Галерея демонов Ламбранта (СИ) - Гарсаров Гапарон - Страница 27

— Ты на службе, забудь про учёбу, — выпалил прокурор и схватил мужчину за шею. — Что ты прикидываешься дурачком! Говори, кто из ваших заигрывает с аспичиенсом!

Последнее слово Артём не разобрал. Впрочем, он примерно понял, о чём идёт речь, и уверенным шагом вышел прямо к бесам.

— А ты тут откуда! — опешил Перанс, и лицо его сделалось брезгливым, словно он увидел расчленённый труп.

Фресслент отстал от священника и разогнулся. Его парик неровно надвинулся на лоб, так что выглядел Говорунов забавно.

— Значит, вот чем занимается нынче прокуратура, — с улыбкой сказал Хомунин, одной рукой придерживая пистолет, а другой нож в кармане. — По ночам крадёте оживших покойников из морга, а днём допекаете пастора церкви. Думаю, это должно понравиться следователям по делу Алёши Камалова.

— Почему он всё помнит? — спросил Фресслент у своего помощника, который лишь пожал плечами.

— Эй, я же здесь, говори лучше со мной, — потряс оружием Артём, недовольный, что его по-прежнему расценивают как мелкую угрозу.

— Нам не о чем говорить, смертный, — озлобленно фыркнул прокурор. — Проваливай лучше отсюда, пока тебе не свернули шею!..

Адвокат хотел было выстрелить в этого наглого чиновника, но сдержался. В конце концов, эти двое не нападали и даже ещё не достали своё оружие… Если оно, конечно, у них имелось.

— Я знаю, кто вам нужен, — сообщил Хомунин, переводя взгляд на каждого из присутствующих. — И это не он. — Парень указал на взмокшего пастора, сидящего у ног Фресслента.

— Да? И кто же тогда? — небрежно поинтересовался Говорунов.

— О, нет-нет, у меня есть одно условие, — продолжил Артём с усмешкой, хотя внутренне чувствовал себя крайне напряжённым. — Вы закроете это дело о похищении трупа против меня и объясните уже наконец, что происходит вокруг в последние дни.

Прокурор усмехнулся и посмотрел на своего помощника. Тот тоже хмыкнул и помотал головой.

— Это уже целых два условия, — подметил Перанс и двинулся было к адвокату, как подвал тут же сотряс звук выстрела.

Молоденький бес вздрогнул и отскочил к стене. Он схватился за руку, из которой хлынула кровь. Вот только она была какой-то странной — тёмной, почти чёрной. Теперь Артём не сомневался, что имеет дело с демоническими существами.

— Я не собираюсь играть в песочницу! — заявил он встревоженному Фрессленту, нацелив пистолет уже на него. — Если надо будет доказать существование рогатых гадов, я отрежу ваши бошки и принесу на всеобщее обозрение!

— Хорошо, парень, ты, главное, успокойся, — более сдержанным голосом заговорил прокурор. — Мы же не враги. У нас свои дела, у тебя свои…

— Тогда почему ты спихнул пропажу трупа на меня?! — грозно воскликнул Артём. — Что, думал, будто этот малахольный смертный спокойно будет смотреть, как его запирают в кутузку?!

— Н-нет, — замотал головой Говорунов, выставив вперёд ладони. — Что ты, я вообще здесь ни при чём. Это всё следственный отдел — их инициатива.

— Ты прокурор, мать твою за ногу! На хрена сидишь там и ворон считаешь! Отстрелю вот тебе сейчас яйца, будешь потом знать, как кидать адвокатов.

— Лучше бы ты люцифериту своему претензии предъявлял!.. — выкрикнул Перанс, за что получил очередную резиновую пулю, на этот раз прямо в лицо.

Правда, пока Хомунин отвлёкся на свои эмоции, Фресслент бросился в сторону и скрылся за угол.

— Стой!!! — зарычал Артём, кинувшись следом.

Пожилой бес передвигался весьма быстро. Только его тень мелькнула на стенах, едва адвокат достиг поворота. Разбираться с пастором, который от выстрелов испуганно прижался к полу, не было времени. Наверняка у подвала имелось несколько выходов, кроме того основного лаза, что выводил в молельный зал. А подстреленный Перанс стонал и корчился, держась за разбитую морду. Вряд ли он сумеет далеко уйти. Поэтому Артём принялся преследовать прокурора. Всё-таки тот владел информацией и полномочиями, чтобы решить проблемы Хомунина.

