Исход контракта 2 (СИ) - Зябликова Мария - Страница 22

- Сидишь здесь. И читаешь, - преграждает мне путь Джейсон. – Ты слишком заинтересован. Поэтому давай я поговорю с ним, а ты изучай материалы.

- Черт, Джейсон. Ты не оставляешь мне выбора, - злостно говорю напарнику, ударяя кулаком по столу. - Выпотроши этого урода за меня. И не будь слишком нежен.

- Я подумаю.

Упав на стул, поворачиваюсь к столу и беру массивную папку в руки. Открыв обложку, вижу фото того богатея, которого мы вчера навещали. От его лица меня передергивает.

Брайн Райт. 34 года. Мать мертва. Огнестрел. Дело не раскрыли.

Смотрю на фотографии с места преступления и изучаю все факты смерти.

Райта воспитывал отец- Мэтью Райт. Владелец собственного бизнеса. Имел оффшорные счета в Швейцарии. Не раз закрывали нелегальные клубы, но тот всегда выходил сухим из воды.

Смотрю информацию по этим клубам. Эскорт, бордель, предметы искусства. Нелегальная продажа. Наверное, сынок пошел в папашу. Ненавижу это гнилье. Они унижают женщин, наверняка делают с ними ужасные вещи, и не удивлюсь, если и убивают. Такой бизнес держать тяжело и нужно иметь стальные яйца вкупе с крепким характером. Надо приставить к Брайну Райту людей, для слежки. Уверен, что какое-то говно да всплывет на него.

Перелистываю страницу, и меня будто окатывает ледяной водой. Я смотрю на фотографию, сделанную примерно лет двадцать назад. На ней стоит Мэтью Райт, а рядом Роберт Эванс. Они пожимают друг другу руки, наклонившись, чтобы что-то сказать. На этом фото Роберт молод, но я узнал его, и готов отдать голову на отсечение, что это он.

- Вот дерьмо, - резко встаю со стула, и тот откатывается назад. Хватаю куртку и выбегаю из офиса. Какого черта Эванс общался с этим ничтожеством. Во мне будто разрывается все, что я знал. Роберт Эванс. Тот, которому я всегда доверял. Которого уважал за все. И она стоит с Мэтью Райтом, тем, кто использовал людей, унижал, и делал ужасные дела. Следует разобраться с ним. И я очень верю в то, что Тайлер был не в курсе всего этого. Если будет так, то это просто дерьмово вдвойне. Но я разберусь. Я все выясню.

Глава 9.

Мне не хотелось покидать стен его квартиры, ведь как только я закрою за собой дверь, то все может измениться, и не появится возможности вновь сюда вернуться. Вдруг это был всего лишь мимолетный секс, в котором нуждался Ник, а я удобно попалась под руку. Будет очень обидно, если мои планы относительно этого красавчика разобьются на множество осколков, погребая под собой и мое сердце. Кроме того, что я не могла отвести от него глаз, теперь еще и разум не хотел отпускать Ника. Его шепот, прикосновения, движения - все было в моей голове, словно бесконечная видеопленка, поставленная на «play».

Все, что я смогла понять про этого парня,и позволило мне изучить его вещи за утро, проведенное в его квартире в одиночестве, так это то, что Ник был опрятен. Даже у Тайлера не было такого порядка в гардеробной, как тот, что я видела сегодня. Несмотря на присутствие Френки в квартире, все кругом было чисто и свежо. У парня нет горничной, и я не думаю, что он сумел навести этот марафет за один вчерашний вечер. Поэтому еще один несомненный плюс можно добавить к уже имеющемуся списку, который я набросала за вчерашний вечер.

Ник очень красив, умен, начитан, умеет вкусно готовить, умеет работать руками, да и не только руками. То, что он вытворял с моим телом в постели – это нечто.

Вновь воспоминания захлестнули меня, заставив закусить губу и улыбнуться. От этих вспышек в памяти, разум посылает импульсы прямо вниз живота, заставляя не по-детски возбуждаться.

Подъехав к дому и взглянув на него, понимаю, что Алексис сейчас устроит мне тотальный допрос, и это заставляет меня шумно вздохнуть и медленно шагнуть в сторону крыльца.

Я точно знаю, что Тайлера и Роберта уже нет, поэтому подруга не оставит мне ни единого шанса что-то утаить от нее. Но мне очень хотелось оставить все произошедшее ночью только при себе. Эти воспоминания для меня очень ценные, и не хочется делиться ими еще с кем-то, несмотря на то, что Алекс будет рада за меня.

