Потерянные Звёзды - Грэй Клаудия - Страница 2

Взглянув вверх, она увидела лишь тонкую линию в облаках — исчезающее свидетельство присутствия корабля. Девочка вздрогнула от волнения, но затем вспомнила, что нужно надеть кожаный браслет на запястье. Сжимая кожу пальцами, Сиена прошептала:

— Посмотри моими глазами.

Теперь ее сестра Уиннет могла это увидеть. Сиена проживала свою жизнь за них обеих и никогда не забывала об этом.

Отец, наверное, услышал ее, потому что грустно улыбнулся. Значит, и он тоже подумал о Уиннет. Но он лишь погладил дочь по голове и завел ей за ухо непослушный черный локон.

Наконец спустя два часа подъема в гору они добрались до Валентии. Сиена никогда раньше не видела настоящего города, лишь на голограмме; родители редко покидали их дом в долине и до сегодняшнего дня никогда не брали ее с собой. Широко распахнутыми глазами она смотрела на здания, вырубленные в белесых скалах, — некоторые из них были в десять или пятнадцать этажей. Они тянулись вдоль горы, насколько хватало глаз. Возле зданий раскинулись палатки и навесы, выкрашенные в яркие цвета и украшенные бахромой или бусинами. На шестах, воткнутых в землю или вмурованных в камень, развевались имперские флаги.

На улицах толпилось больше людей, чем она видела за свои восемь лет. Здесь продавали еду и сувениры к великому событию — имперские стяги или маленькие голограммы Императора, доброжелательно улыбающегося и прозрачного над небольшим радужным диском. Большинство же народу, однако, двигалось в том же направлении, что и семья Сиены, — на церемонию. Даже несколько дроидов катились, парили или сновали в толпе, и каждый был более блестящим и явно намного более современным, чем единственный потрепанный дроид-резчик в ее деревне.

Эти люди и дроиды были бы гораздо очаровательнее, если бы не толпились на ее пути.

— Мы успеем? — спросила Сиена. — Я не хочу пропустить корабли.

— Мы не опоздаем, — вздохнула мама. Она повторила это уже много раз за день, и Сиена знала, что должна сохранять спокойствие. Но затем Верин Ри положила руки на плечи юной дочери; сколь бы ни было мягким это движение, мууньяк понял, что нужно остановиться. Полинявший черный плащ мамы развевался вокруг ее слишком худого тела. — Знаю, что ты волнуешься, дорогая. Это пока самый важный день в твоей жизни. Почему бы тебе не нервничать? Но сохраняй веру. Империя будет ждать, когда мы закончим это путешествие в гору, когда бы это ни случилось. Хорошо?

Мамина улыбка согрела Сиену, словно солнечный свет.

— Хорошо.

Не важно, когда они закончат восхождение. Империя всегда, всегда будет ждать ее.

Как и обещала мама, когда они добрались до загонов, оставалось еще достаточно времени. Но пока родители оплачивали смотрителю один день в коррале и корм для мууньяка, Сиена услышала смех.

— Явились на имперскую церемонию на вонючем мууньяке! — вопил подросток из второй волны. Яркий красный цвет его плаща напоминал Сиене открытую рану. — Да они же все здесь провоняют!

Сиена почувствовала, как зарделись щеки, но ничего не ответила задирам и даже не посмотрела на них. Вместо этого она похлопала мууньяка по боку; животное моргнуло ей, спокойное, как всегда.

— Мы вернемся за тобой позже, — пообещала она. — Не скучай.

Никакие насмешки глупых подростков не могли заставить ее стыдиться зверя. Она любила и его, и его запах. Тупые поселенцы второй волны просто не понимали, что значит сродниться со своими животными и землей.

Тем не менее теперь, увидев сотни людей второй волны, в длинных шелковых плащах и роскошных стеганых одеждах, Сиена посмотрела на собственное светло-коричневое платье и почувствовала себя нехорошо. Прежде ей нравилось это платье, потому что ткань была чуть светлее тона ее кожи и хорошо смотрелась на ней. Теперь девочка заметила потрепанный подол и выползшие нитки на рукавах.

— Не позволяй им влиять на тебя. — Лицо отца стало напряженным, зажатым. — Их время ушло, и они об этом знают.

— Парон, — прошептала мать, стиснув руку мужа, — говори тише.

Отец заговорил вновь, с большей осторожностью, но еще большей гордостью:

— Империя уважает тяжелый труд. Абсолютную верность. Ее ценности такие же, как наши. Эта вторая волна — ПОТЕРЯННЫЙ народ — они не думают ни о чем, кроме наполнения собственных карманов.

Это означало «зарабатывать деньги». Сиена знала, потому что отец часто говорил об этом, всегда упоминая о людях второй волны, что жили на самых высоких горах. На самом деле она не понимала, что же плохого было в зарабатывании денег. Но было кое-что важнее… особенно честь.

Сиена и все остальные обитатели долин Джелукана происходили от лоялистов, изгнанных с родного мира после свержения их короля. Эти люди, все как один, выбрали изгнание, но не предательство. Какой бы тяжелой ни была жизнь на Джелукане — в непрестанном труде и бедности, — люди долин до сих пор гордились выбором предков. Как и любой ребенок в долине, Сиена выросла со знанием, что ее клятва и честь были единственным по-настоящему важным богатством.

Пусть вторая волна толчется вокруг в новых одеждах и сверкающих украшениях. Простой плащ Сиены был соткан матерью, покрыт катышками от меха мууньяка; кожаный браслет переплетался заново и увеличивался по мере того, как росла сама Сиена, чтобы всю жизнь украшать ее запястье. Она владела немногим, но все ее имущество, все, чем она владела, имело значение и ценность. Люди с гор не могли этого понять.

Словно читая мысли дочери, Парон Ри продолжил:

— Теперь у нас будут иные возможности. Лучше. Мы уже видели это, не так ли?

Мать Сиены улыбнулась, плотнее обернув бледно-серый шарф вокруг головы. Всего три дня назад ее выдвинули на руководящую должность в ближайшей шахте — обычно такие места люди второй волны приберегали для себя. Но сейчас Империя менялась. Все изменится.

— У тебя будет более широкий выбор, Сиена. Шанс сделать больше. Стать кем-то большим. — Парон Ри улыбнулся дочери с суровой, но несомненной гордостью. — Сила проследит за этим.

Насколько Сиена могла судить по немногочисленным голограммам, что ей доводилось смотреть, немногие в Галактике теперь верили в Силу — энергию, что позволяла стать единым целым со вселенной. Даже она порой задумывалась, существовали ли на самом деле такие существа, как рыцари-джедаи. Удивительные сказки, которые старейшины рассказывали о доблестных героях со световыми мечами, способных подчинять умы, перемещать по воздуху предметы, наверняка были всего лишь вымыслом.

Но Сила должна была быть реальной, ведь это она привела Империю на Джелукан, чтобы навсегда изменить их будущее.

— Народ Джелукана, сегодняшний день олицетворяет собой и конец и начало, — сказал старший имперский чиновник на празднике, человек, который назывался «гранд-мофф Таркин».

Сиена знала, что это титул и имя, но не была уверена, что из этого чем является. Было ли «гранд-мофф» титулом, а Таркин — именем, или его имя было «Мофф Таркин», а титул — «гранд»? Она спросит позже, когда вокруг не будет празднослоняющихся людей второй волны, насмехающихся над ее невежеством.