Несмотря на свою тучную фигуру, Говорунов бежал шустро. Несколько раз позади раздавались выстрелы, но травматическим пистолетом даже ранить на таком расстоянии было трудно. К тому же, нервный смертный явно не знал о способностях бесов. Поэтому Фресслент, преодолев пространство подвала, запрыгнул на стену и пополз к потолку. Вот уж адвокатишка не ожидает, что на него могут напасть сверху. От такого плана прокурор коварно улыбнулся и замер, подобно пауку.

Однако Артём пробежал слишком быстро куда-то вперёд, так что спрыгивать из своего «укрытия» Фрессленту уже не имело смысла. Лучше вернуться к помощнику и проверить его раны. Вряд ли этому психованному смертному удалось повредить Перансу рога. Значит, будет жить.

Говорунов осторожно сполз по стене и поправил брюки. Однако в следующую минуту оглушительный удар по голове вынудил его упасть. Хомунин в замешательстве стоял позади, недоумённо глядя на свой треснувший пистолет. Видимо, не стоило бить его рукояткой по крепкой башке беса. Попробовав сделать выстрел в стену, адвокат убедился, что от оружия теперь никакого толку. Впрочем, у него ещё имелся нож. Поэтому с Фресслентом вполне можно было продолжить серьёзный разговор.

— Господи, что Вы наделали??? — в ужасе произнёс пастор, дохромав до места стычки адвоката с прокурором.

— Святой отец, лучше принеси верёвки, — посоветовал Артём, придерживая стонущего Говорунова ногой. — Мне надо как следует побеседовать с этим бесом…

Приметив на его окровавленной голове два светлых рога, глаза пастора испуганно расширились, а сам служитель церкви пробормотал молитвы.

— Давайте лучше вызовем милицию, — предложил он дрожащим голосом.

— Алё, святоша! — воскликнул Хомунин и указал на Фресслента. — Он вообще-то прокурор. Так что пошевеливайся!

От таких слов мужчина поспешил к лестнице.

Желание ускорить события было сегодня и у Вадима. Мало того, что до утра он терпел мычащего и брыкающегося Сонатиса. Так и с приходом солнца пришлось объяснять Кристине её побитый вид. Павлов оказался прав, в дневное время инкуб терял власть над телом девушки, а к ней самой возвращалось ясное сознание. Пропал и пенис, словно сложившись куда-то внутрь. Правда, надписи на груди и животе никуда не исчезли. К тому же, их стало больше — добавились следы на ягодицах и бедрах. И что теперь делать с этой проблемой, Плетнёв откровенно не знал.

— Почему я ничего этого не помню??? — вопрошала Власьева, изучая свои синяки и царапины, прикрывшись от парня дверцей старого шкафа. Она наивно полагала, что приятель не успел рассмотреть каждый сантиметр её тела.

— Может, тебя чем-то опоили? — предположил полусонный Вадим, сидя за столом. — Ты вела себя совсем как другой человек.

— Боже, как стыдно-то! — всхлипнула Кристина, пытаясь привести себя в сносный вид. — Что теперь сказать отцу? Что сказать пастору? Если кто-нибудь увидит меня с этими рисунками… Ах!

— Ну, ладно, не плачь уж, — попытался утешить её Плетнёв. — Наверняка это можно как-то исправить…

— Как?! — взвизгнула девушка, выглянув из-за скрипучей дверцы. — Меня обвинят в колдовстве и отлучат от церкви… Нет, лучше вообще никому не говорить об этом.

— Но ты же с приходом сумерек опять можешь устроить приключения. Вон и слова на тебе разрастаются. Вдруг они появятся и на лице?.. Время ограничено. Этот инкуб в твоём теле такой сильный, что даже мне было трудно совладать с ним.

Кристина вернулась за стол в широких грязных джинсах и дырявой рубашке.

— Тогда я свяжу себя на ночь, — вдруг сказала она с горящими глазами. — Точно! Тогда демон не сможет сдвинуться с места, и я буду в порядке…

— Это неудачная затея, — подметил Вадим, глянув на неё, как на ребёнка. — Этот Сонатис резвый, как змея. Он в один счёт избавиться от верёвок и пойдёт пользоваться твоим телом в своих мерзких целях.

— Вот чёрт!.. — прошипела Власьева и нервно глотнула чай из стакана. — Что же тогда делать?

— Пастор Роберт говорил, что душами праведников могут завладеть грешники. Возможно, надо помолиться Господу и попросить помощи…