают высокого потолка. Они сворачиваются и начинают сиять до тех пор, пока наэлектризованный воздух не взрывается. Яркий голубой свет за несколько секунд наполняет все вокруг и ударной волной сметает всю мебель. За ним следует оглушительный грохот взрыва, и стены разлетаются на куски. Шум стоит такой, что в пору уже оглохнуть. Замок ходуном ходит и рушится на глазах. От крепких высоких стен не остается ничего. Стекла давно лежат осколками среди каменной крошки. Блодхарт стонет, и его колотит от новых взрывов и криков. И среди этого гама никто не слышит голоса тех, кто все еще находится под замком. Те с ужасом цепляются друг за друга и пытаются спастись. Потолок не выдерживает после второго взрыва. Он с грохотом рушится на них, и только чудом удается избежать потерь, а вот раненых – нет. И среди них Кайрен, только успевший оттащить к себе Ивона и закрыть собой.

Огромный кусок гранита пришелся по голове и распорол висок. В ушах все еще звенит, а по морде течет вязкая темная кровь. Он с трудом может расслышать голос белокурого воина, вцепившегося в него и что-то кричавшего каменной груде. Зашипев от назойливой боли и тряхнув многострадальной головой, он фокусирует взгляд и с замирающим сердцем понимает, в какую ловушку они попали. Путь намертво перегородило завалом, оба они ранены, и в воздухе уже смердит Пожирателями. А с другой стороны слышно, как кричит Диана, как скулят и рычат его волки. Они пытаются разобрать камни и просят держаться. Голос Дианы дрожит, и она напряжена до предела. Кайрену кажется, что если он принюхается, то все еще почувствует запах крови Маркуса, идущий от нее.

- Уходи! – приняв за обоих решение, кричит Ивон и сильней сжимает его лапу, – они уже здесь!

- Мы не бросим вас! – девушка чуть ли не плачет, – Иви, я не уйду без вас!

- Ты не слышала брата, малявка?! – рычит Кайрен и, поднявшись, скалится, смотря в ее глаза сквозь узкую щель между камнями.

- Пошел в задницу, ублюдок мохнатый! – орет она и, размазывая по лицу слезы, бьет по камням, – мы вас вытащим, еще минуту.

- Все будет хорошо, сестричка, – мягкий и спокойный голос Ивона даже не дрожит, когда за спиной он слышит рычание.

И его полуулыбка – это последнее, что она видит. В следующею минуту раздается очередной взрыв, и остальная часть коридора рушится, намертво отгородив их друг от друга. Потолок опасно скрипит и с него сыплется земля. Диана смотрит на глухую груду камней и чувствует, что задыхается. Она жадно ловит ртом воздух, и все плывет перед глазами. В себя ее приводят глухая пощечина и белое, словно полотно, лицо ее молодого капитана.

- Извиняюсь, – шепчет он, и голос его срывается, – командир, мы без тебя не выберемся!

Потолок трещит по швам, и все вокруг смотрят на нее, ожидая, что она их спасет. Рядом нет никого, кто бы ей помог, кто бы поддержал. Маркус все еще бледен, и его все сильней скручивает от нехватки воздуха. Если она их сейчас не уведет, то эти катакомбы навечно станут их могилой, и больше никто не сможет помочь Ивону и Кайрену. Так что, она принимает самое трудное в своей жизни решение, она бросает их...

*

Блодхарт блестит алым в сотнях языках пламени. Половина его стен лежит в руинах, северная башня горит словно факел, и над высокими крышами раздается грохот молний и дикое рычание. Вампиров не сдерживает ничего, они уже наводнили весь двор и продолжают идти к последним, оставшимся здесь, волку и вампиру. Две легенды Драгмирии, примеры подражания и слепого боготворения, сейчас они отчаянно пытаются выжить и прорваться сквозь постепенно смыкающееся вокруг них кольцо. С ног до головы измазанные в крови и с диким безумием в глазах. Это два диких зверя, скалящихся и рычащих. Разрывающих всех, кто смеет встать на их пути.

Их опять разделили, загнав в ловушку и пытаясь добить, но ни черный альфа, ни его вампир, не собираются сдаваться. Они дерутся отчаянно, пытаясь дотянуться друг до друга. Отчаянно пытаясь защитить и спасти. Но стоило только вылезти из разрушенных катакомб, как они напоролись на солдат, и теперь который час шел ожесточенный бой. Он набирал обороты и совершенно не собирался заканчиваться, потому что никто из них не собирался проиграть.

Кайрен больше не обращал внимания ни на вампиров, ни на собственные раны, сейчас его внимание было приковано к Пожирателям. Он укрыл спиной все еще дерущегося Ивона и не собирался подпускать этих тварей к нему, чего бы ему это не стоило. Альфа спокойно позволил себе стать их главной добычей и с еще более диким азартом кинулся в бой. Барахтаясь в пыли и бесконечно разрывая и ломая черных тварей. Рыча и с наслаждением слыша очередной вой боли. Для него не имеют значения рваные укусы, оставленные на плече и бедре, которые не переставая кровоточат, ни усталость, с каждой минутой ближе пробирающаяся к напряженному до предела телу. Но все исчезает в один миг, когда за спиной слышится полный боли вой и необычно ярко ощущающийся хруст костей. Он оборачивается так резко, что успевает увидеть падающего на каменный пол белокурого хладного и его поломанные крылья, из которых торчат два острых крюка с длинными цепями, которыми его тащат по каменному полу.

Кайрен ревет и пытается добраться до него, но его скручивает очередной укус, и Пожиратели накидываются теперь всем скопом. Они рвут в клочья его тело, но он все равно не может отвести глаз от Ивона, корчившегося от боли и пытающегося вырваться из все больше опутывающих его цепей. Он видит его ровно до тех пор, пока за очередную попытку вырваться его не хватают огромной лапой за голову и с силой бьют по каменным ступенькам. После этого мир перед глазами темнеет и теряет все звуки...