Башня Гоблинов - де Камп Лайон Спрэг - Страница 68

– Как метко заметил Сидам-мудрец: «Путешествие и болезнь тянутся медленнее, чем ожидаешь, зато деньги и вино кончаются быстрее», – изрек Карадур. – Пока мы еще успеваем на метурский Конклав. В Тарксии придется сделать передышку. Там живет один Альтруист.

– Кто он?

– Старый волшебник по имени Вальдониус.

– Ему можно доверять?

– Вне всякого сомнения; Вальдониус известен, как человек кристальной чистоты.

– Ладно. Будем надеяться, он окажется почестней Ритоса и Поррекса, в коих ты был уверен ничуть не меньше!

Некоторое время Карадур ехал молча, затем вдруг произнес:

– О Джориан!

– Ну?

– Ты не хотел бы стать волшебником? Мне нужен ученик; последний, что у меня был, умер много лет назад.

– Отчего это он умер?

– Несчастный простофиля вызвал злобного демона, но позабыл замкнуть магическую фигуру. Я уверен, ты бы так не оплошал. Что скажешь?

– Чтоб я пошел в волшебники, Тио меня забодай? Не знаю. Я подумывал стать часовщиком, торговцем, фермером, солдатом и поэтом, а вот гадателем – ни разу.

– Хорошо, на Конклаве у тебя будет возможность оценить моих собратьев по ремеслу.

Зеленый бог Тваша уже не выглядел таким жизнерадостным, как прежде.

– Где мои цветы? – хмуро спросил он.

– Ох, господин, – ответил Джориан. – Где я тебе весной возьму цветы в холодной степи? Подожди деньков пять, и я тебя завалю цветами – все долги покрою с лихвой.

– А я хочу сейчас, – капризно сказал бог. – В Тирао круглый год полно цветов.

– Мы не в Тирао, – урезонивал Джориан ребячливое божество, стараясь подавить закипавшее раздражение. – Здесь цветы распускаются только в определенное время года.

– Тогда я ненавижу эту местность! Вези меня назад в любимые родные джунгли!

– Ну, вот что, о бог! – взорвался Джориан. – Я тебя выкопал из кулбагархской грязи и с тех пор усердно каждый день тебе молюсь. Я скажу, что будет, ежели ты откажешься прорицать. В первый же раз, как выйдем к Срединному морю, я тебя зашвырну подальше в воду. Может статься, ты найдешь там молельщиков получше – осетров да селедок.

– Ой, да полно, полно, – захныкал Тваша. – Так и быть, подожду с цветами. Чего тебе надобно на сей раз?

– Очень бы хотелось разузнать про орду, что стоит у нас на пути; кто они такие и как зовут ихнего хана.

Тваша исчез с постамента. Джориан остался один в темном зале с размытыми очертаниями. Вскоре бог вернулся.

– Это орда Гендингов, она стоит лагерем у города Истхойна, а ханом у них Вилимир.

– Ух ты! Не тот ли он изгнанник, что в прошлом годе жил при ксиларском дворе?

– Не знаю, хотя это нетрудно выяснить. Скажи, твой Вилимир был тощий, среднего роста, бритый, с длинными, тронутыми сединой соломенными волосами и шрамами на лице и правой руке?

– Точно он. Старый хан, видно, помер или свергли его. Присоветуй: ежели я привечал парня, когда он был в нужде, могу ль я нынче ему довериться?

– Ах, любезный мой Джориан, полагаю, тебе нечего опасаться. Во всяком случае, я только что заглядывал в его мозги и не обнаружил там никаких злодейских замыслов. Как мне показалось, он малый неглупый и практичный.

– Когда он гостил в Ксиларе, мне тоже так казалось. Счастливо!

Проснувшись, Джориан пересказал Карадуру свой последний разговор с Твашей.

– Все ж таки нет полной уверенности, что нам окажут дружеский прием, – сказал он. – Сдается мне, Вилимир слишком хладнокровный реалист, чтоб поддаться благодарности. Что присоветуешь?

– Ах, Джориан, доверимся ему, у нас нет иного выхода! Мы сможем сесть на корабль, плывущий в Тарксию, и моим бедным старым костям не придется больше трястись по этим бесконечным ухабам. Кроме того, если мы вздумаем обойти его войско стороной, нам придется потратить на это не один день, а потом еще берегом добираться до Тарксии. Так мы на Конклав опоздаем.

– Решено, – сказал Джориан и вскочил на коня.

К полудню они добрались до главного лагеря Гендингов, разбитого на пологом холме к северу от морского порта Истхойна. За Истхойном можно было разглядеть отливающие на солнце стальным блеском воды залива Норли, откуда, раздувая прямоугольные коричневые паруса, уходили в первый весенний рейс обычные для этих мест беспалубные, одномачтовые, Похожие на каноэ суденышки. Сам Истхойн вытянулся полукругом, следуя очертаниям береговой линии бухты. Город окружала стена из необтесанного местного камня; на стене под свежим степным ветерком безостановочно крутились два десятка ветряных мельниц.

Черные шатры клана Гендингов покрывали внушительное пространство. Рядом с лагерем войска кочевников совершенствовали свое боевое искусство. Они отрабатывали атаки, ложные отступления и стрельбу на полном скаку. Войско Гендингов состояло в основном из легко вооруженных конных лучников, однако самые богатые подданные хана Вилимира были собраны в эскадроны тяжело вооруженных копейщиков, закованных с ног до головы в кольчатые или пластинчатые кольчуги и разъезжающих на мощных конях, тоже наполовину защищенных доспехами. Восседая на спинах прирученных мамонтов, за учениями наблюдали воинские начальники. Никто не обратил особого внимания на двух пропыленных и покрытых коркой засохшей грязи незнакомцев, которые подъехали к огромному черно-красному шатру, расположенному в центре учебного плаца. Джориан с Карадуром привязали свою живность к коновязи, после чего Джориан по-швенски обратился к караульному:

– Король Джориан Ксиларский желает выразить почтение Великому Хану Гендингов. Он знает нас.

– Король, говоришь? – смерив Джориана презрительным взглядом, переспросил караульный. – Видал я прежде королей, но такого как ты – в драных обносках да еще в компании старой развалины на колченогом осле – чтой-то не припомню.

У караульного, здоровенного детины почти одного с Джорианом роста, были золотистые, заплетенные в косички длинные волосы и свисающие на грудь усы. Наряд его состоял из мешковатых шерстяных штанов, кольчуги, подбитого мехом плаща и шлема с зубчатым гребнем.

– И тем не менее мы король, – нимало не смутившись, повторил Джориан. – Не будешь ли так любезен доложить о нас?