Галерея демонов Ламбранта (СИ) - Гарсаров Гапарон - Страница 51

Этот аргумент заставил Аброна нервно закусить нижнюю губу. Он явно не ожидал такого нахальства и прыти от пленника, иначе бы позвал на его допрос более профессиональных следователей.

— Тем более, никому из ваших неизвестно, как теперь выглядит этот люциферит, — не унимался Хомунин. — А я ведь много интересного могу о нём поведать. Да что уж там! Я даже могу помочь Вам разыскать этого жуткого типа. А?

— Для смертного ты слишком изворотлив, — подметил советник, погрозив ему пальцем.

— Просто я неплохой адвокат, — улыбнулся парень. — И предлагаю Вам шикарные условия для сотрудничества. Поверьте, это будет гораздо эффективнее каких-то там пыток и угроз.

Бес торопливо собрал бумаги со стола и вернул их в папки, которые принёс с собой.

— Гранс! — вдруг выкрикнул он, и позади Артёма скрипнула дверь.

В помещение вошёл высокий мужчина в тёмной одежде и с палкой в руках. Видимо, это был очередной гвардеец экзархата.

— Наш убийца дерзит и пытается уйти от наказания, — произнёс Аброн с надменной ухмылкой. — Познакомь его с Рисгольдом…

— Эй, да Вы всё неправильно поняли просто! — попытался Хомунин отговорить их от опасной затеи, панически вертя головой то на Гранса, то на советника.

— И пожалуйста, — продолжил старик, не обращая уже на пленника никакого внимания, — не доводи его до смерти. Что-то мне подсказывает, что очень скоро у него развяжется язык.

— Нет, не надо! — закричал парень, которого гвардеец схватил за шею и потащил в тёмный коридор. — Вы совершаете ошибку!!!

Об ошибках рассуждал и Аделард, слушая уже который час подряд бредни Вадима. В городском парке уже вовсю разгуливали люди, наслаждаясь тёплым вечером. Поэтому пришлось расположиться под раскидистой ивой возле пруда. Правда, прохожие всё равно обращали внимание на странного молодого человека в тёмных очках и кепочке, который, к тому же, спорил сам с собой.

— Нет, нет и нет! — твердил Борисов в ответ на предложение Плетнёва предпринять хоть что-нибудь, чтобы разыскать Ламбранта. — Я ни хрена не вижу в сумерках. Да и гвардейцы меня уже активно разыскивают.

— Но ведь время же уходит! — беспокоился Вадим, нервно потирая обожжённые пальцы. — Если Павлов испортит моё тело, как я тогда смогу в него вернуться?

— Пфф, ты такой наивный, а! — качал головой Аделард. — Забудь уже про этого люциферита. Он тебе не по зубам. Он и мне не по зубам, если ты не успел заметить.

— Тебе легко рассуждать, ведь твоё-то тело он вернул!

— Это да. Поэтому впредь я буду более осмотрителен при выборе приключений.

— Да как же так-то! — не унимался Плетнёв. — Ты сам ведь сказал, что хочешь поскорее убрать меня из себя.

— Ну да, было бы здорово, конечно…

— Вот! А как ты будешь это делать? Думаешь, без Павлова удастся освоить такое сложное колдовство?

Борисов задумался. А ведь правда, он не обладал никакими знаниями в этом тонком искусстве. Ламбрант же, помнится, умел проделывать много разных фокусов. Вот только вряд ли он станет помогать своему бывшему знакомому, ведь Аделард был виновен в смерти его прежнего тела на Черноозёрском кладбище минувшей осенью. Лучше уж оставаться слепым, чем мёртвым.

— Ты его убил??? — опешил Вадим, и бес в очередной неутешительный раз понял, что им обоим слышны мысли друг друга.

— Вот ведь чёрт, а! — возмутился Аделард. — От тебя теперь даже голову не скроешь!

— Да расскажи ты по-нормальному, что там между вами произошло-то? Погоди, дай угадаю… Это он постарался, чтобы ты стал чёртом?

— Я не чёрт, понятно?! Ты настоящих чертей ещё даже не видел!

— Так у тебя ж вон рога и копыта, — усмехнулся Плетнёв. — Глаз нету, а чего-то видишь ведь. Ты демон, дьявольский прислужник. Как тебя вообще земля носит вот…

Борисов снисходительно вздохнул. Признаться, он раньше тоже особо не различал чертей от бесов. Собственно, только Ламбрант в своё время и объяснил ему, что к чему в мире рогатых тварей.

