Провидица (СИ) - Григорьева Юлия - Страница 115

Фольгер был напряжен. Он гадал о причинах столь неожиданного поведения венценосца, но махнул рукой и решил все узнать в свое время.

— Что с моим отцом? — услышал советник вопрос Катиль.

Годрик с неодобрением отметил, что девушка ведет себя неучтиво. Разумней было бы сейчас ответить покорностью и сожалением. И пусть это было неправдой, но лучше уж солгать, чем рисковать понапрасну. Однако король, казалось, даже не заметил, как задала вопрос лаисса. Он широко улыбнулся и указал рукой вперед.

— Вы сейчас с ним увидитесь, — ответил король. — Я держу свое слово, дорогая моя лаисса. Я обещал вашему брату вернуть его родню, и я верну.

Катиль остановилась и схватила короля за руку.

— Ежели вы отпустите их, я буду послушной, — проговорила она, и венценосец рассмеялся.

Он высвободил руку, погрозил лаиссе пальцем и толкнул дверь, к которой они подошли. Катиль шумно выдохнула, отчетливо прошептала:

— Святые, — и вошла внутрь.

Это был большой кабинет, повреди которого стояли лассы Альвран, все трое. Изможденные, с запавшими глазами, обросшие, грязные — настоящие узники. Катиль вскрикнула и бросилась к отцу. Он порывисто обнял ее и уткнулся лицом в волосы:

— Прости, — прошептал мужчин. — Я был ослеплен и не видел очевидного, я должен был послушаться тебя.

— Отец, — простонала девушка.

Она вскинула голову и попыталась заглянуть в глаза лассу, но пелена слез застилала взор, и лицо отца стало нечетким. Он осторожно убрал влагу с глаз дочери и коснулся губами ее лба.

— Не плачь, — слабо улыбнулся ласс Макфрид Альвран. — Святые всегда благоволили нашему роду, они и сейчас не оставят нас, чтобы нам не было уготовано.

Катиль кивнула, погладила отца по щеке и перешла к среднему брату. Рагнард Альвран подмигнул сестре и притянул ее к себе.

— Как же давно я не видел тебя, Ледышка, — сказал он и приподнял Кати над полом. — А ты изменилась.

— Ты тоже, — девушка выдавила улыбку сквозь слезы. — Ты стал похож на старика Диза.

Рагнард рассмеялся и крепче стиснул плечи сестры. Десмунд не выражал своих чувств так же открыто. Он подошел к отцу и опустил взгляд, но ласс Макфрид потрепал сына по плечу и ободряюще улыбнулся.

— Кати, — младший ласс Конгвальд Альвран выдернул сестру из рук брата и стиснул так, что девушка охнула, но не отстранилась. С младшим братом она была ближе, чем со старшими. Пожалуй, он был единственным, чьему обществу Катиль была чаще рада. Девушка надрывно всхлипнула и обвила шею брата руками.

— Кон, я… — ком в горле мешал говорить, и проглотить его все никак не удавалось. — Простите меня, — прошептала она и уткнулась лицом в грудь брата.

Он зарылся пальцами в волосы Кати, и девушка затихла, слушая, как бьется сердце Конгвальда. Лаисса Альвран вскинула голову, с жадностью вгляделась в его лицо, впитывая в себя каждую черточку знакомого с детства лица. После посмотрела на двух других братьев, на отца и снова спрятала лицо на груди младшего брата, чтобы не видеть их глаз и тепла, заполнившего их. Они ведь, действительно, любили ее и заботились так, как понимали заботу, так, как учил их этикет и Святые Защитники. Но любили всей душой, как и она их! А ей пришлось выбирать… Но, случись с ней вновь то, что случилось, Катиль ничего бы не поменяла. И от этого ей было больно и тяжело.

— Святые, как же все это мило! — издевательски воскликнул Сеймунд. — Дочь предала отца и братьев, увязавшись, как доступная девка, за мужским отрядом. Неужто простили, ласс Альвран?

Макфрид Альвран взглянул на него исподлобья.

— Моя дочь делает то, что ей велят Святые, — ответил он твердым голосом. — Но как назвать короля, который предает верных ему вассалов?

— Ах, вот даже как? — изломил брови король. — Стало быть, мой грех тяжелей греха вашей дочери? А что вы скажете о сыне, который отправился убить свою сестру, чтобы выкупить вашу свободу?

