Запутанная история - Кэссиди Карла - Страница 2

Оливия Брэдфорд взяла со стеллажа личные дела сотрудников и села за стол. Ноги едва держали ее после того, как она вошла в кабинет и снова увидела этого мужчину.

Дэниел. Все прошедшие годы она и не задумывалась о том, что однажды может столкнуться с ним нос к носу. И теперь встреча с этим симпатичным зеленоглазым брюнетом повергла ее в шок.

Когда они познакомились в Новом Орлеане, ей было двадцать пять. Она – помощник шерифа – неделей раньше потеряла друга, погибшего в перестрелке. И поехала на эту конференцию лишь по настоянию своего шефа. Он отправил ее подальше от Натчеза, чтобы хоть немного развеяла тоску.

Четыре дня она ни с кем не общалась и только вечером накануне отъезда заглянула в бар рядом с отелем. Ни с кем познакомиться не стремилась. Хотела только заглушить боль от утраты парой коктейлей из текилы, вернуться к себе в номер и начать собираться в дорогу.

Не думала не гадала, что к ней подсядет Дэниел, а потом она найдет утешение в его объятиях. И после сумасшедшей ночи тщетно пыталась разобраться, почему он тронул ее до глубины души.

Она отбросила прочь мысли о Дэниеле и следующий час разбирала личные дела восемнадцати мужчин и одной женщины, которые представляли в Лост-Бей, штат Миссисипи, органы правопорядка.

Большинство полицейских родились и выросли здесь, хотя некоторые приехали из других городов. Отметок о дисциплине Трей Уокер не делал и, судя по всему, не обращал на нее внимания. Хотя записям этого мошенника в любом случае нельзя было доверять. В полдень Оливия достала бутерброд с курицей и салатом, которые приготовила утром ее мать.

Она приехала в этот город всего два дня назад, но успела привести в жилой вид свой домик недалеко от плавней – поросшего кустами и деревцами болота. Все необходимое в доме было, но Оливия привезла из Натчеза кое-какую мебель и другие вещи, чтобы не испытывать на новом месте никаких неудобств.

Она только что прикончила бутерброд, когда в дверь постучали. Вошел Дэниел с небольшой коробкой и поставил ее на стол.

Она удивленно на него посмотрела:

– Что это?

Он улыбнулся, и по ее телу пробежала горячая волна. Подзабыла она его сексуальную улыбку.

– У нас маленький город, – пояснил он. – Если не считать последних двух месяцев, преступления в Лост-Бей случаются редко.

Она перевела взгляд на коробку. Смотреть на него, когда он так задорно улыбался, ей не хотелось.

– В Натчезе столько происшествий за день случается.

– Вы больше не в Натчезе. Я сообщил о собрании всем нашим, и в два часа дня они будут здесь.

Она решилась поднять на него взгляд:

– Благодарю за помощь.

Он кивнул и вышел из кабинета. Оливия посмотрела на коробку и отодвинула ее в сторону. Лучше было взять ее домой и вечером все внимательно изучить. Сейчас же надо было сосредоточиться перед собранием. До него оставалось чуть больше часа.

На ее плечи легла тяжелая ноша, и за ее работой здесь будут внимательно наблюдать. Но она не боялась трудностей.

Ей пришлось немало потрудиться, чтобы подняться по служебной лестнице в отделе полиции Натчеза. Бралась за дела, от которых все отказывались, работала не покладая рук, днем и ночью, и не только завоевала безупречную репутацию, но и получила дюжину наград и премий. Поэтому небольшая командировка в Лост-Бей испортить ее отличное реноме не могла. Она намеревалась выполнить полученное задание, и выполнить наилучшим образом.

Ровно в два часа дня она стояла в зале для совещаний, а перед ней сидели девятнадцать помощников шерифа. Она не нервничала – наоборот, готовилась заставить не только себя уважать, но и немного побаиваться.

Единственная женщина-полицейский сидела в первом ряду. Судя по записям в картотеке, Эмме Карпентер было сорок три года и она проработала помощником шерифа десять лет.

