Твой, теперь и навсегда (СИ) - "gulsim" - Страница 238

— Войтек, давай поговорим, — умоляюще проговорил Олив, едва увидев своего мальчика.

— Нет! — отрезал парень и сердито посмотрел на Нила. — Зачем ты открыл дверь?

Но тот явно не слышал его слов. Словно завороженный, он, слегка приоткрыв рот, уставился на Остена.

— Привет, зайчишка, — Остен, обойдя стоявшего на его пути Олива, взял Нила за руку и повел в спальню.

— Куда ты его потащил? Ну-ка, быстро вернись, негодяй, — завопил Войтек.

— И не мечтай, — отмахнулся Остен. — И вообще, разберись-ка лучше со своими отношениями вместо того, чтобы лезть в чужие! — Заведя парня в комнату, он плотно прикрыл дверь и сразу же задал ему вопрос: — Значит, ты был девственником?

— Нет, — испуганно прошептал Нил.

— И почему же ты не сказал мне об этом?

— Сначала постеснялся, а потом ты меня поцеловал.

— И?

— И все.

— Что все?

— Все.

— Я так полагаю, тебе понравилось это «все»? — усмехнулся Остен.

— Не скажу, — Нил, заалев щеками, отвернулся.

— Не говори, — Остен улыбнулся. — Ну и что мне с тобой делать?

— Я больше с тобой в постель не лягу, — парень попытался придать лицу твердое выражение, но глаза смотрели с такой надеждой, что мужчина чуть не рассмеялся.

— Ты сможешь сказать мне «нет»?

— Да! — Нил кивнул для убедительности головой.

— Проверим? — Остен сделал шаг к нему, тот отшатнулся в сторону и испуганно закричал:

— Нет! Не надо!

— Ух ты! У кого-то нет против меня иммунитета! — мужчина ухмыльнулся.

— Есть, и я… я тебя ненавижу, — прошептал Нил, но прозвучало это ужасно неуверенно.

— Теперь я точно проверю! — Остен стремительно бросился к мальчику и крепко сжал его в объятьях. Нил всполошено пискнул и застыл.

— Знаешь, зайчишка, мне нравится, что ты влюблен в меня, — Остен заглянул в затуманившиеся глаза парня.

— Это не так, — Нил слабо трепыхнулся.

— Ты можешь отрицать это сколько угодно, но твои глаза выдают тебя с головой.

Парень быстро зажмурился, и Остен расхохотался.

— Забавный ты, — прошептал мужчина и, взяв его за подбородок, приподнял голову. — Посмотри на меня.

— Нет.

Остен мягко поцеловал его в губы, и те сразу же охотно разомкнулись, впуская его язык. Нил очнулся уже лежащим на спине. Мужчина, нависающий над ним, улыбнулся и шутливо произнес:

— А говорил, что не ляжешь больше со мной в кровать.

— Ты негодяй, недостойный, чтобы тебя любили, — парень расстроено вздохнул: он и правда не может устоять перед Остеном.

— Отлично. Мнение Войтека я услышал, а ты тоже считаешь меня недостойным любви?

— Я? — парень растерянно захлопал ресницами.

— Да, ты.

— Да, я тоже так считаю!

— Если ты так считаешь, то почему тогда любишь?

— Я тебя не люблю. — Вот, он все же сумел сказать это! Впору гордиться собой, но отчего после этих слов стало горько на душе?

— Жаль, а я уже обрадовался, что нашелся человечек, полюбивший меня несмотря ни на что, — Остен сделал вид, что страшно расстроился и приподнялся, как будто собираясь встать.

Нил, позабывший внушаемые Войтеком слова, что нельзя быть легковерным, схватил мужчину за рукав и неуверенно спросил:

— Ты правда обрадовался, когда узнал, что я тебя люблю?

— Очень.

— А что ты ко мне чувствуешь?

— Э-э-э. — Вопрос поставил Остена в тупик. — Ты мне нравишься, — наконец, нашелся он и, чтобы парень не задавал ему больше неудобных вопросов, он прибег к самому действенному способу: закрыл ему рот поцелуем.

— Войтек, ты напрасно сердишься на меня, — Олив шагнул вперед и попытался взять парня за руку, но тот с негодованием ее отдернул.

— Не прикасайся, — разъяренно прошипел он.

— Между прочим, ты не прав: я не сказал ничего, за что на меня можно было бы злиться!

— Может, и не сказал, но наверняка подумал!

— Ты умеешь читать чужие мысли?

— Нет.

— Тогда откуда ты можешь знать, о чем я подумал? — Олив нахмурился. — Или, может, все дело в том, что я тебе надоел и ты придумал этот глупейший повод, чтобы избавиться от меня? Тебе не стоило так напрягаться, надо было просто сообщить мне об этом, и все, — разочаровано протянул мужчина.