— К люцифериту я не пойду, — повторил Аделард, трогая гудящие копыта. — Он сразу же меня прихлопнет, как муху.

— Но за что? — не понимал Плетнёв. — Ты же был всего лишь его телом всё это время!..

— Я помог одной девушке заполучить оружие против него. И она сумела привести его в действие. По этой причине Ламбрант и лишился собственного тела, а затем вселился в меня.

— И чего это оружие из себя представляет? — продолжал допытываться Вадим. — Какой-то особый меч-кладенец или волшебный пистолет?

— Вообще-то это была флейта, сделанная из бедренной кости беса.

— Ого! Люцифериты чего, боятся костяных флейт?

— Ну, для него эта штуковина оказалась смертельной. Поэтому можно и так сказать.

Мимо ивы пробежала маленькая девочка, но, заметив слепого Борисова, вдруг завизжала и заплакала. К ней подскочила молодая мамаша, схватила на руки, недоверчиво глянула на странноватого паренька и поспешила обратно на аллею.

— Так и где эта флейта теперь? — задал Плетнёв очередной вопрос. — Может, стоит воспользоваться ею снова? Глядишь, это как-нибудь выкурит Ламбранта из моего тела…

— Да чёрт его пойми, где она сейчас, — отмахнулся Аделард. — Я же ничего толком не помню с момента, как люциферит вселился в меня. Так… какие-то бессвязные обрывки воспоминаний.

— Ой, да ладно тебе врать. Вон как быстро ты сегодня вспомнил про галерею и этого подельника Павлова. Значит, помнишь и про всё остальное уж.

— Даже если и найдётся эта флейта, её один фиг не получится использовать против люциферита во второй раз.

— Это ещё почему?

— Ну не знаю, мне так говорили в экзархате. Убить люциферита можно при помощи какого-то особого оружия, но лишь один раз. Вторично это уже не работает.

— Так тогда, наверно, проще пойти к этим бесам и спокойно им всё объяснить уж. Чего вот ты от них сбежал?

— Какой же ты тупой, а! — вновь негодующе воскликнул Борисов, и на него обернулась проходящая мимо пара. — Меня в экзархате сразу четвертуют. Мало того, что я нарушил все их правила, так ещё и Ламбрант при помощи моего тела разгромил их прежнюю резиденцию, попереубивал кучу бесовских чинушей!

— Да уж, тогда лучше им не попадаться на глаза, — согласился Вадим после неловкой паузы. — И чего ты теперь вот предлагаешь?

— Кому? — небрежно усмехнулся Аделард.

— Мне уж, кому ещё…

— Предлагаю тебе заткнуться и дать мне подумать!

На какое-то мгновение они оба замолчали. Но продлилось это недолго.

— Так, может, надо вернуться в эту галерею? — вновь высказался Плетнёв. — Если адвокат прав и этот Наватин прислуживает Павлову, то наверняка он сможет помочь и нам с нашим вопросом.

— Ну, было бы здорово, конечно, — вздохнул Борисов. — Но ведь бесы там уже всё оцепили. Да и самому этому Наватину доверия мало. Возьмёт ещё и прибьёт.

— С чего бы вдруг прибьёт? Он же не знает, что Павлов теперь ходит с другой внешностью. Давай прикинемся Ламбрантом и заставим этого галериста работать на нас?

От такого предложения Аделард вскочил на копыта.

— А если люциферит уже просветил его? — оживился бес, стряхивая со штанин прошлогодние травинки.

— Артём же с ним пообщался вот, Павлова там не оказалось, — вставил Вадим. — Надо попробовать, а потом ещё чего-нибудь придумаем на месте…

— Я уж думал, ты совсем имбецил, — радостно заговорил Борисов, выходя на аллею, где на него тут же обернулись прохожие. — Но, оказывается, ты ещё способен подкидывать какие-то здравые идеи.

— Я не имбецил. А даже если тебе не нравятся люди, у которых проблемы с умственным развитием, то разве они в этом виноваты вот?

— Знаешь, всё-таки я прав, у тебя с башкой при жизни были большие проблемы. Кто уж в здравой психике поселится в общине адвентистов?..

На странного парня, болтающего с самим собой да ещё разными голосами, уже смотрели все. Тем более по пути к выходу из парка он успел столкнуться с несколькими людьми и одной коляской. Поэтому не было ничего удивительного, когда у главных ворот его остановил коренастый охранник.