– Добрый день, – поздоровалась Оливия. – Как вам всем, наверное, уже известно, я шериф Оливия Брэдфорд и приехала сюда, чтобы устранить в местной полиции все предпосылки для злоупотреблений. Возьмите на заметку, что я буду заниматься не только вашей работой, но уделю внимание и вашей частной жизни.

Послышался недовольный ропот. Она его проигнорировала. Как и сказала прежде Дэниелу, приехала сюда не для того, чтобы заводить друзей.

– В ближайшие два дня, – продолжила она, – я побеседую с каждым из вас.

– Будет искать доносчиков, – сказали в заднем ряду.

Это произнес худощавый мужчина с лицом как у хорька. Оливия приметила его, испепелила взглядом, и он скоренько опустил голову.

– Я не ищу доносчиков. Собираюсь лишь посоветоваться с каждым из вас, как повысить эффективность нашей работы. Хочу также выяснить, кому в правоохранительных органах не место. – В ее голосе прозвучали грозные нотки, и только твердостью она могла заставить себя уважать.

Ее взгляд упал на Дэниела во втором ряду. Как помощник шерифа, он часто работал вместе с Треем Уокером. Остался ли он честным, нравственно чистым человеком, каким ей раньше показался? Или он что-то скрывает и за ним тоже водятся грешки?

Время покажет. Полицейский с лицом хорька наверняка будет ставить ей палки в колеса, а язык тела Эммы Карпентер говорил о ней как о подлизе. Они обе женщины, и у них вполне могли сложиться особые отношения.

Надев значок шерифа, Оливия стала официальным лицом. И не важно, что она женщина. Подхалимов она не любила и пакостников тоже.

В заключение она предложила всем заниматься обычными делами, а сама вернулась в кабинет и закрыла за собой дверь.

Следующие два часа Оливия изучала личные дела сотрудников и другую информацию о восемнадцати мужчинах и одной женщине полицейского участка.

Ей предстояло выявить тех, кто вовлечен в торговлю наркотиками. Не верилось, что Трей Уокер и Джим Бернс проворачивали свои делишки вдвоем. Однако в полиции могли об их махинациях и не знать. Она очень на это надеялась. Потому что нет ничего хуже помощника шерифа, вставшего на преступный путь.

Как она ни всматривалась в лежащие на столе бумаги, то и дело перед ее мысленным взором возникал Дэниел, мешая погрузиться в работу.

Какая ирония судьбы, что они снова рядом! К счастью, он не стал вспоминать тот вечер в Новом Орлеане, когда они болтали в баре о джазе и Марди Гра – последнем дне карнавала перед Великим постом. Она приметила его тогда на конференции и знала, что он тоже из полиции. Однако о службе и откуда кто приехал они не говорили.

Они пили рюмку за рюмкой и никакие преступления даже не упоминали. Болтали о пустяках и старались понравиться друг другу. Именно этого ей и не хватало, чтобы избавиться от своей почти беспредельной тоски.

А потом они ушли из бара. И случилась та безумная, прекрасная ночь. Однако рано утром она уехала домой и никогда не мечтала о том, чтобы увидеть его вновь.

В пять часов Оливия решила, что на сегодня хватит. Тем более что собиралась вечером дома посидеть с подготовленными Дэниелом папками. Они могли таить что-то важное не только об арестованных Трее Уокере и Джиме Бернсе, а и о расследованиях, которые проводил предыдущий шериф.

Она взяла коробку с бумагами, сумку и направилась к выходу. Однако не успела сделать и двух шагов за дверями своего кабинета, как Дэниел вскочил со стула и взял у нее коробку.

– Донесу ее до машины, – сказал он.

– Спасибо, – поблагодарила она и внутренне напряглась. А вдруг он напомнит ей о той ночи, едва они выйдут на улицу и останутся наедине? Нет! Что было – то прошло. С ней тогда случилось помешательство, а теперь она стала совсем другой. Близкая к сумасшествию от горя, она тогда поддалась импульсивному порыву, чего с ней никогда больше не случалось и не случится.

Он провел ее к выходу на автостоянку. В конце августа солнце еще пекло невыносимо.

– Как обустроились в нашем городе? Все о’кей? – спросил он.

– Сняла отремонтированный домик на окраине. Очень уютный. – Оливия зашагала к своей машине.

– Успели посмотреть город?