Зима (ЛП) - Роуз Френки - Страница 37

— Просто скажи мне, — я шепчу, обнимая себя.

Он опускает голову к груди и поджимает губы. Я не пытаюсь оттолкнуть его, когда он снова берет меня за руку. Он смотрит вниз на нее, лежащую на его коленях, и выводит медленные круги по нежной коже, словно прося прощения кончиками пальцев. Я вся трепещу в ожидании, когда он, наконец, поднимает свои глубокие карие глаза на меня и произносит:

— Летай высоко, Икар.

23 глава

Желание

Сердце замирает. Люк сжимает мою руку и придвигается ближе.

— Что? Ты знаешь, что это значит?

Я не могу говорить. Горло сдавило так, что я не в состоянии даже сглотнуть. Я просто киваю, позволяя слезам течь по лицу. Он наклоняется, и все еще удерживая мою руку, просит:

— Дай мне обнять тебя. Пожалуйста.

Его боль так же ощутима и реальна, как и моя. Она затягивает его, заставляя выглядеть потерянным. Я выпрямляюсь и сажусь к нему на колени. Он обнимает меня и прижимается лбом к моему виску, шепотом проговаривая мягкие, успокаивающие глупости мне в волосы, а я плачу. Мы сидим так довольно долго, прежде чем я собираюсь с силами и беру себя в руки. Эти слова — Летай высоко, Икар — послание. Послание для меня. Это точно. Хотя я не могу рассказать об этом Люку. Я слишком не в себе, чтобы говорить об этом, так что вместо этого делаю то, о чем точно пожалею. Я прячу лицо у него на плече и позволяю себе поплакать еще минуту. А затем слегка отклоняюсь назад и целую его челюсть, чуть пониже уха. Он перестает шептать, но руки все еще успокаивающе нежно гладят меня по спине. Я застываю в нерешительности. Часть меня хочет повторить это снова, но другая часть кричит, что пора слезать с его колен и бежать сломя голову. Но тут я думаю о поездке в метро назад в Колумбийский, вспоминаю плакаты, Ноа, и то, что Тейт по-прежнему отсутствует, и понимаю, что мне это нужно. Мне нужен Люк так отчаянно, что я не могу дышать. Отчаянное желание внутри меня вырывается наружу, я рывком расстегиваю его одежду и снова крепко прижимаюсь губами к его коже.

Люк испускает гортанный звук, пытаясь что-то сказать. Его рука перемещается вверх по спине и медленно собирает мои волосы в кулак, тянет их, открывая мое лицо. Он слегка наклоняется, пытаясь поймать мой взгляд. Я прячу глаза и тянусь к его затылку, осторожно запуская пальцы в его волосы.

— Эвери, — шепчет он.

Я молчу. Не могу произнести ни слова. Просто меняю положение тела и располагаю ноги по обе стороны его коленей. Я сильнее впиваюсь пальцами в его кожу на затылке и хнычу, когда он кладет руки на мои бедра.

— Эвери, — стонет он срывающимся голосом. — Что мы делаем?

По крайней мере, он не сказал: «Что, черт возьми, ты делаешь?»

Я ворочаюсь на его коленях и прижимаюсь крепче, чувствуя как его грудь поднимается и опадает в такт с моей.

— Эвери.

Я целую его шею, плавно перехожу на горло, и его голова откидывается назад.

— Пожалуйста, Люк... — шепчу со слезами на глазах. — Мне просто нужно... мне нужно...

Его руки сильнее сжимают мою талию, затем переходят к моим волосам. Он тянет меня назад, беря мое лицо в свои руки. Он лихорадочно пытается поймать мой взгляд. В его голосе звучит мука, когда он говорит:

— Мы не должны. Ты расстроена. Это не очень хорошая идея.

— Пожалуйста, Люк! — Я накрываю его руки своими и, наконец, смотрю в его глаза. — Мне так больно. Просто помоги прогнать эту боль. Пожалуйста, помоги прогнать эту боль.

Проходит мучительно долгая секунда, и стена, которая была между нами, рушится. Выражение его глаз меняется. Забота и сомнение превращаются в голод. Он издает рык и набрасывается на мой рот. Я запрокидываю голову, пока он борется с моей футболкой; срывает ее и сжимает крепкими руками мою спину, от чего я резко прижимаюсь к нему. Его пальцы ловко справляются с застежкой на лифчике, и я в спешке опускаю лямки, чтобы избавиться от него полностью.

