Спасибо моей новенькой фритюрнице за чудесный ужин (СИ) - "Le Baiser Du Dragon и ankh976" - Страница 144

Лэйме увидел, что на балкон бывшего императорского дворца вышли семь владычиц высоких родов.

— Сограждане! Верные дочери и сыновья Империи, пришедшие защитить ее перед лицом падающей Бездны! — обратилась одна из них, и ее голос прогремел по всей площади, а обезличенный, словно собранный из семерых, образ отпечатался в глазах всех смотрящих.

Она — или они — говорила о том, что материнские объятия Тьмы всегда защищали их земли от живущей рядом Бездны, и что Тьма ныне сильна и укрепляется еще больше благодаря добродетели народа и неусыпной заботе благородных. И что боги столь явственно благословляют их усилия, что знаки и благословение это всем очевидны: сначала к ним начали возвращаться хаоситы, вечные защитники перед лицом Бездны, потом пришли на их сторону пламенные и принесли с собой Хаос, а потом и сама Бездна миновала их земли, пав лишь на искаженные территории. Она говорила недолго, но Лэйме ощущал, что помнит каждое сказанное слово неизменным — столько коллективной Силы высокородных было вложено в эту речь.

Заклятие тишины истаяло, и стало слышно дыхание и движения стоящих рядом.

— Будет ли война, владычица? — выкрикнул вдруг кто-то, и этот крик поддержало множество голосов.

— Настоящей войны не будет, ведь все, с кем мы могли бы воевать, будут заняты Бездной, — прогремел ответ. — Но ожидается множество беспорядков и прорывов. И те из вас, чьи сердца стремятся в армию, знайте — вас там ждут. Те, кто хочет записаться в отряды добровольных помощников спасателей и полицейских, будьте уверены — ваше стремление как никогда дорого. Те же из вас, кто беспрерывно трудился на благо Империи, кто защищал ее, кто горел сердцем за ее чистоту, справедливость и милосердие, — знайте, без вас ее бы не было и не будет.

Лэйме оглянулся и увидел, что большинство людей польщенно улыбается — безликая владычица умудрилась похвалить почти всех присутствующих, даже пламенные светились самодовольством, а клановые боевики делали вид, что они добропорядочные граждане. Владычицы удалились, а на площадь вдруг набежали лоточники и откуда-то выкатили бочки с горячим пряным вином.

“Горячие пирожки! С зайчатиной! С капусткой! Дешево! Вино достойным гражданам! Практически даром!”

Снова начали пускать фейерверки, на этот раз гораздо более дорогие и пышные, и третий муж Дейнаровой мамочки с гиканьем швырнул в один из фейерверков связку амулетов, но это не возымело никакого эффекта — лишь по краям огромных, распускающихся огнем цветов засверкали дополнительные крошечные точки.

Лэйме судорожно выдохнул и закрыл глаза — миновало, миновало — стучало в его голове. И еще он надеялся, что и в остальных городах Империи с паникой совладают так же легко. И тревожился о южных провинциях, от правителей которых нельзя было ожидать ни лести гражданам, ни снисхождения… И вдруг с болью осознал, что совсем не думает о попавшей под удар Родине. Но что было о ней думать? Слишком страшно и мучительно бессильно.

— Войны не будет, и Дейнар скоро вернется, совсем скоро, может быть, завтра, — прошептал Ясси, сжимая его руку.

Но Дейнар не вернулся ни завтра, ни через неделю, ни через две. И, конечно же, Лэйме больше не думал о переезде, он даже на ночь не уходил, опасаясь оставить Ясси одного. Днем тот был все так же активен и полон надежды, но что может прийти человеку в голову ночью? В садовом алтаре Лэйме обнаружил телефон Дейнара, лежавший на фритюрнице.

— Ты из-за меня больше не встречаешься с Эйтаном? — спросил у него Ясси.

— Мы встречаемся, — улыбнулся Лэйме, — просто днем.

— Зови его к нам, пусть ночует у тебя, — вздохнул Ясси. — А когда Дейнар вернется и будет возмущаться, то я ему скажу! Скажу, что нечего было так исчезать!

Эйтан согласился пожить у них с неожиданной легкостью, хоть и хмыкнул: “Дейнар меня прибьет”. Так что скоро в гараже припарковались его мотоцикл и внедорожник, а стены соседней с Лэйме спальни украсили плакаты. Эйтан даже сделал уборку, заявив, что никакие заклятья и чистки не сравнятся с Огненным Очищением, и в результате спалил любимый Яссин пуфик.

