Политология. Учебное пособие - Нагиев Г. - Страница 24

Согласно Конституции, на общефедеральном уровне законодательную власть осуществляет Федеральное Собрание, исполнительную – Правительство, а судебную – федеральные суды (Конституционный Суд, Верховный Суд, Высший Арбитражный Суд и иные федеральные суды). Президент Российской Федерации не является органом какой-либо из трех властей, а, как сказано в части второй статьи 80, «обеспечивает согласованное функционирование и взаимодействие органов государственной власти».

В Российской Федерации признается идеологическое и политическое многообразие, предполагающее многопартийность. Общественные объединения равны перед законом, что предполагает пресечение попыток восстановления монополии какой бы то ни было партии.

Многопартийность стала неотъемлемой частью общественной жизни. Конституционное закрепление этого положения означает необратимость процесса становления гражданского общества, в котором партии играют роль посредника между гражданским обществом и государством.

Следует отметить, что политическая система России находится в стадии становления, так как не все конституционные нормы являются реализованными в политической практике.

В качестве основных принципов демократической организации общества, требующих закрепления в Конституции, необходимо выделить следующие:

– создание политических институтов, способных исключить тиранию, что предполагает возможность законной смены правителя;

– создание условий, при которых защита прав граждан станет определяющей в карьере политиков;

– соблюдение прав меньшинств;

– установление пределов полномочий государственных институтов;

– разделение властей по горизонтали (на законодательную, исполнительную и судебную) и по вертикали (федеральную, региональную и местную);

– создание условий, предотвращающих посягательство на всевластие, для чего необходимо, чтобы институциональные интересы каждой ветви или этажа власти не совпадали.

Вячесла́в Алексе́евич Ни́конов

(1956)

Для создания такого политического механизма, считает В. Никонов, необходимо соблюдение двух принципов. Первый принцип гласит: политический процесс должен действовать и развиваться в соответствии с правилами и процедурами, которые неподконтрольны одному человеку, даже самому могущественному. Этому критерию наша Конституция, по мнению российского политолога, скорее не отвечает, так как была написана людьми, находившимися в эпицентре политической борьбы, поэтому Конституция закрепила их успех в этой борьбе. Не случайно часто действующую Конституцию называют «ельцинской».

Второй принцип заключается в том, что существующие конфликты, которые порождает эпоха, не должны диктовать процесс создания политической системы. Конституция писалась под влиянием вполне конкретной политической ситуации, когда стояла задача принизить значение законодательной власти после ожесточенного столкновения Президента России со Съездом народных депутатов Российской Федерации. Таким образом, конфликт начала 1990-х гг. наложил неизгладимый отпечаток на Конституцию, что отражается на российском политическом процессе.

Многие исследователи отмечают явное несоответствие между внесением поправки в Конституцию и её отменой. Так, чтобы отменить Основной Закон, необходимо созвать Конституционное Собрание. Для его созыва необходимо набрать три пятых голосов (60 %) от общего числа членов Совета Федерации и депутатов Государственной Думы (ст. 135 ч. 2). Для того чтобы внести поправку в Конституцию, необходимо голосование за неё три четверти (75 %) членов Совета Федерации и две трети (66,6 %) от общего числа депутатов Государственной Думы (ст. 108 ч. 2). Дополнительно поправки к гл. 3–8 Конституции вступают в силу после их одобрения органами законодательной власти не менее чем двух третей субъектов Российской Федерации (ст. 136). Поэтому полного слома конституционного строя добиться легче, чем внести поправки в Основной Закон государства.

Тем не менее, российская Конституция действует, а все политические субъекты и государственные институты следуют закрепленным ею правилам игры, что позитивно отражается на политической стабильности.

Стержнем и основной предпосылкой политической системы является государство. Оно – главный источник, олицетворение политической власти. Без него всякая политическая деятельность утратила бы смысл.

Суть государства, его назначение, типология и многие другие аспекты наглядно раскрываются в его взаимоотношениях с гражданским обществом. И не случайно: государство и гражданское общество существуют как две стороны противоположности, вне которой не может быть понято ни то, ни другое. В них заключены два противоположных механизма консолидации населения. Гражданское общество скреплено сложным переплетением свободно реализуемых частных интересов, а государство – политическим принуждением. Радикальное повышение роли гражданского общества в государственных делах исторически связано с возникновением в гражданском обществе институтов политического опосредования – организованного участия граждан в политике.

Кроме государства в политическую систему входят политические партии, общественно-политические и общественные организации и движения, трудовые коллективы, отдельные граждане, нормативно-правовые акты, идейные течения и др.

Совокупность институтов политического опосредования можно разбить на две группы. Это прежде всего партии, общественно-политические движения и группы давления, формируемые только для участия в политической жизни, т. е. принадлежащие исключительно политическому обществу и политической системе. Другую группу составляют институты, проникающие в политическую систему только частично, – такие как профсоюзы, трудовые коллективы, церковь, СМИ и некоторые другие.

Важное назначение партий заключается в установлении взаимосвязи между корпорациями гражданского общества и группами депутатов в выборных органах власти. Решения парламентов, всегда представляющие форму компромисса между основными депутатскими группами, должны подкрепляться готовностью к аналогичному компромиссу в гражданском обществе. Такую ситуацию партии способны обеспечить в той мере, в какой они выражают интересы корпораций гражданского общества и пользуются влиянием в парламенте. Без таких партий решения законодателей повисают в воздухе, и их исполнение становится возможным только за счет особых мер принуждения. Так, законодатели встают перед необходимостью усиления исполнительной власти, которая затем их же и подавляет.

Партии, таким образом, претендуют на выражение интересов крупных социальных слоев и на легальное участие от их имени в принятии и исполнении ответственных политических решений. Другие функции выполняют группы давления – группы интересов, достигающие своих целей путем оказания давления на органы политической власти. В отличие от партий такие группы отстаивают только собственные интересы и не претендуют на легальное представительство в органах власти. Их деятельность называют лоббированием.

По мнению Г. Алмонда, артикуляция интересов – прежде всего функция групп давления, а агрегирование – партий. При всей своей условности такое разграничение дает основание для классификации современных демократий. Преобладающее соотношение сильных групп интересов и слабых партий характерно для корпоративной демократии. При обратном соотношении – сильные партии и слабые группы интересов (Западная Европа) – преобладает агрегирование, а демократию называют плюралистической.

В политической системе можно обнаружить и другие институты. По своему прямому назначению они принадлежат, главным образом, неполитическому обществу и только в некоторых ситуациях – как правило, когда власть не обеспечивает условий для их нормального функционирования и нет партий, которые могли бы обслуживать их интерес, институты эти «прорастают» в политическую систему, включаются в политический процесс.