Колодец смерти (СИ) - Вэйл Ингрид - Страница 62

В мерцающем огне свечей, охваченные желанием, те даже не заметили снисходившей розоватой дымки. Покрывая лицо любимой поцелуями, Грэг чувственно замкнул ее губы, ненамеренно погрузив ее в состояние невесомости. Утопая в страсти, она безгранично растворилась в его любви.

Это и был тот момент из прошлой жизни, который навсегда запомнился Аделине. Именно этих переживаний она сейчас и дожидалась. Закружившись над головой девушки, она создала всепоглощающий смерч и, захватив на мгновение вышедшую энергетику собственного тела, слилась с ней воедино. Как только Грэг оторвался от ее губ, Аделина очутилась в объятиях мужа. Обретя тело, она тут же окунулась в неописуемое блаженство. Объятия рук ничего не подозревающего мужа вызывали в ней волны неимоверного желания и любви. Безумное счастье снова почувствовать его живое тепло, вызвало непроизвольные слезы. Грэг удивленно посмотрел на жену.

– Что с тобой, Лина, что-то не так? – обескураженный ее поведением, спросил он.

Если бы он только знал, какая пропасть времени и пространства лежали между ним и Аделиной! Никакая слезинка из глаз ее не могла передать той мучительной разлуки вечностью, которую она пережила.

– Я так по тебе соскучилась! Ты просто не представляешь, как сильно я люблю тебя! Какое же это счастье быть рядом с тобой! – тесно прижимаясь к его телу, произнесла она в ответ.

Несколько удивленный, он и не подозревал, насколько ее слова были близки к истине. Чувствуя, что в ее душе произошел всплеск чувств, он не стал дальше выяснять причину ее слез.

– Я тоже люблю тебя больше жизни, – ответил он, еще крепче сжав свои объятия.

*******

Ирен проснулась ближе к полудню. Не обнаружив Аделины в каюте, она удивилась ее исчезновению.

– Странно, – пробормотала она, – Лина ни за какие деньги не дала бы мне проспать завтрак. Весьма странно.

Не желая пропустить еще и обед, она быстро поднялась с кровати и, мгновенно собравшись, выскочила в коридор. С шумом захлопнутая дверь по неизвестной причине напугала ее.

– Что-то нервы у меня сегодня ни к черту. С чего бы это? – подумала она.

По всей видимости, она действительно переживала за подругу. У нее было предчувствие, что та пропала в одном из своих, не подвластных человеческому мозгу пространств.

– Сможет ли Лина и на этот раз выпутаться и, прямо скажем, вернуться живой, – с волнением думала она.

Несмотря на все разнообразие блюд, обед ее совсем не радовал. Она медленно ковырялась в тарелке, задумчиво глядя в одну точку.

– С добрым утром, крошка! Как спалось? – вывел ее из оцепенения голос вчерашнего знакомого.

– И принесла же нелегкая, – раздосадовано подумала она.

От ее ночного восторга этим парнем не осталось и следа.

– Неужели он мне уже надоел? – промелькнула мысль.

Глядя на него, она пыталась выяснить причину своей раздраженности.

– Да и кто ему дал право называть меня так? Крошка! – со злостью подумала она себя.

Наблюдая за выражением ее лица, парень не мог понять, что с ней такое творится. Он, вроде бы, сделал все возможное вчера, чтобы ожидать лучшего приема, да и расстались они на позитиве.

– Что-то ты не в духе сегодня? – наконец констатировал он факт.

– У тебя зато хорошего настроения на двоих хватает! – с ухмылкой ответила она.

Не прочувствовав иронии в ее словах, тот продолжал улыбаться во весь рот.

– Я наверняка смогу и тебе его приподнять, если ты не откажешься пройти ко мне в каюту, – с уверенностью заявил он.

Его бесцеремонность не знала границ, но Ирен решила не обострять обстановку.

– Откажусь. Несколько рановато для утех, – глядя ему прямо в глаза, возразила она.

– А где твоя подруга? – расстроившись, что ей не до развлечений, перевел он разговор.

– Это и я хотела бы знать, – сразу же оживилась Ирен.

По лицу приятеля было заметно, что он уже пожалел о заданном вопросе.

– Она куда-то исчезла, и я даже не знаю, с чего начать ее поиски, – с горечью продолжила она, не замечая его безразличия.

– Ну, ты не переживай сильно. Не потеряется твоя подруга, объявится, – безмятежно проговорил он, несколько успокаиваясь, что угрюмое настроение Ирен, скорее всего, вызвано исчезновением подруги.

