Мачты и трюмы Российского флота - Фурса Пётр Иосифович - Страница 84

Утром, получив у финансиста свои митикалы (деньги Мозамбика), военморы устремлялись на ют, где с семи часов звучала скороговорка Найчика. Поверка, проверка, инструктаж. И через мгновенье, показавшееся вечностью, нестройные ряды уволенных двинулись к выходу из порта, провожаемые завистливыми взглядами остающихся на корабле товарищей. Проходная порта выплевывала военморов почти в центр города, в незнакомый лабиринт улиц, бурно поросших вдоль тротуаров тропической зеленью. Дурманящие незнакомые южные запахи, блаженное солнце, ощущение твердой почвы под ногами и необычность обстановки пьянили душу. Утро. Прохожие мужчины приветствовали моряков поднятием рук, женщины проходили молча, как-то испуганно. Хотелось петь и скакать козлом. Но инструктажи, постоянно проводимые всеми категориями начальников, свободу ограничивали и стесняли. За каждым углом мог находиться агент 007, готовый, не отходя от кассы, начать вербовку в сети ЦРУ, а любой встречный был грабителем или террористом, посягающим на “скудные динары” и жизни представителей страны Советов.

Кто-то из офицеров, отлично изучивший в школе английский язык, но неспособный на этом языке произнести внятно ни одной фразы, прочел на фронтоне здания вывеску на языке португальском: музей национальной истории. Такие заведения в инпортах моряками посещаются редко. (Исключения составляют официально организованные походы). Но в данном случае вывеска заинтересовала. Тем более, что для гостей столицы вход был бесплатным. Какое же чудо предстало пред очи моряков в зале под экзотическом названием “голоса саванны”. В огромных витринах стояли, лежали, кормили младенцев и убивали друг друга все представители фауны африканского континента. Живописнейшие позы животных с величайшим искусством исполненные человеком в их чучелах, заставляли зрителей замирать от восторга. Львиный рык и рев тигра, предсмертные крики их жертв, записанные на магнитную ленту и звучавшие в зале, создавали полную иллюзию жизни ночной саванны.

Поражала воображение галерея-витрина, в которой были выставлены для всеобщего обозрения зародыши слонов от недельного внутриутробного возраста до новорожденного младенца. Притом для этих целей ежедневно (!) убивалась беременная слониха! Поразительный пример человеческого варварства!

Нагруженные впечатлениями, моряки направились в ботанический сад, находящийся рядом. Не менее прекрасной оказалась и флора благодатного юга Африки. Красоту ее описать настолько же сложно, как и ощущения умирающего. Пусть эта фраза послужит залогом того, что все увиденное в саду действительно достойно восхищения.

Затем посетили местный рынок в надежде купить сувениры родным. Однако... Давно надо сослать на Колыму флотских финансистов совместно с дружным коллективом Министерства финансов и Совета Министров, утверждающими расценки на оплату труда моряков. И страна бы не позорилась, и людям не было бы стыдно представлять за рубежом великий, могучий Советский Союз.

Солнце светило прямо в лысину Ермолова, когда уставшие, исходящие потом моряки двинулись по направлению к порту. Сукно матросских штанов, промокнув, тянуло к земле. Ноги отказывались повиноваться. Мучила жажда. Однако, крохи денежного довольствия позволяли выпить по паре банок ледяного пива, которое в течение получаса вылилось в штаны через поры потовых желез. Однако, жажду все же утолило.

Прохлада каюты и привычный грохот кондиционера бальзамом пролились на взопревшее тело эскулапа. А бутылка холодной минеральной воды вернула к жизни. После обеда в город отправилась очередная смена военморов. Первый день визита прошел без замечаний, о чем на совещании офицеров сообщил ЗКК по ПЧ.

