Война сердец (СИ) - "Darina Naar" - Страница 254

— Я больше не могу на это смотреть, Клариса! — Эстелла спрятала лицо в ладонях. — Всё, хватит! У меня больше нет сил. Просто скажи мне, где он сейчас. Неужели он все ещё в Жёлтом доме? Где бы он не был, его надо оттуда забрать!

— Нет, в доме для умалишённых Данте провёл год, а потом вдруг исчез. Бесследно. Необъяснимым образом. Я думаю, он сбежал оттуда, но как именно не представляю. Сбежать из Жёлтого дома нереально, их там держат на цепи, ты сама видела. Если только с помощью магии... Но чтобы колдовать, он должен был остаться в здравом рассудке, что сомнительно. Не знаю, как он оттуда выбрался и где его искать, — с этими словами Клариса захлопнула Книгу Прошлого. Та вмиг уменьшилась и превратилась в обычный старинный фолиант, обтянутый змеиной кожей.

У Эстеллы зуб на зуб не попадал — судьба Данте повергла её в шок.

— Я пойду, Клариса, мне надо домой, — сказала Эстелла, поднимаясь на ноги. Только бы не впасть в истерику сейчас, надо дойти до дома.

— Ты уверена, что тебя не надо провожать? — Клариса вглядывалась в эстеллино сине-зелёное, как у утопленницы, лицо.

— Уверена. Я сяду в экипаж и доеду, — проговорила Эстелла автоматом. — Если ты узнаешь, где искать Данте, сообщи мне, Клариса.

— Хорошо, тогда возьми это, — Клариса протянула Эстелле круглый золотой медальончик. — Это артефакт для обратной связи. Если я тебе понадоблюсь, открой медальон и позови меня. У меня есть такой же, — Клариса продемонстрировала Эстелле медальон-близнец, что висел на её шее. — Я услышу тебя и приду.

Эстелла, кивнув, проглотила слёзы. Она пихнула медальон в сумочку, и Клариса проводила её до двери. Как только Эстелла вышла на улицу, дом за её спиной исчез. Теперь на его месте было поле, поросшее травой.

Кусая зубами костяшки пальцев, Эстелла еле-еле добрела до дороги. Ноги у неё подкашивались и она изо всех сил пыталась не разреветься. Ужасы, что показала Книга Прошлого, вихрями крутились теперь в её мозгу.

— Как же так? За что? Данте... Данте... что ты наделал? — шептала она, давясь слезами. — Зачем? Это я во всем виновата... Если бы мы тогда убежали с тобой, ничего бы этого не было. Где же мне теперь тебя искать? Отзовись, мой родной, прошу тебя... — она поцеловала обручальное кольцо — то сверкнуло и сделалось тёплым. Магия кольца была жива. Это внушало надежду на благополучный исход.

Поймав экипаж, Эстелла доехала до замка Рейес. Дверь ей открыла взбешённая Чола, с порога выпалив:

— Сеньора, ваш мерзкий лис прокусил мне палец до крови, теперь я наверняка умру от чумы!

Эстелла, игнорируя въедливую метиску, отправилась вверх по лестнице. Чола пошла следом.

— А ещё, сеньора...

— Чола, отвали! — оборвала Эстелла, и Чола заткнулась.

Эстелла мечтала остаться одна, принять ванну, лечь в кровать и выплакать своё горе. Но и тут ждало её разочарование. Только она открыла дверь в спальню, так чуть не взвыла от злости: в кресле, обитом розовым шёлком, восседал Маурисио Рейес.

====== Глава 23. Паника ======

Когда Эстелла обнаружила Маурисио у себя в спальне, то захотела его убить. Нет ей покоя! Она вообще забыла о нём, у неё горе, ей надо искать Данте, а этот тип никак не отвяжется. Какого чёрта он припёрся в чумной город? Да и как узнал, что она здесь? Он же был в Риме!

Пока эти мысли метались в её голове, Маурисио, вскочив с кресла, рванул в угол. Раздался грозный рык. Эстелла охнула. Мио, её маленький лисёнок, как заправский тигр или ягуар, бросился на Маурисио и воткнул зубки в его ногу.

— Уйди, животное! Иди к дьяволу! — Маурисио махал ногой, но зверёк намертво вгрызся в его щиколотку, прикрытую белоснежным чулком.

— Мио! Ты что делаешь? Прекрати! — овладев собой, Эстелла схватила лисёнка в охапку.

