«Тигры» в снегу
Мемуары танкового аса - Руббель Альфред - Страница 31

Генерал-полковник Гудериан осматривает в июне 1944 года в Ордруфе новый «Тигр II» 503-го тяжелого танкового батальона. Здесь происходит чистка ствола орудия.

Теперь я знаю, что в Вене тогда много делалось для стабилизации фронта. Однажды на Ринге [кольцо венских бульваров] я увидел грузовик нашего батальона. Я отказался от соответствующего моему офицерскому званию транспорта, залез в кабину грузовика и поехал на восток. Мы приехали в ремонтную роту в Папатесцер, и немного позднее я доложился моему командиру, капитану доктору фон Динст-Керберу. Я был счастлив снова вернуться в «гавань».

Читатель наверняка обратит внимание, что, несмотря на переименования 503-го тяжелого танкового батальона в танковый батальон «Фельдхеррнхалле» (FHH), новое название практически не использовалось. Переименование произошло 19 декабря 1944 года при включении батальона в танковый корпус «Фельдхеррнхалле». И в то время, и сегодня мы считаем себя 503-м батальоном.

Следует сказать о том, почему наш батальон был выбран из 10 отдельных тяжелых танковых батальонов и потерял статус отдельного, чтобы быть включенным в новое соединение. По моему мнению, выбор был случайным, но название соединения было связано с историей нацизма.

Хорошо известно, что чем более невероятной становилась «окончательная победа» Германии, тем больше Гитлер обвинял в этом армию. После покушения 20 июля 1944 года его недоверие к армии усилилось. В результате была увеличена численность Ваффен-СС, после чего армия перестала быть основной вооруженной силой. Эти действия фашистского режима не повлияли на взаимоотношения между фронтовыми частями армии и СС. Отвага и стойкость солдат Ваффен-СС заслужили всеобщее уважение.

Высшее политическое руководство решило включить в состав армии специальные соединения, сформированные наподобие «преторианской гвардии». В нашем случае они были сформированы на основе охранного штандарта СА «Фельдхеррнхалле», однако здесь предпосылки были иными. Части Ваффен-СС были четвертой составляющей вооруженных сил, кроме армии, авиации и флота. «Фельдхеррнхалле» входил в армию как полк во время боев во Франции и дивизия в России.

Совершенно точно, что вновь сформированный танковый корпус «Фельдхеррнхалле» не получил нового идеологического заряда после переименования. В него включили лишь несколько мелких потрепанных подразделений из первоначального «Фельдхеррнхалле». Новый корпус получился путем слияния нескольких соединений, находившихся в этом районе, то есть к панцер-гренадерской дивизии «Фельдхеррнхалле» были присоединены 13-я танковая дивизия и 503-й тяжелый танковый батальон. То, что получилось, поставили под командование штаба IV корпуса генерала танковых войск Клеемана. Командиром танковой дивизии «Фельдхеррнхалле-1» был назначен генерал-майор Папе, командиром дивизии «Фельдхеррнхалле-2» — генерал-майор доктор Беке, бывший командир нашего батальона.

Мы не заметили никаких серьезных перемен. Мы не носили на рукаве ленту с надписью «Фельдхеррнхалле». После января 1945-го мы лишь начали включать название «Фельдхеррнхалле» в заголовки документов батальона. В результате превращение батальона в подразделение СА прошло незамеченным.

Единственно, более активными стали офицеры по национал-социалистическому воспитанию, появившиеся после 20 июля, однако мы их практически не замечали. У нас возникали опасения, что после окончания войны союзники будут обращаться с нами, как с солдатами Ваффен-СС, однако они оказались беспочвенными. Единственным памятным эпизодом осталось прибытие в апреле 1945 года начальника штаба СА Шлепмана, который намеревался принять участие в «последней решающей битве».