Комментарий к ————Часть пятая: Руна Судьбы————

веселящиеся темные http://31.media.tumblr.com/f44b0123a98d5148f7ae5d5fa8b51cce/tumblr_ngty4grH6W1t1l77no1_1280.jpg

========== 101. Магистр ==========

Ритуальный зал дома Ллоссарх превратился в преддверие Темного мира, и мы остановились на его пороге, словно в начале пути. Я чувствовал тянущий зов Источника — и он выл мне о том, что путь не один, что их бесконечно много, и приглашал пролететь их все вдвоем.

— Я не учил вас слиянию, — Тэргон бесцеремонно развернул нас с Никрамом к себе лицом (мы окаменели) и продолжил, держа за плечи, как малолеток: — и нам некогда учиться, так что заранее прошу прощения за грубость.

— Все в порядке, сэр, — сказал я, слегка поведя онемевшим плечом.

— Располагайте мною, как вам будет угодно, высокородный Тэргон, — кивнул Никрам.

— Тогда ищите и держите! — приказал Тэргон и отпустил нас.

— А если Источник поведет нас в разные стороны? — вдруг обеспокоился я.

Никрам посмотрел на меня с удивлением, а Тэргон улыбнулся:

— Тогда я выберу то направление, которое сочту правильным, Дейнар.

И я пошел на зов Источника, и Никрам шел со мной рядом. Источник извивался и ускользал, мы словно попали в густой кисель, в котором пытались ловить огромную, шире нашего обхвата змею, а она вилась кольцами, опутывала, душила, уходила и возвращалась. А потом меня вдруг что-то подхватило, вывернуло наизнанку и с чудовищной силой впечатало в эту змею прямо рожей. Змея ощутимо взбрыкнула и помчалась по слоям Темного мира с невообразимой скоростью — реальности, в которых я когда-то блуждал бесконечные часы, и в которых не был никогда, проносились мимо, едва отпечатываясь в сознании.

Источник бил и прошивал нас болью, он извивался и пытался нас сожрать, и каждый раз Тэргон выдергивал нас, протаскивая сквозь какие-то складки Темного мира и щупальца бездны, которые я сначала даже не видел. Только потом стал замечать. Тэргон не зря извинялся когда-то за грубость: он использовал нас даже не как дрессированных адских гончих, а как безвольное оружие, как продолжение своих рук.

Мне казалось, что в этой бессмысленной борьбе проходят месяцы и годы, вся моя жизнь, и то, что было до нашего путешествия, стало забываться так же, как забылось мое детство в виде пушистого белого шарика. Вечность мы цеплялись за гигантскую змею и уходили от ее ударов. И цеплялись снова.

Источник скинул нас в очередной раз, но Тэргон почему-то не спешил швырять нас ему вслед. И я смог оглянуться. Мы стояли посреди огромной каменной долины, чьи края изгибались чашей. В сердце долины сверкало ярко-лазурное озеро, и его вода была плотной даже на вид. Тьма здесь истончалась, а Бездна дышала совсем рядом. Я поднял глаза и наконец увидел того, в борьбе с кем провел столько времени, что усталость поселилась в каждой клетке моего тела, что я весь состоял из этой усталости.

Дракон. Передо мной вил свои кольца настоящий дракон, как из легенд. Его необъятное змеиное тело сверкало синей чешуей, его огромные когти отливали сталью, а крылья затмевали небо.

— Так вот каковы драконы, — прошептал Тэргон почти благоговейно, — были и есть.

Дракон наклонил к нам морду и уставился, как на букашек, каковыми мы, собственно говоря, и были рядом с ним. В глазах у него переливался лазурный туман и сияли синие кристаллы. Он был прекраснейшим из созданий Хаоса, и я бы хотел увидеть его брата — или сестру — дракона темного Источника.

“Где Эйлах, тварь”, — сказал Никрам, голос его был глух и тих на фоне скрежета и грохота Источника, но я вдруг вспомнил, для чего мы сюда пришли когда-то, и потянулся за Никрамом — искать потерянный след нашего брата.

И Источник снова злобно завыл и попытался нас проглотить, пасть внутри у него была красная, и Тэргон вновь затащил нас под прикрытие какой-то блуждающей тени.

А потом мы наконец нашли его — дальний отголосок присутствия нашего брата.