Всё или ничего (СИ) - "niki123" - Страница 139

И дело было вовсе не в том, что к Эдмунду было тяжело подступиться. Да если бы Чезаре хотел от него только секса, то не стал бы беспокоиться о душевном равновесии мужа. Ни о каком насилии и речи не шло, Эдмунда можно было уговорить и раньше, еще недели две назад. А если бы Чезаре все-таки был законченным мерзавцем, то просто бы достал хороший афродизиак.

Но мужчина не хотел ничего подобного. Он сам не знал, почему так беспокоится об Эдмунде. Хотя… конечно, он знал. Омега был словно луч солнца, он озарял все вокруг себя, делал живым и ярким. И казалось, что он может развеять любую темноту. Даже ужас черной души. И Чезаре не мог допустить, чтоб Эдмунд погас. Он бы этого себе не простил до конца дней. Правда, конец наступил бы весьма скоро.

Однако, Эдмунд задержался. Альфа слез с ложа, надел брюки и спустился вниз. Омега стоял к нему спиной и методично резал овощи. Мужчина подошел и обнял его сзади, но парень отстранился. Чезаре поймал Эдмунда за руку, мягко забрал нож.

- Зачем мучить себя? - тихо спросил мужчина, поднимая, заглядывая мужу в глаза. - К чему это?

- Я не понимаю, о чем ты говоришь, - как-то чересчур спокойно ответил омега.

- Неправда. Я знаю, как ты умеешь накручивать себя. Я уже видел это. Просто не мог понять, зачем ты это делаешь. Послушай меня, - альфа взял лицо Эдмунда в ладони, - ничего не произошло такого, за что следовало бы себя так истязать.

- Ты не понимаешь, - с досадой проговорил Эдмунд. Он хотел отвернуться, но мужчина не дал ему такой возможности.

- Так объясни.

- Я не могу.

- Почему? Подумай, можешь ли ты объяснить это самому себе. Просто ответь на вопрос, почему ты стыдишься своих желаний? Это просто, поверь мне, - ласково, но твердо проговорил мужчина. Одной рукой он удерживал подбородок омеги, а другой приобнял его за талию. - В чем дело? Ты же знаешь, я не отстану.

Эдмунд прикрыл глаза, понимая, что Чезаре не лжет. Он действительно не отстанет. Проще один раз ответить, чем постоянно отнекиваться.

- Мне не должно это нравиться, - наконец выговорил омега. - Ты… чужой. Я тебя не люблю, и ты меня тоже. Мы оба… чужие. Ты перевернул мою жизнь вверх дном, ты едва меня не сломал. Тогда… на острове… мне вдруг стало все равно. Убьешь ты меня или продашь. Или отпустишь. А потом я врал близким мне людям и не мог смотреть им в глаза. А потом ты вновь появился… и все снова пошло наперекосяк. Как после этого я могу спать с тобой и чувствовать себя нормально? - с горечью закончил омега. - Я не подстилка и не собираюсь ею становиться. Я пока что себя уважаю.

Хотя сейчас это стало тяжело.

- Ты никогда не был моей подстилкой, - тихо произнес альфа. Слова Эдмунда отозвались тупой болью где-то внутри. Потому что все сказанное было правдой. - Даже тогда… на корабле. Я никогда не думал о тебе так. И не хочу, чтоб ты сам об этом так думал, - Чезаре замолчал, словно собираясь с духом. Эдмунд удивленно на него посмотрел. - Я знаю… что виноват перед тобой. Перед всеми, я знаю. Я никогда не строил иллюзий насчет себя. Синеглазка, - тут мужчина криво усмехнулся, - уверяю тебя, я знаю, что я мерзавец и подлец. Что я головорез и бандит. И мне нет прощения за то, что сделал. Но… но… я пытаюсь быть другим. У меня не всегда получается, но я пытаюсь.

Эдмунд молчал. Он не мог поверить, что этот альфа перед ним - его муж. Куда пропал самоуверенный жесткий раздражительный мужчина? Перед омегой будто стоял другой человек.

Чезаре отступил назад, запустил пятерню в волосы. Видно было, что он хотел еще что-то сказать, но слова не сходили с языка.

- Не вини себя ни в чем, - с трудом выговорил Чезаре. - Если тебе нравится со мной спать… в этом нет ничего страшного или неправильного. Позволь мне сделать хоть что-то приятное для тебя. Потому что сам я уже давно схожу с ума.

Эдмунд молчал, он просто не знал, что ответить. Чезаре вот уже в который раз переворачивал его взгляды и устои. Омега чувствовал, что муж не лжет. Он действительно считает, так чувствует.