Немного задержавшись возле двери, я набираю полную грудь воздуха и вхожу в дом. И как бы я не держала кулачки за спиной и не скрещивала пальцы, как бы сильно не жмурила глаза, но это все равно случилось.

- Так, так, так… - Алексис при полном макияже, одетая в облегающее красное платье и черные лакированные туфельки, стоит напротив входа. Ее руки скрещены на груди, а ножка нервно постукивает по полу.

- Доброе утро, мама, - пробубнив, захлопываю дверь за своей спиной. – Не спала всю ночь в ожидании блудной дочери?

- Сарказм? – недовольно опуская руки, ворчит Алексис

- Где уж там. Привыкай, скоро твоя малышка подрастет. Оправдываться не буду. Жива, здорова. Руки, ноги, голова на месте.

- Элис, мы же уже говорили об этом. Я не хочу ругаться с тобой.

- Я и не собираюсь. Я была с Ником. Надеюсь, что этот вариант вас всех устроит. Потому что меня – да.

- С Ником? Бекером? – удивленно вытаращив глаза, подруга наблюдает за моим передвижением по кухне.

Достаю из холодильника чизкейк, и, отрезав два кусочка, кладу их на блюдца. Затем разрезаю ягоду клубники на две равные части и кладу рядом с тортом, зигзагами поливаю красоту шоколадным топпингом. Беру в руки две ложки, ставлю одно блюдце с десертом рядом с Алексис, а второе перед собой. Разлив по кружкам кофе, усаживаюсь на кресло, отламывая первый кусочек торта.

- Да, с ним. Я знаю, как тебе хочется все разузнать. Но мне очень хочется пока сохранить все при себе. Потом я расскажу тебе больше. Но сейчас просто оставь мне теплые воспоминания. Хорошо? – многозначительно смотрю на подругу, в надежде, что она понимает, о чем я. Но у той был хитрый взгляд, который говорил мне, что Алексис не сдастся. – Мне очень не хватало этого. Простой легкости и свободы. Не знаю, что у нас будет дальше, но не хочу говорить об этом пока. Когда произносишь вслух те вещи, которые доставляют тебе радость, начинается обратный эффект, и все рушится на твоих глазах.

- Кажется, я понимаю, о чем ты. Только скажи мне, тебе действительно нравится Ник или ты с ним из чувства долга, что он спас тебе жизнь?

- А ты? – кидаю на нее неодобрительный взгляд.

- Что я?

- А ты с Тайлером была из чувства благодарности или по любви?

Алексис положила ложечку на блюдце и встала с дивана, медленно шагая к окну.

- Если честно, я не раз думала об этом. Особенно первое время, когда меня одолевали кошмары, и я засыпала рядом с ним. Изначально я чувствовала благодарность за его терпение и желание помочь. Мне казалось это чем-то не реальным, все, что происходило со мной тогда. Чернота Брайна стерла все хорошее, что у меня было. И я не понимала, как могут быть бескорыстными люди, такие как Эвансы. Порой зарождались сомнения. Но каждый день, что я видела улыбку Тайлера, его осторожный взгляд… - Алексис усмехнулась, и, отвернувшись от окна, посмотрела на меня. – Это придавало мне уверенности. И однажды проснувшись, я поняла, что люблю его и не хочу кого-то другого в своей жизни. И пускай присутствует то самое чувство благодарности, но… а как ему не быть? Я благодарна ему за то, что он не сбегает от меня по утрам, - со смехом продолжает она. – Благодарна, что подарил мне дочку. Благодарна, что его заботе нет предела. Скажи, разве влюбленность не состоит из благодарности?

- Тогда у меня возникает логичный вопрос: зачем ты спрашиваешь меня, не сплю ли я с Ником только из чувства благодарности, ведь ты сама ответила на свой вопрос?

- Мне хочется понять, чувствуешь ли ты по отношению к тому парню тоже самое, ведь еще некоторое время назад ты хотела оторвать ему голову?

- Он мне нравится. Честно. Я дольше тебя смотрела на ублюдков, которые пользуются женщинами. Ник не такой. Но и представлять его с нимбом на голове пока рано. Пусть все идет, как идет.

- Так значит, вы славненько покувыркались, - подстегнула меня Алексис, прищурив один глаз.