Программа следующего дня включала “посещение корабля местным населением и жителями советской колонии (?) в Мапуту”. Мероприятие это не столь просто для хозяев, как кажется на первый взгляд. Прежде всего необходимо разработать “маршрут обхода корабля гостями”. Это значит, что гостей надо провести так, чтобы они не могли увидеть секретную технику и случайно выскочившего в голом виде из кубрика моряка. Тактико-технические данные техники и оружия продемонстрировать так, чтобы гости прониклись, но, вместе с тем, не догадались. Для этого создается “легенда” корабля. В ней все данные не точны, но близки к действительности и удобны для запоминания. Специально назначенные “экскурсоводы” заучивают легенду наизусть, дабы уверенно вешать лапшу на уши гостям, доверчиво внемлющим и охающим. По маршруту движения и на юте выставляются стенды, рассказывающих о грандиозных успехах строительства социализма, достижениях балета, счастливом детстве и мощи Вооруженных сил. На юте на столах раскладывается масса добротной литературы на английском, португальском и других языках, рассказывающая о мощи, счастье и достижениях.

И вот, наконец, все готово. Потные экскурсоводы радостно встречают у трапа нарядную толпу. Немного бравируя своей принадлежностью к крейсеру, и при этом пожирая глазами стройные тела женщин, прикрытые лишь легкими платьицами. И гостьи чутко улавливают... хорошея на глазах и кокетничая с экскурсоводом под тяжелыми взглядами своих супругов.

Проводив группу гостей по маршруту, экскурсоводы принимают новую партию жаждущих зрелищ. Навесив лапшу этой партии, корабельные гиды принимают очередную. И так в течение дня. Без остановки и передыху. Так, что проводив последнего гостя, они падают в каютах замертво и отказываются от ужина. Массовая голодовка!

В группе гостей, пришедших на крейсер, я встретил свою старую знакомую, бывшую студентку ЛПМИ Тюленеву Светлану – яркую и короткую студенческую любовь! Вот это номер! За тысячи миль от дома! Через десятилетие... “ Этого не может быть потому, что не может быть никогда”. Однако, это было. Все объяснялось просто. Светлана вышла замуж за выпускника какого-то технического вуза, знающего португальский язык и направленного в Мозамбик фирмой “Автоэкспорт”. Это сказано не к тому, что случай интересен читателям, а к тому, что пути Господни и моряка неисповедимы.

Доктор получил приглашение в гости. Дату визита совместили с очередным культурно-массовым мероприятием – игрой в волейбол.

Команда крейсера должна была встретиться с командой советского торгового представительства в Мозамбике. На спортивной площадке последнего. Я выступал в роли врача спортивной медицины, т.е. командного врача. В противном случае в гости к старой своей знакомой я попасть бы не смог, т.к. официальные власти корабля, испытывая давление со стороны 00 и боясь любой ответственности, запрещают любые контакты военморов за границей. О том, чтобы офицер навестил старых своих знакомых, не может быть и речи. Унизительнейшее положение. Жить на острие международных событий, участвовать во внешнеполитической жизни страны и при этом постоянно находиться под колпаком недоверия... унизительнейшее положение. Печально, что в каждом военморе особисты видят потенциального предателя Родины, готового покинуть ее при первой же возможности. Недоверие тяжелейшим грузом ложится на плечи людей, истязает душу. И это одна из основных причин того, что иногда бывают случаи обращения моряков к иностранным властям с просьбой о предоставлении политического убежища. Но эти случаи бывают настолько редко, что невозможно на кораблях ВМФ найти свидетелей подобного. Неужели из-за одного подонка нужно недоверием мазать всех? Но... система.

Волейбольная команда, возглавляемая Найчиком, убыла в торгпредство. С первых же ударов по мячу стало ясно, что моряки обречены на поражение. Торговые представители Союза имеют нормированный рабочий день, два выходных дня в неделю и возможность заниматься спортивными играми. Моряки этого всего лишены, хотя зарплата их в десять раз меньше зарплаты торговых представителей. А вы говорите... каждому по труду! Брэд оф сиф кэйбл.

Несмотря на азарт молодости, команда крейсера проиграла. Зато доктор, во время игры находящийся в соседнем коттедже, уничтожив ящик пива и сотню пельменей, один из всех прибыл на корабль в отличном расположении духа. Назло Комитету государственной безопасности.