И это казалось чем-то невероятным. Эдмунд не узнавал своего мужа. Он никогда не думал, что жесткий альфа-пират, может сейчас стоять перед ним, нервно ерошить волосы рукой и говорить такое.

- Ты, кажется, голоден? - негромко спросил мужчина, подходя к столу.

- Д-да, - неуверенно пробормотал омега.

- Иди наверх, я все принесу, - глухо сказал Чезаре, повернувшись к мужу спиной.

Боги, зачем он все это ему сказал? Кому от этого стало легче? Да никому. Но теперь Чезаре чувствовал себя уязвимым, и это его страшно нервировало. Он уже и не помнил, когда последний раз себя так чувствовал.

Зачем он все ему сказал?

Чезаре поднялся наверх, с трудом удерживая тарелку с овощами и сыром в одной руке, и корзинкой с хлебом - в другой. На душе было скверно и как-то очень муторно.

Альфа опустился на шкуры рядом с Эдмундом, они принялись есть в молчании. Эдмунд избегал его взгляда, слова мужа не выходили из головы. Мысли роились в голове словно пчелы, но омега не мог ухватить ни одну. Разом стало как-то очень тяжело.

Чезаре внимательно смотрел на мужа. Он пытался увидеть какую-то реакцию на свои слова, хотя и боялся ее заметить. Но Эдмунд сидел с непроницаемым лицом, смотрел в одну точку, и альфе становилось не по себе. Его муж полностью абстрагировался от реальности.

Да… не так Чезаре планировал это утро. Он, конечно, представлял, что Эдмунд может вновь отдалиться, что будет тяжело. Но… мужчина не думал, что вырвутся такие слова, последствия которых будет не предугадать. И что теперь делать альфа не знал. Первый раз за двенадцать лет.

- Когда ты хочешь вернуться в поместье? - хрипло спросил Чезаре.

- Я… завтра? - неуверенно проговорил омега.

Ему нужно было разобраться во всем, он просто не мог сейчас вернуться в большой мир, к другим людям, повседневным заботам. Этого бы он просто не вынес.

- Хорошо, - просто ответил альфа. - Я взял книги. Они внизу. Еще есть краски.

*

Они вернулись в поместье следующим утром. Оказалось, что домик егеря находится всего в трех часах езды. На вопрос Эдмунда, где сам егерь, Чезаре спокойно ответил, что егеря просто нет.

Чезаре и Эдмунд разговаривали только на нейтральные темы, негласно избегая обсуждения собственных отношений. Альфа не знал, как повернуть все в прежнее русло, а Эдмунд не представлял, как себя вести. Ситуация вышла из-под контроля, все завертелось, перемешалось. А омега ничего не мог с этим сделать.

*

Чезаре сидел за столом и просматривал бумаги. Договоры были в порядке, судя по срокам, корабль с товаром должен зайти в южный порт через две недели. Нужно будет обеспечить отличную охрану, потому что юг Валлирии - настоящая помойка.

Незаконная работорговля, контрабанда, полное беззаконие. Ни один из наместников короля не справлялся, зачастую, им просто платили, чтоб не мешали. Порядок там не могли навести уже лет пятнадцать.

Тут скрипнула дверь, альфа приподнял голову и в щели двери увидел Миру, которая, поняв, что на нее смотрят, тут же скрылась. Мужчина усмехнулся и вновь углубился в документы. Но через минут десять скрип вновь повторился. Чезаре сделал вид, будто ничего не заметил.Скрип повторился. Чезаре глянул поверх документов на ребенка, и девочка снова скрылась.

Что ей нужно?

Альфа подошел к сундуку и принялся искать книгу с описанием южного диалекта. Хочешь нанять хорошую охрану для товара, найми самых изворотливых и сильных засранцев. Товар они не украдут, достаточно будет только шепнуть, что он принадлежит Зверю.

Вдруг мужчина заметил что-то яркое в углу. Это оказался небольшой мячик, сшитый из разноцветных кусочков ткани и набитый опилками. Ага, теперь все понятно. Видимо, дети все же нарушили запрет и входили в его комнату, пока они с Эдмундом были в отъезде.

Чезаре не почувствовал никакого раздражения. Стало даже немного смешно. Он положил мячик на середину комнаты, чтобы его было видно из-за двери.

Мира появилась спустя еще пять минут. Чезаре притворился глухим и слепым. Мира едва слышно открыла дверь. Крадучись, вошла в комнату, замерла у двери. Чезаре с трудом сохранял серьезность. Его страшно забавлял этот ребенок. Мира так и стояла у двери.