– Послушай, Брэд, ты ее совсем не знаешь. Не в правилах моей сестры пропадать просто так! – озабоченно воскликнула Ирен.

– Я тебя уверяю, найдется твоя Аделина, мало ли, куда она могла пойти. Скорее всего, гуляет где-нибудь на палубе, морским воздухом дышит. Поверь мне, ты зря себя накручиваешь, – стараясь успокоить ее, уверенно заверил он.

– Ну не объяснять же ему на самом деле, что Лина не совсем обыкновенный человек, а девушка с экстрасенсорными способностями, которая вряд ли сейчас гуляет по палубе, как нормальный человек, – размышляла она. – Вот Тима бы сюда! Он наверняка что-нибудь дельное предложил.

– Хотелось бы надеяться. Может, ты и прав, – с сомнением в голосе вслух сказала она.

Воспользовавшись наступившей паузой, чувствуя, что вряд ли ему удастся развеселить ее, а уж тем более добиться согласия на близость, Брэд засобирался.

– Ладно, пойду я тогда. У меня с ребятами встреча назначена. Собираемся в волейбол поиграть. Ты не против? – несколько заискивающим тоном проговорил он.

– Видимо, понял, что напором со мной нельзя, вон уже и разрешения спрашивает, – с удовлетворением подумала она.

– От чего ж. Иди, играй себе на здоровье.

– Тогда до вечера? – с надеждой спросил он.

– До вечера, – благодушно пообещала она.

– И чего это я на него взъелась? – думала она, глядя на стройную фигуру удаляющегося молодого человека. – Он в общем-то не виноват в исчезновении Аделины. – Ну да ладно, бог с ним.

*******

Аделина таяла в жарких объятиях Грэга. Она отдавалась ему с пылом, понимая, что второй такой встречи больше не будет никогда. Ее несбыточная мечта, вновь хотя бы на секунду прикоснуться к нему, свершилась. Обвивая его оголенный торс, она возвращала себе давно забытые ощущения. Наслаждаясь каждым вздохом рядом с ним, она вспоминала его родной запах. Горячими поцелуями Аделина освежала в памяти вкус его губ.

На эмоциональное состояние, от казалось бы невозможного свидания с Грэгом, накладывались переживания, пришедшие из прошлого. Они будоражили и без того взволнованную до предела душу Аделины. Ее тело, давно не испытывающее нежности мужских рук, дрожало от волнения, и Грэг, ошеломленный силой ее возбуждения, реагировал яростно и бурно.

Он не понимал, что заставило ее так пылать, но, попав под влияние ее чар, самозабвенно подчинился зову желания. Аделина же и не пыталась разъяснить ему ситуацию, сознавая, насколько сложно будет это сделать. Слишком невероятно и непостижимо уму являлось все происходящее. Она и сама до конца не верила в события последних дней. Быль и небыль, наваждение и явь сумбурно перемешивались между собой в один запутанный клубок. А уж тем более сверхъестественность и мистичность самой встречи. Аделина боялась словом нарушить видение в случае, если это все-таки был сон. Попав во власть чувств и влечения, она лишь имела желание любить и быть любимой.

В эту минуту вселенная перестала существовать для них и оба всецело предались вожделению. Непрерывно лаская жену, Грэг без труда вызывал огненную волну страсти. Потоки сладострастия разошлись по всем ее органам, неумолимо вызывая половую истому. Стараясь в ответ доставить любимому как можно больше удовольствия, она с нежностью и горячностью ласкала каждую клеточку его тела. Легкими поцелуями покрывая лицо Грэга, она снова и снова возвращалась к его губам, находя темпераментный отклик.

По невидимым нитям, связывающим обоих, внутренний огонь Аделины мгновенно переходил на настрой Грэга, воспламеняя и волнуя его до безумия. Желание, охватившее его, нарастало стремительно и неукротимо. Не имея больше сил сопротивляться, он настойчиво оторвал Аделину от себя. Развернув ее к себе спиной, он напористо вошел в нее, заставив издать громкий возглас. Вкладывая всю свою мужскую силу, он в каждом движении доносил непомерную любовь к самой желанной женщине на свете. С трепетом лаская ее грудь, он вновь и вновь настойчиво и сильно растворялся в ней. С ненасытностью голодной львицы она с жадностью принимала каждый его вброс. Непрерывно нарастая, услада текла по каждой жилке ее тела, пока, наконец, она не достигла верха блаженства. Дрожь наслаждения, бившая ее, тут же передалась Грэгу. Не сдерживая более свою плоть, он бурной лавой выплеснул желание.