Затерянные в солнце (СИ) - "ВолкСафо" - Страница 101

Стараясь подавить клокочущий в груди гнев, Найрин выпрямилась и расправила плечи. Она не будет стоять здесь с таким видом, будто в чем-то виновата. С ней была правда, с ней была Роксана, и ей ничего не нужно было доказывать этой сошедшей с ума женщине.

Колючий взгляд Ларты обежал ее с головы до ног.

- Учитывая твое происхождение, не думаю, что нам стоит долго что-либо обсуждать, – выдавила она сквозь зубы, и Найрин дернулась от ненависти. – Но все-таки я должна соблюсти правила и спросить: ты не жалеешь о принятом решении поддержать Лэйк?

- Я жалею лишь о том, что ты до сих пор остаешься царицей моего народа, – проговорила Найрин, глядя ей в глаза.

Сзади послышался громкий гул голосов, а глаза Ларты еще больше сузились.

- Здесь все ясно. Коли мани была шлюхой, то и дочь недалеко пойдет.

- Ты переходишь все границы, Ларта! – Мани-Наставница вскочила со своего кресла, и Найрин вдруг ощутила себя маленькой девочкой, вновь плачущей у нее на груди, потому что другие девочки дразнили ее неверной. Благослови тебя Роксана, светлая женщина, мани моя! Глаза Мари горели яростью. – Оскорбляя других, вспомни о том, кто твоя дочь! А потом уже говори!

У Найрин дух перехватило. Неужели же Ларта настолько уже довела Мани-Наставницу, что та рискует шантажировать ее кровью сальвага в жилах Торн? Ларта шумно выдохнула, ее правый глаз ощутимо дернулся.

- Я отказываюсь от дочери, которая дезертировала и спелась с врагом! И мне хватает веры на то, чтобы не защищать ее именем Роксаны. Чего нельзя сказать о тебе.

- Ты еще пожалеешь о сказанном, царица, – сипло, срывающимся голосом пообещала Мари. – Однажды придет день, и ты пожалеешь обо всем, что сейчас наделала!

- Боюсь, ты пожалеешь гораздо раньше! – огрызнулась Ларта. – Мне уже обрыдло ваше поведение и тупое нежелание следовать разумным приказам! Так называемый Совет клана давным-давно прогнил, а сами вы только и делаете, что пособничаете нашим врагам!

- Ларта, мы на суд собрались, а не на выяснение отношений, – Тиена смотрела на нее, тяжело и не мигая, и Найрин видела, как вздулись жилы на ее руках, как побелели костяшки на непроизвольно сжатых кулаках.

- Ага, – кивнула Ларта, с угрозой глядя на нее. – Вот и не мешайте мне судить. – Повернувшись к ним, она возвысила голос. – Ну и кто там следующий? Кажется, Саира дель Лаэрт. – Саира резко вздернула подбородок, глядя на нее из-под ресниц с таким презрением, словно царицей здесь была она, а не Ларта. – А ты чего к ним привязалась? Дочери Воды же так кичатся своей верностью Богиням. Чего же тогда с кортами-то задружилась?

- А я вообще не понимаю, с какой стати меня судишь ты, царица Каэрос, – пожала плечами Саира, и в голосе ее звучал яд. – И отчитываться перед тобой ни в одном своем действии не собираюсь. Вот приведи сюда Амалу дель Лаэрт, тогда и поговорим.

Откуда-то из задних рядов толпы послышался громкий свист, ухо Найрин уловило и несколько довольных смешков. Саира не слишком много времени провела в Сером Зубе до того, как отправиться на север вместе с Лэйк, но разведчицы, тем не менее, успели ее неплохо узнать. И память о ее остром языке и бешеном характере, видимо, до сих пор не померкла еще среди них. Найрин внутренне поздравила себя. Раз Каэрос посмели освистать Ларту, значит, не все они верят в ее слова.

Ларта же вся подобралась, глядя на дель Лаэрт, а потом тихо проговорила:

- Ты права, мокроголовая, – Саира нагнула голову и прищурилась так недобро, словно готова была прямо сейчас же броситься на нее. Найрин поежилась: такое оскорбление у дель Лаэрт считалось тяжелым, и из-за него не раз объявляли кровную вражду, насколько она слышала от своих знакомых Дочерей Воды. Ларта же только кивнула: – Ну а раз уж царица твоя занята почетным делом по освобождению Натэля, то ты уж подожди немножко, пока она сюда не приедет. Ничего страшного, посидишь в железе, подумаешь о том, что натворила. Дамар! Рила! Заковать ее!

