Запах Вереска (СИ) - "Kapkan" - Страница 33

— Мой Иви… Моя луна… — шепот, как удар раскаленного металла по обнаженным нервам.

Он заставляет всхлипнуть и еще тесней прижаться к огромному волку. Окончательно потеряв голову. Ивон жадно трется о крепкое тело, с садистским удовольствием чувствуя тугую спираль, закручивающуюся глубоко внутри и заставляющую низ живота наливаться тяжестью. Добиваясь звериного рыка и глубоких борозд от черных когтей на заросшем мхом камне. Извращенная ласка, от которой слабеют ноги и темнеет перед глазами. Еще мгновение, и, до боли вцепившись в крепкие бедра, волк начинает двигаться навстречу. Позволяя себе раствориться в своей паре.

Но продолжаться так больше не может. Сейчас не место и не время. И... приходится остановиться, хотя так хочется плюнуть на все и прямо здесь устроить такой марафон, чтобы до самих границ были слышны крики всегда холодного и неприступного командира мечников. А расфокусированный взгляд и искусанные губы еще больше искушают. Но Кайрен заставляет себя оторваться от него и отступить. Еще минуту они смотрят друг на друга и тяжело дышат. Оба понимают, что это совсем не конец. Это лишь начало. Ивон тяжело сглатывает, стоит только увидеть горящий взгляд золотых глаз. Альфа довольно скалится и облизывается, не отрывая глаз от розовеющих щек хладного и его блестящего взора.

Однако раздавшийся вдалеке волчий вой заставляет встрепенуться и, наконец, сбросить остатки наваждения. Стая ждет, кроме того, их активно ищут, а он здесь занят совершенно непристойными мыслями, связанными с одним конкретным вампиром.

— Ты должен идти, — намертво вцепившись в камни у себя за спиной, хрипло произнес Ивон, неосмотрительно облизав сухие губы.

— Завтра, — рыкнул Кайрен и начал пятиться назад, — на нашем месте. Я буду ждать тебя…

Он исчезает бесшумно, оставляя за собой сладкий запах, все еще щекочущий вены. Ивон придет. На закате он будет там. Мечник все еще не знает, что ни следующей ночью, ни через день ему так и не удастся увидеть своего зверя. На следующий день его неудавшийся тесть предстанет перед Валентином и, сверкая от гордости, объявит, что его наемники везут в дар повелителю голову златоглазого вожака оборотней…

====== Секрет твой – Секрет мой ======

Я стою в стороне,

Я смотрю издалека.

Должен ли я предложить тебе помощь?

Должно ли меня волновать, кто ты?

Любовь причиняет боль всем нам,

И каждый несет свой крест.

Но чтобы понять друг друга*,

Нам нужно разделить наши заботы.

Доверься мне. Доверься мне.

Я могу сохранить тайну

И выбросить ключ от неё.

Но иногда надо забыться,

И дать надежду нашим детям...

Hurts – “Confide in Me”

Наши дни

Двадцать первый век. Время прогресса и огромного скачка в развитии. Технологии не стоят на месте, и мир меняется со страшной скоростью. Вместе с ним меняются и люди. Традиции уходят все дальше, а их место занимает алчная, агрессивная и жестокая потребность удовлетворения собственных желаний. Меняются эталоны подражания и даже вера. То, что когда-то было свято хранимой историей, сейчас превратилось в сказки и небылицы. Короли древности и могучие воины сняты со своих пьедесталов и обращены в героев третьесортных бульварных романчиков или стали посмешищем в дешевых фильмах. От фарфоровых героев Энн Райс до губастых придурков с синдромом «Ты мой персональный сорт героина». После чего половина человечества, а то и большая ее часть, сходит с ума и чуть ли не бьется в экстазе. Но Бездна задери, иногда так хочется свернуть шеи всем этим слабоумным ничтожествам! Первые несколько сотен лет это забавляло, но теперь начало откровенно бесить. И сделать ничего невозможно, потому что трехсторонний договор о вечном мире еще никто не отменял. Только это по-прежнему удерживало от методичного уничтожения половины населения планеты. Сама эта половина ни о чем не знала и продолжала нервировать другую половину. Люди даже не догадывались о том, что живут рука об руку со своим самым страшным ночным кошмаром.