— Это такая чертовски плохая идея, — говорит он охрипшим голосом. — Я не хочу, чтобы ты меня возненавидела.

— Я не собираюсь тебя ненавидеть, Люк. Ты мне нужен. Ты нужен мне прямо сейчас.

На его лице видна тень сомнения, и я действую. Хватаю его руку и накрываю ею свою голую грудь, и, судя по тому, как блестят его глаза, сопротивление сломлено. Его желание очевидно. Я вижу это в том, как он благоговейно гладит пальцами мою чувствительную кожу. Я дрожу от его взгляда, губы покалывает в предвкушении. Я облизываю их, представляя вкус его губ снова, и Люк зачарованно смотрит на меня. Он наклоняет голову и берет в рот мой сосок, заставляя меня неровно дышать. Волна желания пронзает мое тело, и я опускаюсь на него, пытаясь обернуть бедра вокруг его талии.

Люк перехватывает меня, и крепко удерживая, перемещается на диване, теперь он сидит на самом краю, а я обнимаю его ногами и издаю стон, когда он прикусывает мои соски. Я выгибаюсь в его руках, прижимаясь ближе, отчаянно желая почувствовать его между ног.

Если у меня и были какие-то сомнения в том, что он хочет меня, то понимание того, насколько он твердый там, превращает этот страх в пыль. Я трусь бедрами об него, сидя на его коленях, и он стонет, тяжело дыша у моей груди.

— Черт, я… — бормочет он. — Я не знаю, что делать. — В его голосе слышна мука. Я запускаю пальцы в его волосы и притягиваю обратно. Поднимаю глаза, нерасположенная к разговорам, и стягиваю его футболку через голову. Бросаю ее на пол и снова прижимаюсь к нему.

— Мне нужно чувствовать тебя кожей, — тяжело выдыхаю я. Низкий гортанный звук вырывается из уст Люка, и он просовывает руки между нами, поглаживая меня между ног через джинсы. Я вскрикиваю и сжимаю бедра, пытаясь усилить давление его пальцев.

— Обними меня, — приказывает он. Я обнимаю его за шею, он одним легким движением, будто я пушинка, подхватывает меня под колени и встает. Наши губы встречаются, и его горячий и нетерпеливый язык проникает ко мне в рот и встречается с моим, пока Люк несет меня в спальню. Он опускает меня на кровать и расстегивает мои джинсы, я снимаю ботинки, и он снова падает на меня. Его рука на моем затылке, не удержавшись, я перехватываю ее и кусаю крепкий бицепс, Люк резко всасывает воздух.

— О боже, — стонет он. — Я хочу тебя, Эв. Я так хочу тебя.

Его слова заставляют мое сердце биться чаще. Я выбираюсь из своих джинсов, и у меня перехватывает дыхание, когда он хватает их и стягивает с моего тела. Его руки грубы, движения поспешны. Он накрывает меня своим телом, я обхватываю его ногами и прижимаюсь крепче. Наклоняю голову и осторожно провожу языком по коже, облизываю острые черные линии татуировки, обвивающей плечо. Я поднимаю глаза и вижу его тяжелый взгляд, на секунду мной овладевает паника, но когда он вздрагивает и закрывает глаза, я понимаю, что это чистое наслаждение. Я рисую языком дорожку вверх по его шее, чувствую соль на его коже, его запах кружит мне голову. Его запах и вкус чертовски идеален. Он отстраняется, и я издаю стон разочарования.

Одним движением он срывает с меня трусики и прокладывает себе путь вниз между моих ног. Я мечтала о его руках, о том, как потеряюсь в водовороте чувственного наслаждения, которое подарят его пальцы, скользящие внутри меня. Но никогда не представляла его язык.

— Ах! — Я судорожно цепляюсь за простынь, чувствуя как пальцы на ногах выгибаются. Каждое его движение отдается волной удовольствия в моем теле. Он стонет прямо в меня, его язык все еще продолжает путь туда, где сосредоточено мое желание, прижимая меня к спинке кровати. Еще немного и Люк впивается пальцами в мои бедра и припадает ртом к местечку между моих ног.

— Черт, Люк, пожалуйста... пожалуйста... — прошу я, не уверенная, что именно. Что мне нужно. Мои стоны сводят его с ума. Он отпускает мои бедра и делает то, о чем я давно мечтала: медленно вводит в меня палец, одновременно с тем другим пальцем нежно кружит по клитору.