Он разжал зубки, позволив взять себя на руки. Мордочка у него была вся в крови. Эстелла на секунду подумала, что он загрызёт и её, но зверёк лишь тявкнул, щуря карие глазки. Девушка вытерла ему мордочку салфеткой, уложила его на подушечку и взялась за рану Маурисио. Тот, чертыхаясь, снял окровавленный чулок и развалился в кресле, косясь на Мио. Но лисёнок не осмеливался больше подходить. Эстелла, обработав рану, замотала Маурисио ногу хлопковым бинтом.

— Это что за гадость вы сюда притащили? — указал на зверька Маурисио.

— Это не гадость, это лис, — объяснила Эстелла терпеливо.

— Он меня покусал! А вдруг у него чума?

— У него нет чумы!

— Откуда вы знаете? А даже если и нет, это дикое животное и ему не место в доме, — Маурисио потрогал бинт пальцем. — Если назавтра я не смогу ходить, я сдеру с него шкуру, так и знайте!

— Ну попробуйте! — с вызовом бросила Эстелла. Мельком заглянув в зеркало, она поправила выбившуюся из причёски прядь. — Когда ваша сестрица завела в доме гиену и леопарда, ни вы и никто другой не возмущался. Хотя это тоже дикие животные, да ещё и опасные!

— Вы нарываетесь на неприятности! — вскинулся Маурисио. — Так я вам их устрою, это не сложно. Вы забыли, где ваше место? Вы — грязная прелюбодейка, сломавшая мне жизнь! Вы пустоцвет, не способный даже родить мне наследника! Вам место в богадельне, и вы обязаны мне в ноги кланяться за то, что я вас терплю и содержу, хотя вы и подошвы моего сапога не достойны!

Хлоп! Эстелла размахнулась и звонко ударила Маурисио по щеке.

— Вон! Вон отсюда! — выкрикнула она. — Ваши оскорбления сидят уже у меня в кишках! Я порядочная женщина, и, в отличие от вас, у меня есть достоинство и принципы. Убирайтесь к чёрту! — Эстелла подтолкнула его к двери, словно он был тумбочкой.

— Я вам это ещё припомню, — Маурисио похромал к выходу. На щеке его алело пятно с отпечатками эстеллиных пальчиков. — Дрянь бесстыжая! — и он долбанул дверью.

Рухнув в постель, Эстелла зарыдала, колошматя кулаками по подушке. И тут же ощутила под боком нечто мягенькое. Это Мио запрыгнул на кровать. Скуля и всхлипывая, Эстелла гладила его по шёрстке. Он, закатывая глазки, блаженно урчал.

Она не вышла к ужину, пребывая в мрачной меланхолии. Тёпленький лисёнок расположился на её животе и тихо фыркал.

— Ты такой красивый, и только ты меня понимаешь, — сказала Эстелла зверьку. — Я чувствую себя одинокой, никому я не нужна, все только и знают, что меня обижать. Я так устала...

Мио слушал, уложив мордочку на Эстеллу и изредка пробуя на зубок шнурок её корсажа.

Стемнело. Безлунное небо укрыли рассеянные тучи, похожие на куски обгоревшего пергамента. Когда в замке погасли огни, дверь в комнату Эстеллы распахнулась с такой силой, что едва не улетела в окно. На пороге возник Маурисио. В одной пижаме, с колпаком на голове, он был в стельку пьян и шатался. В развалку подойдя к постели, он схватил Мио за шкирку и выбросил его в коридор. Грубо и жёстко швырнул зверька прямо об пол, как пачку старых газет.

— Вы что делаете?! — вскрикнула Эстелла. — Не трогайте Мио, это живое существо и ему больно!

— А-ха-ха-ха-ха! — разразился дьявольским смехом Маурисио. Он запер дверь на ключ и навис над Эстеллой.

Эстелла вжалась в стену, но это её не спасло. Выудив из пижамного кармана стилет, Маурисио разрезал на ней платье так, что оно развалилось на две части. Девушка осталась в одном корсете и панталонах.

— Вы обязаны исполнить супружеский долг сию секунду! — объявил он.

— Ни за что!

— Или вы будете мне подчиняться, или я из вас сделаю фарш! — холодные глаза Маурисио зловеще сверкнули в темноте. — Вам решать.

— Я не буду с вами спать! Не буду! Не буду! — Эстелла вскочила на ноги, но убежать не сумела — отбросив стилет, Маурисио вытащил плётку.

— Дрянь бесплодная, я тебя уничтожу! Ты будешь в ногах у меня валяться! Я тебя изувечу! — орал он, размахивая плёткой.

На обнажённых руках девушки появились багровые отметины.

— Но-о! Пошла, кобыла! — вопил невменяемый Маурисио. — Раздевайся и живо на колени! Будешь вымаливать у меня прощение за все свои грехи. Если не будешь рыпаться, может быть, я тебе что-то прощу. А может и нет.