Взгляд чистых синих глаз ласса Макфрида перешел на старшего сына. Десмунд опустил голову и негромко произнес:

— Я бы не смог тронуть Кати, отец.

Ласс Альвран погладил его по плечу и снова посмотрел на короля.

— Наш господин возжелал иметь при себе мою дочь, после заточил нас в темницу и вынудил моего наследника купить свободу отца ценой жизни своей сестры. И кто же совершил больший грех? — спросил Макфрид. — Я был слепцом. Не доверился своей дочери, зато поверил в добродетельного господина. Святые наказали меня за глупость. Накажут они и вас, государь, за вероломство и жестокость.

Сеймунд усмехнулся и кивнул стражникам.

— Возьмите лаиссу Альвран, она мне понадобится в пыточной, — произнес он, глядя в глаза отца Катиль.

Годрик Фольгер, все это время стоявший у стены, с изумлением взглянул на господина.

— Что? Мой король сказал…

— Как король сказал, так и будет, — отчеканил венценосец.

Лассы Альвран дружно обступили Кати, но она покачала головой и протиснулась между ними, подходя к стражникам. Но вдруг развернулась к королю и вскрикнула:

— Умоляю, не надо!

— Твои мольбы я больше не слышу, — ледяным тоном ответил Сеймунд. — Держите ее.

Катиль бросилась к королю, но ее успели ухватить за плечо. Пальцы стражника больно впились в хрупкое плечико, и девушка тяжело осела на пол, кривясь, но продолжая выкрикивать:

— Не надо, я прошу вас, не делайте этого! Умоляю…

Крик Кати перешел в рыдания, она спрятала лицо в ладонях, вздрагивая всем телом.

— Ваше Величество, вы, верно, пошутили? — спросил Десмунд. — Катиль нельзя пытать, она же женщина!

Король обернулся в его сторону, и хмыкнул, будто только вспомнил о мужчинах рода Альвран.

— Теперь о нашем деле, — Сеймунд потер руки и направился в сторону благородных лассов. — Вы, дорогой мой ласс, выполнили мое повеление лишь наполовину, я весьма огорчен. Гален Корвель, как мне донесли, выступил в поход против меня, вашего государя. И он уже успел взять несколько замков преданных мне лассов и идет на Фасгерд. Я не просто огорчен, ласс Альвран, я в бешенстве! — гаркнул король и тряхнул головой, вновь переходя на спокойный тон. — Но я человек слова и готов выполнить свое обещание. Я освобожу пленников, но не всех.

Он снова сделал знак. Стражники, стоявшие до этого за спинами пленников, подошли ближе. Звякнула сталь, вытягиваемых из ножен клинков…

— Нет!!! — закричала Катиль, забившись в руках, удерживающего ее стража.

Девушка широко распахнула глаза и с ужасом смотрела, как льется кровь из перерезанного горла ее отца и младшего брата. Не моргнула она и тогда, когда тела двух родных ей мужчин упали на пол.

— Святые, — сдавленно вскрикнул Десмунд. — Отец, Конгвальд…

Он схватился за волосы и глухо застонал. Рагнард опустился на колени и сжал руки мертвых отца и брата.

— Будь ты проклят! — вскричал Десмунд, выхватывая меч.

Но стражники перехватили его, выбили из рук меч и повалили на пол. Рангард закрыл глаза двум мертвецам и выпрямился, не сводя с короля ненавидящего взгляда. Годрик Фольгер, не знавший того, что задумал венценосец, сорвался со своего места и крикнул страже:

— Выкиньте их за ворота. Наш господин пощадил их, пусть убираются прочь, неблагодарные псы!

Лассов Альвран потащили к дверям, а королевский советник обернулся к Кати, с удивлением обнаруживая, что она смотрит на него с благодарностью. После снова посмотрел на венценосца.

— Ваше Велич…

— Ты посмел открыть рот и дать повеление, когда я еще не решил, что с ними делать? — удивленно вопросил Сеймунд.

— Но вы же…

— Что я же? — перебил советника король и отвернулся от него. — Тащите девку в пыточную, мне есть, о чем спросить ее.

Венценосец развернулся на каблуках и направился к двери. Годрик бросил взгляд на лаиссу, теперь вновь глядевшую на отца и брата, и поспешил за господином. Стражники подняли девушку с пола и повели к дверям.

— Я так надеялась, что хотя бы это видение обманет меня, — прошептала лаисса Альвран и покорно покинула кабинет.