Потерянные Звёзды - Грэй Клаудия - Страница 45

— Лейтенант-коммандер Ри, у нас есть картинка, — сообщил пилот-штурмовик.

Отвернувшись от страшной картины, Сиена увидела на экране изображение крыши здания. Солдаты гарнизона выстроились по стойке смирно, спокойно и неподвижно, дожидаясь спасения, хотя жар наверняка был невыносимым.

— Хорошая работа, — сказала она. — Проведи нас туда.

Пилот дважды проверил показания, и Сиена поняла, почему он колеблется: от жара создавалась обратная тяга, возникали течения воздуха, способные дестабилизировать и корабль побольше их шлюпа.

Порой в горах возникают странные ветры…

— Эй. Я возьму штурвал. — Сиена жестом попросила его из кресла.

— Мэм, я умею летать…

— Знаю. Но ты сможешь занести раненых на корабль, а я — нет.

Ну, не больше двух.

Поняв, что его не сочли трусом, пилот присоединился к другим штурмовикам. Сиена вела корабль низко в городских каньонах — бывших улицах, теперь затопленных лавой. Адский багровый свет снизу контрастировал с черным небом. И хотя это было непросто, Сиене удавалось достаточно хорошо стабилизировать корабль.

«Неуклюжее корыто», — подумала она, сожалея, что не располагает судном половчей. Однако этот корабль мог выдержать предельно высокую температуру, а остальное было не важно.

Она посадила шлюп на крышу гарнизона, и, как только открылись люки, войска хлынули внутрь. Броня солдат посерела от вулканического пепла, некоторые кашляли и спотыкались. Еще бы полчаса — и они были бы мертвы. Сиена вспомнила, как эти люди стояли, до последнего верные дисциплине, и почувствовала, что ее сердце забилось сильнее от гордости.

— Хорошо, — сказала она и приготовилась скомандовать вылет к «Опустошителю», когда увидела еще одно здание, подальше. Там тоже столпились люди, жители Иваруджара, которые, должно быть, не смогли попасть на гражданский транспорт. Или, может быть, там не хватило места для всех…

— Лейтенант? — Пилот вернулся в кабину. — Мы готовы к взлету?

— Да, — ответила девушка. — Сделаем еще одну остановку, прежде чем вернемся на «Опустошитель».

— Мм… остановку?

Приказа спасать местных жителей не было, но не было и запрета.

— Освободите столько места, сколько сможете. Подберем еще пассажиров.

Когда Сиена взлетела снова, то почувствовала турбулентность воздушных потоков вокруг. Закусив нижнюю губу, она подняла корабль выше, чтобы тот испытал самое худшее лишь в конце пути. Вулкан вновь содрогнулся, выплевывая очередное облако пепла, звук заставил вибрировать весь корабль. Вероятность повторного извержения очень велика.

«Вы не имеете права рисковать жизнью людей, за которых несете ответственность, ради спасения тех, за кого не несете», — вспомнила она один из бесчисленных параграфов, вызубренных в Академии. Но Сиена выкинула эту мысль из головы. Жизнь есть жизнь. Тем более она могла это сделать.

Приземлившись на углу крыши, девушка вышла из кабины, чтобы помочь разместить гражданских на борту.

Им пришлось хуже, чем штурмовикам, у них ведь не было шлемов с дыхательными масками; многие уже находились в полубессознательном состоянии. Сиена протянула руки к маленькому ребенку, подняла его на корабль и предложила руку его отцу, помогая подняться. Ее штурмовики делали то же самое, как всегда следуя примеру командира.

К тому времени, как последний человек был втащен на борт, корабль был забит до отказа, не сказать хуже. Сиена протолкалась в кабину шлюпа и обнаружила, что пилот уже и не пытался взяться за штурвал. Стоя в стороне, он сказал:

— Не знаю, можем ли мы с таким весом…

— Можем и взлетим, — ответила Сиена с большей уверенностью, чем испытывала на самом деле.

Корабль был способен поднять такой вес, но его маневренность, и так оставлявшая желать лучшего, снизится критически. Полет в раскаленных ураганных ветрах…

Она включила двигатели на полную мощность, и корабль взмыл в воздух. Сначала посудину трясло так сильно, что Сиену в кресле удерживали только ремни, люди в пассажирском отсеке выли от страха. Внизу здания полыхали, как спички. Еще немного, и начнется настоящий огненный шторм — и корабль окажется в самом его центре.

Сиена задрала нос корабля вертикально вверх. Шлюп поднимался медленнее, чем должен был, но все же двигался…

Она увидела, как на горизонте вырастает столб пламени, а вокруг него закручивается жуткий вихрь. Если корабль попадет в такой кошмар, они не выберутся.

Но девушка упорно боролась со страшными ветрами, отвоевывая каждый сантиметр пути, пока наконец судно не вырвалось в верхние слои атмосферы. Сиена выдохнула с облегчением, а из трюма донеслись радостные крики.

Она не смогла сдержать улыбку — и кто мог ее винить?

Однако нашелся тот, кто сделал это: капитан Роннадам.

— Вам было поручено спасти солдат гарнизона, — сказал он, меряя шагами кабинет, пока Сиена стояла перед ним навытяжку, в своей запачканной сажей форме. — А не гражданских.

— Приказы не запрещали мне делать это, сэр.

Глаза Роннадама сузились.

— Ищете лазейки, Ри? Опасная дорожка.

— Нет, сэр! Я имела в виду, что отреагировала инстинктивно и не увидела никаких препятствий к исполнению.

— Вы отреагировали инстинктивно, — фыркнул он. — Иными словами, вы не смогли сверить свои планы у вышестоящих офицеров!

«У нас не было времени», — хотела она возразить, но поняла, что лучше этого не делать.

— Мне очень жаль, сэр. Я должна была прояснить детали миссии до того, как приступить к исполнению. Такой ошибки больше не повторится.

— Знаю, что не повторится. — Роннадам оглядел ее с головы до ног, прежде чем сухо добавить: — У вас безупречный послужной список, так что наказание будет символическим — всего пять недель двойных дежурств. В следующий раз, однако, не рассчитывайте на такую снисходительность.

— Следующего раза не будет, сэр.

Даже пять недель дополнительной работы были небольшой ценой за сорок жизней.

Выйдя из его офиса, Сиена выдохнула с облегчением. Сначала она рассердилась, что ей вкатили выговор за спасение людей, но теперь поняла, что начальство было недовольно лишь потому, что она нарушила субординацию. Само по себе спасение гражданских не было неверным поступком. Империя никогда не возражала против этого.

Кроме того, это был один из лучших полетов в ее жизни. Если бы только она могла рассказать о нем Тейну! Перед ее умственным взором предстало лицо любимого, когда она рассказала бы ему о циклопическом пламени. Он бы жутко завидовал и сожалел, что сам не смог так полетать.