Они были везде. Проникли во все отрасли жизни и прочно затерялись среди простых смертных. Чей-то улыбчивый сосед, строгий начальник, врач от бога с золотыми руками, служитель закона, конченый бизнесмен, экстравагантный дизайнер и Бог знает еще кто. Единственными, кто знал в прямом смысле о разношерстности своих граждан, была самая верхушка правительства. Причем, очень многих стран. Собственно, именно с этой верхушкой и был договор, который обновлялся каждые двадцать лет. Все было очень просто. Люди не трогали вампиров и оборотней, а те в свою очередь не охотились на них. Подчинялись только своим законам и своим главам. Но в то же время отчасти следовали человеческим законам. Благодаря этому все стороны были в выигрыше. Кроме этого, был еще и второй договор. Более древний, заключенный между хладными и оборотнями...

Темноволосый мужчина поправил темные очки и полной грудью вдохнул прохладный воздух, наполнивший салон черной Бугатти. Машина гладко неслась по ленте трассы, и мерный гул мотора только успокаивал. Великолепно знающий предпочтение хозяина ездить с ветерком, водитель молча наблюдал за дорогой. В то время, как сидящий на пассажирском сидении хозяин безразлично разглядывал проносившийся мимо пейзаж.

Одетый в дорогой костюм, играющий изящными тонкими пальцами с золотым львом набалдашника трости. Несмотря на жаркую погоду, левая рука мужчины была затянута в черную кожаную перчатку. Когда-то прекрасное бледное лицо с аристократическими чертами было исчерчено уродливыми красными рубцами от шрамов. Губы сжаты в тонкую линию, а на скулах играли желваки. Непроницаемые стекла хорошо скрывают алый огонь, бушующий на дне глаз.

Прошло больше тысячи лет с тех пор, как он был здесь в последний раз. Лондон давно остался далеко позади, а впереди лежала дорога в графство Суррей. За городом Гилфорд, где начинались Суррейские холмы. Там, в глубине роскошного английского сада, стоял давно уже пустующий особняк семнадцатого века. Огромное массивное здание, скрытое за коваными воротами. Один из нескольких домов молодого Двора хладных, самым старшим которого было около тысячи лет. И неважно, сколько денег лежит на счетах. И неважно, сколько предприятий принадлежит вампирам сейчас. Даже огромная власть, открывающая любые двери перед ними, не сравнится с той потерей, которую им пришлось перенести. Десятки древних семей, бесследно исчезнувшие с лица земли, покореженные судьбы, упадок вековых традиций и откровенное хамство молодых, в которых страсти не обузданы. Все чаще кровь благородных смешивалась с человеческой или, того хуже, с низшими. Последствие одной единственной ошибки, совершенной много лет назад, за которую они расплачивались наравне со своими извечными врагами.

Состояние волков за эти годы улучшилось, и дела их пошли в гору, но свое былое величие они тоже утратили. Кайрен из рода Валгири... Он отлично «позаботился» о них всех. Сперва вырезал весь цвет Вампирского Двора, а потом сжег сердце волчьего племени – Белокаменный город. И в довершение устроил настоящую бойню в Совете Старейшин. Чудовище, лишенное разума и сострадания, жаждущее только крови, и неважно, чьей именно. Зверь, которого Валентин ненавидел люто. До дрожи в обглоданной до костей и мяса руке, до черных кругов перед глазами.

После тех зверств удалось выжить только нескольким. В числе которых был его старый советник, чудом избежавший своей участи лишь потому, что покинул Вампирский Двор сразу после ТЕХ событий. И он сам, последний правитель из своей династии. Лучше бы он умер в ту ночь, но все решили за него. Изуродовав все тело и вырвав крылья, оставляя с вечно кровоточащими ранами. Однако волки не умеют ни прощать, ни забывать. И зная это, Валентин покинул Драгмирию сразу после того, как был заключен мирный договор между вампирами и волками.

Скитаясь по миру и пытаясь восстановить былые силы. Но стоило только расслабиться хоть ненадолго, как беда врывалась в его жизнь, снова и снова забирая всех тех, кого он смел желать. На следующий же день находили их изуродованные, выпотрошенные и даже рваные обескровленные куски тел. С каждым днем все больше вгоняя его в одиночество и бессильную злость. И опять бег по кругу, где он меняет очередную страну, а его охотник следует по пятам, жарко дыша в затылок. Но на этот раз игра обещала быть другой.