За гранью вечности (СИ) - "AlexanderMay" - Страница 192

– Этот малец сбежал. Или я должен следить за каждым его шагом? Знаешь, у меня и других дел навалом, нежели как бегать за зелёным мальчуганом, у которого отросло одно место, и он никак не может выбрать, куда это место вставить!

Териан Лекас нахмурился и исподлобья посмотрел на Даймона. Асмодианин знал, что в случившемся есть и его вина. Он решил вернуть разговор в прежнее русло, чтобы не разгорелся серьёзный спор.

– Если у военачальника Элизиума нет наследника, к кому по закону переходит вся власть? – спросил северянин.

– К тому, кто исполняет обязанности правителя во время отсутствия законного императора в городе, – ответил Родт. – То есть, к магистру Ордена Миразента.

– Раверинтос мёртв, – сказал Даймон.

Остальные вопросительно уставились на него после этих слов.

– Как это случилось? – Трисс шагнула вперёд и встал буквально перед лицом Даймона.

– Он убил себя во время штурма Храма Стражников…

Все переглянулись.

– …После того, как сознался в предательстве Элизиума и Элиоса.

Териан отвернулся и вздохнул.

«Элиос и в этом похож на Асмодею… – подумал он. – Везде верхушка пирамиды – сплошная гниль. Оттого гниёт и её основание…»

– Значит, смерть Раверинтоса тоже была выгодна Гелиону, – ухмыльнулся Родт. – Интересно получается: ты, Даймон, подал Аскалону корону на блюдечке.

– Я знаю, – стиснул зубы бывший командующий. – И я её отберу.

– А зачем, ты себя спросил? – вновь заговорил Бронн, всматриваясь в глаза Даймона. – К чему ты устраиваешь эти заговоры и перевороты? Сначала тебе не угодил Фаметес, и ты переметнулся к Гелиону. Теперь всё наоборот.

– Гелион поступает нерационально, – Даймон напрягся и часто заморгал. – На нас ополчились балауры с асмодианами, а он будто игнорирует этот факт.

– Как и Фаметес, – перебил его Бронн. – Так чем мальчишка лучше?

– Нельзя свергать каждого, кто тебе не нравится, – тихо и равнодушно добавил Териан. – Даже если это военачальник.

– На Фаметеса можно влиять, – ответил Даймон. – Раверинтос – яркий тому пример.

– И как давно из воина ты превратился в политика? – спросил Бронн и сжал губы, ожидая ответа.

– С тех пор, как Элиосу стала угрожать реальная опасность. Я думал, что вы все это понимаете.

Териан медленно обошёл элийцев, подошёл к Даймону сбоку и промолвил:

– Балауры расторгли договор с Асмодеей.

– Откуда ты знаешь? – удивлённо и одновременно недоверчиво спросил бывший командующий.

– Из надёжного источника, – отговорился он. – Посему нынешние планы ящеров мне неизвестны, но, полагаю, они будут ждать, пока на севере произойдёт переломный момент в войне.

– Угу, – кивнула Белатрисс. – Может, ты и прав. Балауры должны определиться, кого поддержать.

– Да. Пока они этого не сделают, мы будем видеть штурмовые отряды драканов как в Элиосе, так и в Асмодее.

– А если война на севере затянется? – Даймон недвусмысленно посмотрел на Териана.

– То балауры первым делом примутся за Асмодею, – ответил он.

– Нехудший расклад, – заметил Бронн.

– Для тебя, – северянин искоса глянул на кинжальщика и вновь отвернулся. – На самом же деле всё равно, на кого первым упадёт гнев Тиамат: баланс нарушится, и, что случится потом, знает лишь Айон.

– О чём ты? – спросила Трисс.

– Ящеры не позволят уничтожить одно из оснований Башни. Иначе Арэшурат перестанет существовать, а этого они допустить не могут. Получается, что одна из рас падёт, балауры станут хозяевами Атреи, но в структуре мира не изменится ничего.

После небольшой паузы асмодианин продолжил:

– Во что бы то ни стало необходимо сохранить баланс сил на Атрее. Сильные должны помогать слабым в битве против общего врага.

– В теории, – перебила его девушка. – Но на деле шестьсот лет войны сложно забыть…

– Если не невозможно, – вновь отозвался Бронн. – Дурацкая затея.

– Говорить проще, чем делать. Но сидеть на заднице ещё проще. Надо попытаться.

– Начало положено, – произнёс Даймон. – Если отступать, то уже поздно. Тем более, дери меня драканский полк, Териан Лекас прав: стоит попробовать.