Дополнение к главе 9. Обучение на офицера в вермахте

Наше рассмотрение начинается с 1815 года, с реформатора прусской армии Шарнхорста. Освобождение от господства Наполеона привело к новому пониманию должности офицера. До того офицерские должности были предназначены только для знати. Никакого обучения не требовалось, благородного происхождения было полностью достаточно. С реформами Шарнхорста лица неблагородного происхождения также получили возможность стать офицерами. Вместо происхождения роль стали играть умения. Шарнхорст позже стал директором прусской Военной академии, такого учебного заведения раньше не было ни в Пруссии, ни в других государствах Немецкого Союза. Шарнхорст, при поддержке Бойена и Клаузевитца, смог изменить понятие о своей роли у офицеров. Начиная с этого момента офицеры начали осознавать себя как командиры, учителя и воспитатели солдат. Солдатам, это было новым, также полагалось иметь собственную честь. Средневековые телесные наказания ушли в прошлое. Пруссия, бывшая объектом пасквилей, стала образцом. «Руководитель, учитель, воспитатель» — это до сих пор является каноном для офицеров. В эпоху Вильгельма, когда знать имела преимущества при назначении на офицерские позиции, ничего в принципе не поменялось. При нацистах тоже офицеров охотно рассматривали как политических актеров в смысле национал-социализма.

В целом обучение было построено на принципах Шарнхорста, но с учетом произошедших в обществе изменений.

Была разница между профессиональными офицерами и офицерами резерва. Кадровые офицеры, профессию которых обычно выбирала их семья, с детства учились в кадетских интернатах, целью обучения было получение права поступления в университет и предварительной военной подготовки. Офицерами резерва должна была покрываться потребность в увеличении численности армии в военное время. При наличии образования и склонности к военной службе их несколько раз призывали на военную подготовку, и после одобрения офицерами из соответствующей воинской части они получали звание офицера.

Как правило, чтобы стать офицером, нужно было иметь право поступления в университет. Дефицит офицеров привел к понижению образовательного ценза. В 1938 году была отменена обер-прима, тринадцатый год обучения в гимназии, право поступления в университет можно было получить после 12 лет гимназии. С началом войны требования были еще понижены. Перевод из 11-го в 12-й класс считался равным наличию права поступления в университет. Учиться в университете и стать офицером можно было с этим так называемым «чрезвычайным правом поступления в университет».

Учебное пособие для офицеров по обращению с рекрутами.

Полигон в Ордруфе начинался западнее города и охватывал район от горы Мушкетеров до Рорензее.

В то время когда Альфред Руббель был в Ордруфе, 2-й школой фанен-юнкеров командовал полковник Отто Брозе. 14 марта 1942 года, когда он был командиром 86-го стрелкового полка, он был награжден Немецким крестом в золоте.

Я сейчас попытаюсь на примере моей службы в вермахте пояснить, как после начала войны можно было стать офицером. 5 декабря 1939 года меня добровольцем призвали в пехоту, хотя я записывался в танковые войска. В нашем отсеке казармы жили десять 18-летних молодых людей, до того все были школьниками. Тут уже работало управление кадрами, они пытались понять, кто подходит к обучению на командные должности. У нас была обычная трехмесячная начальная подготовка. Потом у некоторых была дополнительная учеба. Потом у нас было собеседование с военным психологом. Потом ничего не происходило, кроме моих четырех или пяти попыток перевестись в танковые войска. Потом меня все-таки перевели. Там я узнал, что некоторые товарищи, я в их числе не был, были выбраны кандидатами в офицеры. Война с Россией началась 22 июня 1941 года, я воевал в танке на Центральном фронте, на Северном фронте, на Кавказском фронте и потом, с марта 1943 года, в группе армий «Юг». В один прекрасный день меня произвели в кандидаты в офицеры, потом в фанен-юнкеры и послали в военную школу. До войны была единственная военная школа в Дрездене, в ней учились все будущие офицеры. Потом, с увеличением потребности в офицерах, были открыты другие военные школы, военная школа танковых войск была в Вюнсдорфе под Берлином. Потом обучение проходило в школе фанен-юнкеров в Ордруфе в Тюрингии, туда я попал в апреле 1944 года.