Руку мне дай...(СИ) - "The Killer 001" - Страница 82

Кроме того, молодой мисс достаточно только позвать Трикки и та тут же явится на зов — так велел хозяин Люциус, а его попросил об этом мистер Снейп. Потому что очень беспокоится за молодую мисс, и хочет, чтобы та была под защитой, раз уж он не может временно ее оберегать! Мастер Люциус уже велел Трикки сделать магическую привязку к молодой мисс, а это дорогого стоит, чтобы хозяин разрешил своему личному домовику такое проделать с чужим человеком!

Услышав столь неожиданное щедрое заявление, Петунья чуть не прослезилась, а израненное девичье сердце наполнилось неуемной радостью и счастьем. Северус помнит о ней и беспокоится! Даже просил блистательного Малфоя помочь какой-то совершенно никчемной малознакомой магле...

Зря она думала, что как только он уедет — так закрутится в своих делах и забудет о ней со временем. Столько ночей эти дурацкие мысли не выходили из головы и терзали душу. Оказалось, что Снейп очень верный товарищ. Наверняка, он таким же был и для Лили, вот только той это вовсе не было нужно — она настолько привыкла к его смиренному поклонению, что оно, в конце концов, стало ее тяготить... А ведь Сев постоянно находился с ней рядом, оберегал, всегда старался выполнить любую просьбу сестренки, любой ее каприз. Неужели все эти знаки внимания, обожания и любви могут надоесть? Вероятно, да, если ты не любишь постоянства. А Лили не была особо постоянной в своих привычках и пристрастиях. Как верно говорила тетя Стейси — сегодня одно на уме, завтра — совсем другое...

Признаться честно, Петунья жутко злилась, созерцая его влюбленный вид, с каким он глазел на Лили. Снейп ее дико раздражал своим постоянным присутствием, он торчал у них под окнами днями напролет! И как можно было позволять соплячке Лили третировать себя всякой ерундой! Он мужчина или нет, терпеть все ее капризы? Cнейп же только улыбался как дурачок и опять смотрел на сестренку как на сияющее в небе солнце.

А потом она вдруг поняла, что завидовала сестре. Нет, не как к волшебнице. К магическим способностям Лили она уже не стремилась, разом как-то перегорела после того злополучного письма и злых насмешек глупой жестокой детворы. Она завидовала их дружбе, то есть, дружбе со Снейпом. Поняла, что на самом деле ее возмущало, как можно было столь небрежно относиться к такому поклонению со стороны Сева. Пет глубоко внутри хотела, чтобы такие же взгляды предназначались ей, чтобы Снейп сидел возле нее и стерег каждое движение, каждый взгляд. Ну, то есть, даже не сам он, а кто-то подобный ему, который бы восхищался ею только потому, что это она, Петунья. Не из-за красоты или каких-то других талантов, просто как девушкой, как человеком.

Когда она первый раз пришла к нему в дом и увидела, как он живет, ей было жаль его до слез. И Пет не могла понять такого жестокосердия со стороны Лили. Ее поразило до глубины души, что сестра запросто уравняла какое-то оскорбительное слово, брошенное в запале и настоящее горе, случившееся с другом, взвешивая их на своих личных весах оскорбленной гордости и самолюбия... понять этого она была не в силах.

Северус не был нужен Лили, ни в каком виде. Она ясно дала это понять и ему самому и Петунье, только поэтому Петунья решилась взять то, что сестра с легкостью выбросила вон. Даже было немного странно, ведь свои старые игрушки, альбомы-раскраски, книги и кукол Лили никогда не выбрасывала в помойку, а хранила все в особых, подписанных коробках на чердаке, говорила, что в старости она будет все это перебирать и вспоминать прожитые годы, ностальгировать и показывать своим внукам, а тут — взяла и выкинула, вычеркнула вон из жизни и сердца живого человека, многолетние отношения с ним, наполненные заботой, восхищением, весельем, преданностью...

Будь у нее хотя бы какое-то подозрение, что эти двое сойдутся снова, забыв о разногласиях, она бы и близко не подошла к дому Северуса, только почтила бы память Эйлин на кладбище. Но после того неприятного разговора с Лили за завтраком... все стало ясно. Не по словам сестры, а по ее виду, по равнодушным пустым глазам, по ровно бьющемуся сердцу, которое нынешнее состояние друга абсолютно не беспокоило, по ее раздражению, когда Петунья пыталась воззвать к совести рыжей красотки.

Признаться, еще с неделю она надеялась, что Лили все же одумается, не выдержит и бросится к другу, утешит его, помирится и все станет как раньше, но тщетно. Младшая Эванс твердо все решила для себя — дальнейшая ее жизнь будет проходить без участия в ней назойливого Сопливуса.

Снейп тоже оказался тем еще подарочком — упертым и грубым.

Но Петунья решила не сдаваться. Она прекрасно знала, что многие подростки прячут за хамством и неприязнью боязнь показать свою слабость и беспомощность. Просто не надо обращать внимания на их выпады и колкости, а лучше всего делать вид, что тебя это нисколько не задевает.

Так на самом деле все и вышло. Он постепенно оттаял и начал принимать ее визиты благосклонно, видимо, одиночество ему было в тягость, как бы он ни утверждал обратного. А она и сама не заметила, как с нетерпением стала ждать каждого нового дня, чтобы помчаться туда, в Паучий тупик, с сумкой, набитой разнообразной едой... и все ради того, чтобы полюбоваться на здоровый аппетит молодого растущего организма, на его сперва робкую и тщательно скрываемую радость, а потом и бурный восторг при ее появлении. Для себя-то никакой выгоды она не собиралась извлекать, что со Снейпа можно было взять, кроме его, пусть скупых, но все же человеческих благодарных эмоций.

Но оказалось — было что. Понимание, возникшее пусть и не сразу, тепло, возможность поговорить обо всем и ни о чем. Удовольствие от смакования приготовленной ею еды. Подаренные великолепные духи, существующие в единственном экземпляре. Знакомство с самой лучшей домовихой на свете — Трикки. Возможность скинуть с себя старую неприглядную серую кожу и стать прекрасной принцессой. Триумфальный поход в магический мир, в котором она всегда была лишь обычной презираемой волшебниками маглой. Наконец робкое-робкое осознание того, что для Снейпа она, кажется, и правда нечто большее, чем просто соседка и сестра бывшей подруги. Уверенность в себе, в своей привлекательности, таланте и уме.

Вот что она смогла получить от него. Это было намного больше того, что давала ему сама Петунья.

Только находясь рядом с ним Петунья смогла пересилить себя, вырваться, наконец, из замкнутого самой собой круга ответственности за семью и твердо решиться на перемены.

Часто она думала, как дальше сложится ее жизнь. После окончания колледжа. Не пойти ли по легкому пути и принять предложение Вернона с техфакультета, обзавестись, наконец, своим домом, чтобы наводить порядок уже в нем, оставив окончательно родительское гнездо? Мама, когда узнала о его ухаживаниях, восторженно порадовалась тому, что и для старшенькой наконец-то нашлась подходящая партия. Дурсль ведь вполне респектабельный молодой человек, перспективный, зажиточный, родители у него приличные и обеспеченные. Скоро откроет свое собственное дело, купит хорошенький коттедж в городке-спутнике возле столицы, машину, Петунья будет устраивать пятничные чаепития с городской элитой, родится ребенок, в общем, благополучная респектабельная семья. Все как у всех.

Когда же Петунья резонно заявляла, что желает учиться дальше и попытаться сделать карьеру, мать лишь махала руками. Она же пожертвовала своей дальнейшей учебой и карьерой ради семьи, так почему б и Петунье не поступить так же? Что вообще может быть дороже ребенка, семейного благополучия и уюта в доме?

Радовало только, что тетя и бабушка неизменно поддерживали планы Петуньи.

— Пети, может, все-таки ты зря отказала Вернону? — снова завела привычную шарманку мать за ужином. — Такой положительный молодой человек, а как любит тебя. И ты была бы у меня под боком, рядышком.

Петунья поморщилась. Он-то, может и любит, а вот она? И жить опять рядом с мамой... брррр! Нет, тогда ей точно не вырваться уже никуда из Англии.

— Маргарет, оставь девочку в покое, — вмешалась бабушка. — Будет тебе скоро зять, только не Петуньин муж, а твоей любимицы младшенькой, вот с ним и будешь носиться и нахваливать.