– Все знают, что нужно делать? – спросил северянин.

– Я не собираюсь подчиняться асмодианину, – вдруг воскликнул Бронн.

– Вот с этого и надо начать, – кивнул Териан. – С этого момента для нас нет асмодиан и элийцев. Есть люди. И Даэвы. Я не прошу подчиняться мне, я прошу следовать плану. Нашему общему плану.

– Который придумал ты.

– Что ж, Айон – свидетель, у тебя не нашлось ничего лучше, когда мы это обсуждали, – Териан оскалился и сощурился, прожигая напряжённое лицо элийца. – Ты согласился со всем, так что теперь не противься и делай, что должен.

Наступила недолгая тишина.

– Мы с Терианом Лекасом идём в город за Фаметесом, – заговорил Даймон. – Родт и Бронн отправляются в Элизиум следить за Гелионом и всячески мешать ему в захвате трона. Трисс, ты летишь в Элтенен вместе с Канеусом. Найди этого растяпу, где бы он ни был! После того, как я отправлю письма, встретьтесь с Телемахом и подготовьте его к разговору. Если у нас с зеленоглазым всё получится, вскоре в Элтенен придёт письмо от Фаметеса. Телемах будет сопротивляться. Ваша задача – убедить его в том, что мы предлагаем самый разумный выход. Да озарит наш путь Свет Айона!

– А как же Эви? – Териан отвёл Даймона в сторону и шёпотом спросил его. – Где она будет?

– Я велю Калиону присмотреть за ней. Он хоть и наёмник, но честный наёмник.

Асмодианин обернулся и с грустью посмотрел в окна дома, где отдыхала Эви.

«Она, наверное, ещё не знает, что я долго не вернусь…» – пролетело в голове северянина.

Даймон положил руку Териану на плечо и промолвил:

– Мне очень не нравится, что творится между тобой и бедной девочкой. Если в тебе есть хоть капля жалости и сострадания, отпусти её. Ты же прекрасно понимаешь, что между тобой и ней не может быть ничего. Зачем ты её мучаешь?

Териан Лекас не хотел признаваться в том, что в чём-то этот элийский Даэв прав.

– Спрашиваешь, зная ответ… – промычал асмодианин.

Даймон закатил глаза и вздохнул.

– Туда, куда мы идём, ей места нет, – продолжил элиец. – А мы с тобой шагаем на войну. Если всё пойдёт по плану, то в самое пекло. Иди, попрощайся, только не затягивай, а то скоро снова дождь начнётся. И так промок до нитки.

Териан молча направился к крыльцу и, тихо открыв дверь, вошёл внутрь. В прихожей Родт и Бронн натягивали доспехи и собирали сумки с припасами, Белатрисс что-то искала на кухонных полках. Элийцы молча проводили взглядом асмодианина на второй этаж, не желая ничего комментировать, хотя мыслей у них в головах было полно.

Даэв тихонько приоткрыл дверь, ведущую в спальню. Шагнув за порог, он так же аккуратно прикрыл её за собой, чтобы не разбудить сопящую в подушку Эви. Асмодианин подошёл к кровати и опустился на край. Кончиками когтей он осторожно убрал волосы с лица элийки и уложил за ухо, чтобы вновь рассмотреть её личико.

«Такой она мне нравится ещё больше», – подумал Териан, не сводя светящихся глаз с девушки. Он размышлял о многом, пока сидел около спящей возлюбленной: о своих поступках, о прошлом, что он вспомнил, о грядущей поездке, о родителях Эви, даже о Дариусе, который так не вовремя пропал.

«Я обещал защитить тебя, а теперь опять покидаю…» – говорил в мыслях асмодианин. Он знал, что может уже не вернуться, ведь у него осталась последняя жизнь.

«Смерть уже дышит в затылок. Знал ли я тогда, что буду жалеть о своём желании умереть? Чувствовал ли, что покаюсь за эту игру с судьбой, когда стану вновь смертным – когда останется лишь одна жизнь? Нет… Но я буду беречь её для тебя, – Териан ласково провёл рукой по щеке Эви. – Надеюсь, мы с тобой ещё увидимся… Прости меня… Да озарит твой путь Свет Айона…»

Асмодианин поднялся и замер. Он снова посмотрел на девушку, чтобы навсегда запомнить её лицо, затем глубоко вздохнул и пошагал к двери. Схватившись за ручку, он услышал сзади шорох одеяла.