— Неправда! Я не хотел избавиться от тебя!

— А очень похоже на это, — Олив расстроено вздохнул. — Ладно, ты ведь не виноват, что я понастроил воздушных замков, тем более что ты предупреждал меня не делать этого. Я завтра приду поздно, так что можешь спокойно собираться, я тебе не помешаю.

— Ты о чем? — Войтек похолодел.

— О твоих вещах. Прощай, — мужчина, не глядя на парня, кивнул и, развернувшись, пошел вниз.

— Стой, ты что, выгоняешь меня?

— Я — нет, ты сам уходишь, — Олив остановился, обернулся, но на мальчика так и не посмотрел.

— Вот, значит, как? Я теперь отработанный материал и стал не нужен? — яростно выкрикнул Войтек.

— Не надо кривить душой и говорить это. Ты ведь и сам прекрасно знаешь, что на самом деле все обстоит как раз наоборот. Или думаешь, я не чувствовал, как ты относишься ко мне?

— И как я отношусь к тебе?

— Как к чему-то незначительному, — Олив поежился, а потом криво усмехнулся. — Я вчера ночью был так счастлив. Решил, что все изменилось и ты останешься со мной. Все-таки я идиот. Так ошибиться! Для тебя ведь эта ночь не была волшебным сном, правда? Просто очередной эксперимент, — ссутулившись, он отвернулся и продолжил свой путь по лестнице.

— Это была лучшая ночь в моей жизни, — прошептал ему вслед Войтек.

Мужчина, вздрогнув, остановился и, не оборачиваясь, произнес хриплым голосом:

— Зачем ты это сказал?

— Прости меня, — Войтек спустился вниз и обнял его со спины.

— Я люблю тебя, — Олив стремительно развернулся и крепко прижал к себе мальчика. — Ты все, что нужно мне в жизни.

— Ты правда меня любишь?

— Ты и представить себе не можешь как!

— Расскажи мне! — Войтек, подняв голову, уставился в глаза мужчины.

— Ну, я чувствую глубокую нежность, когда смотрю, как ты морщишь лоб, придумывая очередную каверзу. Когда ты мне улыбаешься, у меня на душе становится так тепло, что не передать словами, и мне все время хочется обнимать и целовать тебя.

— Прости мне мою глупость и недоверие. Я испугался.

— Чего же ты испугался? — ласково спросил Олив.

— Что ты больше меня не захочешь, — Войтек уткнулся мужчине в грудь и шепотом добавил: — Тебе, наверное, не очень понравилось со мной.

— Почему ты так решил? — удивился Олив.

— Я был таким неловким, не знал, что делать и вообще.

— Если бы мне был нужен опытный партнер в постели, я бы снял его в клубе, — мужчина приподнял лицо парня за подбородок и нежно поцеловал в губы. — Но мне нужен ты. И такой, какой есть: неловкий, вредный и ехидный.

— Я не вредный и не ехидный! — засмеялся Войтек.

— Конечно, нет. Характер у тебя просто ангельский.

— Да! А теперь пошли домой, я хочу тебя.

— Слушаюсь и повинуюсь! — Олив, не выпуская из объятий своего мальчика, потащил его к выходу.

Нил, счастливо улыбаясь, смотрел, как его мужчина, вернувшись из душа, натягивает одежду. Полюбовавшись им, он предложил:

— Хочешь кофе?

— Нет, спасибо, мне уже пора.

— Жаль, — разочарованно протянул парень. Он рассчитывал, что вечер они проведут вместе и может быть даже Остен пригласит его на свидание. — А когда ты придешь?

— Не знаю.

— Я дам тебе свой номер телефона, тогда ты сможешь мне позвонить, как освободишься.

— Не стоит, — Остен двинулся к двери и, пробормотав: — «Пока», — ушел.

Нил в шоке несколько секунд смотрел на дверь, не веря, что мужчина опять им просто попользовался. Но ведь Остен же сказал, что он ему нравится! Солгал, это и дураку понятно! Нила внезапно затошнило, он почувствовал себя так, как будто над ним надругались, а впрочем, так и есть: ему очередной раз растоптали душу. Парень потянулся за телефоном, собираясь как обычно пожаловаться другу, но передумал. У Войтека самого полно проблем и навязывать ему еще и свои неудобно и нехорошо. Он больше не станет цепляться за друга и сам разрешит свои трудности. Как там говорил Войтек: «Если тебе плохо, пляши». Вот он и пойдет плясать. И с первым же, кто его позовет, уйдет. Хватит с него этой любви!