Шуля Мю и потайной мир - Царёва Марина - Страница 32

   -- Нет, тут никого нет.

   -- Ой! -- вскрикнула Мю. -- Опять! Неужели ты не слышишь?

   Сум прислушался, в комнате было слышно только возбуждённое посапывание шули.

   -- Это, наверное, у тебя нервы шалят, -- сказал он.

   Мю согласно кивнула. Она часто слышала, что у взрослых "шалят нервы", но никогда не понимала, как это бывает. "Теперь-то я знаю, как шалят нервы", -- удовлетворённо подумала шуля.

   А Сум подумал, что ко всем прочим проблемам прибавляется ещё одна, довольно серьёзная. Когда он услышал плеск жидкости в раскачиваемой бутыли, Сум почувствовал, как сильна его жажда. Дубовики должны пить очень много и часто, иначе они быстро ослабевают и становятся вялыми. Если же вода не поступает в их организм и дальше, то они впадают в спячку. Потом для того, чтобы дубовик вышел из спячки, его нужно долго "отливать". И вот Сум начал ощущать подступающую слабость: ему нужно было срочно напиться! Он с надеждой осмотрел бутыль с жидкостью, но понял, что просто так её не открыть. Пробка очень глубоко и прочно сидела в горлышке. Тогда он стал изучать содержимое многочисленных полок. Иногда ему под руку попадались склянки и пузырьки, наполненные жидкостью. Но это была очень подозрительная жидкость: то вязкая, отдающая болотной тиной, то чернильного цвета с резким ни на что не похожим запахом. Наконец, он наткнулся на объёмистую бутылку, наполненную бесцветной жидкостью. "Неужели это вода?" -- подумал дубовик, не веря в свою удачу. Он открыл пробку и принюхался -- запаха не было. Он засунул в горлышко длинный палец и поболтал емкость -- палец намочился и только. Тогда Сум решился и влил немного жидкости себе в рот, прислушиваясь к ощущениям. По всем признакам это была вода. Сум счастливо улыбнулся и несколькими глотками осушил всю бутылку. После этого он сел на пол, завалился на бок и громко захрапел. Мю почувствовала себя совершенно беззащитной. Она стала будить дубовика: кричала ему в ухо, колотила его кулачками, даже тянула его за крючковатый нос. Сум даже не шевельнулся. Шуля расплакалась и стала причитать:

   -- Взрослые не должны спать, когда дети в опасности, -- говорила она, всхлипывая. -- Ты ведь должен защищать меня и охранять.

   Шуля ещё немного поплакала, горько сетуя на свою беззащитность, но потом ей надоело бояться. Она примостилась под боком у Сума и тоже заснула.

   Сколько они проспали, Мю не знала, но когда она проснулась, Сум уже был на ногах. Он стоял, держа наготове дубинку.

   -- Что, кто-то идёт? -- испугалась Мю, не слыша, однако, никаких посторонних шумов.

   -- Моя Повелительница проснулась! -- восторженно вскричал дубовик. Его глаза смотрели на шулю преданно и восхищённо.

   -- Дядя Сум, ты чего? Ты давно проснулся? -- осторожно спросила Мю, подозревая неладное.

   -- Я не спал! Как я могу спать, когда моя Повелительница в опасности! Я не могу спать, я должен защищать и охранять тебя! -- стукнув себя в грудь от избытка чувств, возвестил дубовик.

   Шуля, опешив, молчала. Она вдруг вспомнила, что Сум говорил ей о заколдованной воде, и поняла, что что-то такое он выпил и сейчас. Как ей быть с дядей-дубовиком, который немного не в себе, она не знала.

   -- Спасите! -- вдруг прошелестело прямо над её ухом.

   Мю в недоумении стала оглядываться. Сум, заметив беспокойство шули, тут же кинулся на поиски невидимого врага.

   -- Дядя Сум, стой тихо! -- приказала Мю. Сама не зная почему, она вдруг заговорила с дубовиком повелительным тоном.

   -- Есть стоять тихо! -- отрапортовал тот и замер.

   Малышка вздохнула. Ей не хотелось быть Повелительницей и командовать дубовиком. Ей хотелось быть маленькой шулей, и чтобы взрослый дядя дубовик решал, что и как делать дальше.

   А по ту сторону двери Великий Правитель не знал, что ему делать. Сум нечаянно угадал: действительно, дверь в лабораторию, где они оказались запертыми, заклинило. В своё время Колдун настроил эту дверь таким образом, что если в неё входил чужой, то она блокировалась. Чужими были все, кроме него самого и Пнюха. Но Колдун не успел рассказать об этом Пнюху, и сейчас тот не мог понять, что произошло.

   Сначала он пришёл в бешенство и от бессильной злобы стал пинать охранников. Те молча терпели его удары. Наконец, он всех выгнал и заперся в своём кабинете. Все его мысли сводились к одному тревожному выводу: он теряет контроль над ситуацией. Самым ужасным было нападение собственного стражника. Да, он защищён от воздействия дубинки, но ведь дубовик с его силой мог просто прихлопнуть его как муху! Пнюх похолодел, представив это. "Всё рушится, -- твердил он в отчаянье, -- вода абсолютной преданности перестаёт действовать, экран перестаёт показывать, двери перестают открываться! Что будет, если расколдуются все?!" Пнюху стало мерещиться, что очнувшиеся от волшебного воздействия дубовики рассерженной толпой идут к нему. Вдруг в дверь постучали. Пнюх дёрнулся и... икнул.

   -- Великий Правитель, у меня срочное дело! -- раздался гнусавый голос Главного министра Гвануды.

   Пнюх принял недовольное выражение лица и открыл дверь. Гвануду он не опасался.

   -- Что тебе? Ик! -- спросил он, давая понять, что его отвлекают.

   -- ЧП! -- возбуждённо зашептал Гвануда. -- В каптёрке нашли связанного Гуна! Он без сознания: то ли парализован, то ли долго без воды и впал в спячку!

   Высокомерное выражение сошло с лица Правителя. Сейчас ему было не до поз. Быстрым шёпотом, беспрестанно икая, он стал давать распоряжения:

   -- Всех стражников собрать в зале для церемоний, ик! Закрыть, не выпускать, воды не давать, ик! Пусть все впадут в спячку! -- приказывал Пнюх. Глаза его лихорадочно блестели.

   Гвануда опасливо покосился на Правителя:

   -- Но, Правитель, потаённики без стражи выйдут из повиновения!

   -- Ах, ты, ик! Действительно, ик! А, вот что мы сделаем! Остальных мы напоим водой абсолютной преданности! Ик! Или, нет, воды на всех не хватит, ик!