Две разбирающие ее шатер разведчицы замерли и удивленно посмотрели на царицу. Найрин и сама не помнила, чтобы на ее памяти хоть кого-то заковывали в железо. Вряд ли и кузнецы-то полевые помнили, как это делать. У анай никогда не было настолько уж тяжелых преступлений, чтобы так обращаться с людьми.

- Ларта, а это обязательно? – Тиена хмуро взглянула на царицу. – Думаешь, ей здесь есть, куда бежать?

- Конечно, обязательно, – кивнула та. – Ты ведь знаешь этих Лаэрт, только дай им свободу, сразу же вынесут из твоего дома все, до последней тряпки. А я не хочу, чтобы разведчицы оглядывались по сторонам и думали, будто им небезопасно в собственном лагере.

Судя по протестующему ропоту толпы, именно так Каэрос сейчас и думали, но Ларта на это не обратила никакого внимания. А Саира только презрительно ухмыльнулась и вскинула голову.

- Я приму от тебя браслетики, царица, в качестве маленького памятного дара. И с удовольствием отдарюсь попозже.

Ларта оскалилась. Разбирающие ее шатер рабочие неуверенно подошли к Саире и пока что просто перевязали ей руки за спиной. Все это время неистовая Дочь Воды пристально смотрела в глаза Ларты, не мигая, и лицо у нее было такое, что Найрин поежилась. Ларта же только хмыкнула и повернулась к Лэйк.

- Ну а теперь ты, дочь Илейн, – в это имя она вложила столько презрения и ненависти, что Найрин захотелось умыться. Лэйк выпрямилась, спокойно глядя на царицу. В лице ее был мир и какая-то светлая тишь, и Найрин почувствовала, что успокаивается. Волны ненависти Ларты разбивались о Лэйк как о неприступный утес и откатывали прочь, не причиняя ей вреда. Судя по всему, Ларта тоже это почувствовала, потому что лицо ее исказилось от гнева, и она сказала: – Я хочу, чтобы ты рассказала мне всю историю, с самого начала, чтобы все послушали, как ты продалась врагу.

На этот раз Ларта играла им на руку, и Найрин выдохнула, поворачиваясь к Лэйк.

- Как скажешь, – Лэйк поудобнее встала, вскинула голову и громко заговорила. – На подступах к Железному Лесу мы столкнулись с армией дермаков, к племени которых относится подвид ондов. Их было около двух-трех тысяч, не меньше, к тому же, недалеко от опушки мы обнаружили пятерых вельдов – это наездники на ящерах макто. Кортами они называют только конницу.

- Говори по делу, – проворчала Ларта. – Ересь твоя никому не нужна.

- Я предположила, что корты стоят за нападением ондов на караван и собрала небольшую разведывательную группу, чтобы найти доказательства. Когда мы вступили в битву с этими пятью вельдами, выследив их в степи, поединок был остановлен двумя Способными Слышать ведунами Анкана, пришедшими с Северного Материка. Они-то и рассказали нам о том, что за армией дермаков стоит Неназываемый, и что война в Данарских горах – его рук дело. А потом пообещали предоставить нам информацию о месте дислокации вражеских войск и их количестве, как только мы прибудем на земли Кренена.

- И ты поверила во все это? – спросила Тиена, и в голосе ее явно звучало недоверие. Ларта только недобро ухмылялась.

- Я видела, сколько там было дермаков, царица, – Лэйк спокойно взглянула на Тиену. – И думала о том, что принесенная мной информация поможет остановить сражение. Впервые за три года войны нам выдался шанс хоть что-то узнать о том, кто такие онды, кто их ведет, и откуда они вообще взялись. Тогда я приняла предложение Анкана, заключила перемирие с вельдами до того момента, как мы не покинем территорию Кренена, а потом мы отправились в путь.

- Предлагаю дальнейшую часть обсуждения перенести в закрытое помещение, – проскрежетала Способная Слышать, нахмурившись и глядя на Лэйк. – Информация о Кренене может навлечь…

- Пусть говорит здесь, при всех, о том, как она продалась врагу! – прорычала Ларта. – Ничего, в ее бредни все равно никто не поверит. Это же все ложь, с первого до последнего слова, чего уж там?

- Царица… – подалась вперед Ахар.

- Я все сказала. – Ларта повернулась к Лэйк. – Продолжай.

Вот ты сама и сложила себе погребальный костер, подумала Найрин, улыбаясь про себя. Ларта была слишком высокого мнения о себе и своем праве решать, за то и поплатилась. Способная Слышать только покачала головой, а потом пристально взглянула на Лэйк, пытаясь почти что раздавить ее взглядом. Только Лэйк все было нипочем. Невозмутимо отбросив с глаз отросшую челку, она продолжила говорить: