Политология. Учебное пособие - Нагиев Г. - Страница 16

Иммануи́л Кант

(1724–1804)

Георг Вильгельм Фридрих Гегель

(1770–1831)

Фридрих Вильгельм Йозеф фон Шеллинг

(1775–1854)

Философско-идеалистические трактовки по доктринальным основаниям близки к религиозно-богословским, которые мы, по понятным причинам, не можем рассматривать в одном ряду с научными, но которые, развиваясь параллельно, оказывают заметное влияние на собственно теоретическое осмысление проблем власти. Все вышеприведенные трактовки власти скорее дополняют, нежели противоречат друг другу. Если попытаться их свести воедино, то станет ясно следующее:

1) наличие властных отношений в обществе есть факт необходимый и закономерный;

2) предпосылки (основания) власти можно разделить на две группы:

а) объективные – обусловленные системной организацией общества и его потребностями в поддержании целостности, устойчивости;

б) субъективные – обусловленные природой человека, его индивидуальными потребностями, наклонностями, страстями, его волей;

3) главной особенностью властных отношений является их асимметричность: это означает, что одна из сторон отношения обязательно доминирует над другой, что их статус в рамках отношения изначально и необратимо разнокачественен.

Структура власти. Независимо от уровня, масштаба и повода, по которому складываются властные отношения, их атрибутивными (обязательными) элементами являются: субъект, объект, ресурсы (источники) и процесс, приводящий в движение все её элементы и характеризующийся механизмом и способами взаимодействия субъекта и объекта, а также их взаимозависимостью со средой, в которой этот процесс протекает.

Субъектом власти может быть любой непосредственный носитель, агент власти, выполняющий её активное, направляющее начало. Для возникновения властных отношений необходимо, чтобы субъект обладал рядом качеств. Прежде всего, это стремление властвовать, воля к власти, проявляемая в приказах или распоряжениях. Далеко не все люди обладают потребностью подчинять себе, из каких бы то ни было побуждений, других людей, принимать управленческие решения, нести ответственность за подвластный им объект. Помимо желания руководить и готовности брать на себя связанную с этим ответственность, субъект власти должен также обладать: соответствующей компетенцией, волей к действию и авторитетом. Кроме того, он должен иметь доступ к ресурсам власти (о них смотри ниже) и умение пользоваться ими. И, наконец, важную роль играет требование соприродности объекту властвования: субъект и объект должны быть способны составить в процессе осуществления власти целостную социальную систему, единую идентичность – невозможно управлять тем, что тебе чуждо.

Субъекты политической власти имеют, как правило, сложную, многоуровневую структуру: её первичными факторами являются индивиды, вторичными – политические организации, субъектами наиболее высокого уровня, непосредственно представляющими во властных отношениях различные общественные группы и весь народ, – политические элиты и лидеры. Связь между этими уровнями редко бывает простой и ясной. Распределение субъективной функции между ними в виде разделения зон ответственности и предписания объемов полномочий обычно происходит под влиянием множества обстоятельств – неоднозначных и зачастую противоречивых. Нередки конфликты внутри субъектов власти со сложным внутренним строением.

Субъект власти облекает содержание властного отношения в форму приказа (распоряжения; команды, указания). Любой приказ содержит в себе, во-первых, предписание для объекта власти; во-вторых, указание санкций; которые влекут за собой выполнение или невыполнение распоряжения. От приказа, от характера содержавшихся в нем требований во многом зависит отношение к нему объекта, исполнителя приказа – второго важнейшего элемента власти.

Объект власти также может быть отдельным человеком, группой лиц, социальным сообществом или институтом. Доминирование воли властвующего субъекта не является единственным условием возникновения отношений власти. Точно так же необходимо, чтобы объект проявил волю к подчинению. Отсутствие такой воли невозможно компенсировать ни ярко выраженной волей субъекта к властвованию, ни сколь угодно мощными средствами принуждения. В конечном счете, у объекта властной воли всегда есть пусть крайний, но все же выбор – погибнуть, но не подчиниться (что нашло, в частности, свое выражение в свободолюбивом лозунге «лучше умереть стоя, чем жить на коленях»). Кстати, иногда именно будущий объект властвования выступает инициатором установления властных отношений между ним и потенциальным субъектом власти. Осознание зависимости власти от покорности населения нашло свое практическое политическое выражение в так называемых акциях гражданского неповиновения, широко используемых в современном мире как средство ненасильственной борьбы. Пассивность этой формы неприятия существующей власти вовсе не является признаком слабости сопротивляющихся. Замечательным примером эффективности гражданского неповиновения из новейшей истории служит обретение в 1950 г. независимости Индией в результате массовых кампаний неповиновения колониальным британским властям. В ходе национально-освободительной борьбы жителей Индии сложилась целая политическая философия ненасильственного сопротивления угнетению. Её называют гандизмом по имени Махатмы Ганди – выдающегося политического лидера и мыслителя XX века.

Мохандас Карамчанд «Махатма» Ганди

(1869–1948)

Этот пример доказывает, что различия в том, как объект относится к субъекту властвования, простираются в широком диапазоне: от ожесточенного сопротивления, борьбы на уничтожение до добровольного, воспринимаемого с радостью повиновения. Явление подчинения так же органично для человеческих отношений, как и руководство (властвование, доминирование). Наибольшую подвластность, готовность подчиняться (а в своих наиболее последовательных формах – и получать от этого удовольствие) обеспечивает политическая культура патриархального и подданнического типов. А преобладание в обществе людей, привыкших повиноваться, поклонников так называемой «твердой руки», является благоприятной питательной средой для формирования авторитарных и тоталитарных режимов.

Мотивация подчинения может быть достаточно разнообразной. В самом общем виде мотивы, обусловливающие подчинение, делятся на «кнут» и «пряник», то есть, на стимулы отрицательные и положительные. К первым относятся: страх перед санкциями за предполагаемое невыполнение властного распоряжения; долголетняя привычка к повиновению, превратившаяся в качество личности; стремление избежать необходимости самому принимать решения и нести за них ответственность. Ко вторым – заинтересованность в выполнении распоряжений; осознанная убежденность в необходимости и полезности подчинения; реальный авторитет носителя власти у подчиненных, признание его личностного превосходства, идентификация объекта с субъектом власти. Все эти мотивы существенно влияют на силу власти, т. е. способность её субъекта влиять на объект.

Наиболее стабильной является власть, построенная на интересе. Личная заинтересованность побуждает подчиненных к добровольному выполнению распоряжений, делает излишним контроль и применение негативных санкций. Она способствует развитию у людей других типов мотивации подчинения: на основе убежденности, авторитета и идентификации.

Одной из наиболее благоприятных для власти мотиваций подчинения является авторитет. Он формируется на базе общей заинтересованности объекта и субъекта власти и убежденности подчиненных в особых способностях руководителя. Авторитет представляет собой наиболее ценимые качества, которыми подчиненные наделяют – обоснованно или нет – руководителя и которые отодвигают их повиноваться без угрозы санкций или убеждения. Авторитет означает уважение к руководящей личности, институту, правящему социальному слою, доверие к ним. Причем, авторитет может быть истинным, когда субъект властвования действительно обладает теми качествами, которыми его наделяют подчиненные, и ложным, основанным на заблуждениях относительно него. В зависимости от тех качеств, которые лежат в его основе, авторитет бывает научным (качество учености), деловым (компетентность, навыки, опыт), моральным (высокие нравственные качества), религиозным (святость), статусным (уважение к должности) и т. д. В целом, можно утверждать, что без авторитета никакая и ничья власть не может быть прочной и эффективной.