Беглец между мирами (СИ) - Кравчик Макс - Страница 65

Даже сквозь новую, обретенную от Бездны силу и мощь, Слава чувствовал, как слабеет его организм. Он явно был болен, отравлен. Может он умирал? Сейчас это не имело никакого значения, он проиграл, ему не справится с отродьем и он умрет в любом случае. Вдруг из-за спины монстра проступили облачка черного марева. Эта клубящаяся дымка, плотной стеной наползала на Кумбха со спины. Она была плотная и черная, что казалось, она не просто воплощение черного цвета, она есть отсутствие света, а свет поддавался ей как расплавленное железо поглощает лед. Славик сразу почувствовал веяние черной силы, потусторонней магии. Монстр взревел, да так громко, что крики Годзиллы или любого другого динозавра, показались бы детским плачем, по сравнению с тем звуком, что вырвался из пасти Кумбха. Туша монстра начала заваливаться вперед, и Славик ускользая из под траектории ее падения, применил известный ему магический трюк. Лежа на песке, он вытянулся по швам, и направляя руки в сторону монстра, создал легкое и короткое заклятие. Из ступней и ладоней вырвались чудовищные потоки воздуха и беглец заскользил по песку назад, лежа на спине.

Водолей упал на грудь, подставляя под себя руки. Раздался грохот, как будто снесли небольшое здание, обрушив его бетонные останки с помощью взрывчатки. Слава увидел, что у монстра нет двух задних щупалец, поэтому тварь потеряла координацию и не удержалась в вертикальном положении. Щупальца точнее были на месте, но уже не были на них похожи. Черный туман обволакивал их, проникая угольными нитями под кожу и внедряясь в тело. Пораженные конечности сотрясались в конвульсиях, и теряли свой вид на глазах. Они ссыхались, съеживались, превращались в серо-гниющие веревки, раз в десять уменьшившись в размерах. Кумбха лежал на животе, его верхние конечности дрожали под ним, пытаясь приподнять тело, а уродливая голова, с физиономией отдельно напоминающей жабу, все время смотрела назад, пытаясь увидеть, что происходит с щупальцами.

Слава приподнялся на локтях, и увидел, что сзади Водолея стоит колдун с корабля контрабандистов. На его лице была та же маска — цилиндрическая и полупрозрачная, но она была наполовину сорвана, и теперь можно было частично разглядеть лицо чернокнижника. Голова была чисто выбрита, но от верхней части лба, через глаза, и вонзаясь в щеки, у него были вставлены две металлические пластины. Кожа плохо обтягивала череп, и над ушами, которых толком и не было, свисала каскадом морщин. Часть его прилегающего черного плаща была оторвана и обнажала правое плече и часть тела. На остальном теле кожа была также дряблой и синюшной, как у старика. Лицо его было перекошено боевым воплем, тем самым обнажив длинные, тонкие зубы, которые больше походили на колючки, плотно прилегающие друг к другу.

Он оставался на судне, когда они с экипажем его покидали. Значит он выжил в той чудовищной мясорубке на корабле. Это не могло не обрадовать Славу. Хоть чья-нибудь существенная помощь, тем более магическая, могла переломить ход сражения, что в принципе и произошло. Кумбха лежал головой к Славе, его нижние щупальца не могли достать до него, и частично были подмяты собственным телом, также, как и верхние конечности, которые пытались перевернуть исполина обратно на упругие щупальца. Чувствуя предвкушение близкой свободы, Славик вскочил на ноги и побежал на Водолея. По дороге он подобрал большой меч, одного из громил контрабандистов и в прыжке, взлетел над головой Кумбха. Меч с треском проломил череп монстру, и хлюпнув чем-то очень жидким, застрял в его голове. Глаза твари так выкатились из орбит, словно монстр попытался посмотреть на свой затылок, как в него вошло лезвие, но пошевелившись, глазные яблоки обмякли и обвисли. Еще несколько хлестких ударов, но уже слабых и вялых, прозвучало в воздухе и щупальца исполинского чудовища упали на окровавленный песок.

Стоя на голове Кумбха, Слава увидел, как монстры с черной, блестящей кожей умирают на глазах. В их гортани, что-то начинало клокотать и лопаться, разрывая черную кожу. Наружу выплескивалась вода и мелкая тварь замирала. Чернокнижник стоял на коленях, присев на ноги. Руками он упирался в песок, и казалось, держать тело над ним, не рухнув с головой, ему удавалось с большим трудом. Он был измотан. Как впрочем и Славик.

На пляже воцарилась тишина. Из глубины леса прилетели большие птицы-падальщики, и теперь они медленно кружили над красным пляжем. Почти все здесь были мертвы, как иномирские твари, так и люди, хоть и не очень хорошие. Только сейчас он заметил, как отвратительно воняет на пляже. Кровь, запах кишок и испражнений, и дикая вонь от монстра. Смесь запаха гнилой рыбы, и трупного разложения. Славик слышал несколько стонов раненых, и видел как обессилив, в ступоре сидит колдун, но ему больше не было до них дела. Он вновь обрел свободу. И Слава вскочив на дрожащие ноги помчался в глубь леса.

Глава 28

Приняв решение вернуться в Немад, Берон отправил свою свиту впереди себя, приказав добраться на место как можно скорее. Он хотел, чтобы все думали, что он еще гостит у императора Фалура, и его скорое возвращение откладывается. Эралия настаивала на захвате свитка, и объяснив, какие ужасные последствия могут произойти со вселенной, если они этого не сделают, Берон согласился с ее доводами. Но втроем сделать это они были просто не в состоянии. Им нужна была мощная поддержка, чтобы хотя бы добраться до замка императора Дорсилан в городе Адальт, не погибнув на подступах. Им нужна была армия. К счастью небольшая армия у них все же имелась, чему был сильно удивлен Берон. Баллар рассказал Берону, что он является предводителем воинской организации, тайного сообщества под названием Фротгар. Он давно организовал это движение, став его идейным наставником и вдохновителем. Благо в воинах, ненавидящих правление Чернобога недостатка не было. Как раз недалеко от Адальта, в горах Сапши находился тайный лагерь, где укрывалось от взора Фалура и от шпионов Баргозара, небольшое воинство состоящее из нескольких тысяч солдат дорсилан, которые не желали жить в рабстве под гнетом правления Баргозара. Среди них также имелись несколько сотен Грелосов — кентавров лосей с ужасной клешней вместо руки, и огромными ветвистыми рогами, и чуть меньше Азарларов, змееподобных кентавров со своими незаменимыми Азогами — ящерами, на которых они передвигались. По мнению Баллара этих сил было не достаточно чтобы разбить армию Фалура, часть которой располагалась как раз в окрестностях города, а тем более этих сил было мало, чтобы захватить сам город и убить Фалура. Посовещавшись они приняли решение отправиться в Немад и собрать там подкрепление, и может тогда у них могло что-то получиться.

Путь выбрали обходной, для того, чтобы не пересечься с обозами, которые следовали в Сакральному Порталу, за провиантом и другим снабжением. Эта дорога была вдвое длиннее, но в таком опасном деле, как переворот или свержение незаконной власти, спешка была сродни самоубийству. Они уже почти были на подходе к окрестностям города Немад, когда Баллар остановил их, показывая куда-то вперед. Что-то было не так. Слишком тихо. Не слышны были ни птицы ни шуршание зверей по кустам. Дорога выглядела запустевшей, так словно по ней никто давно не ездил, но это ощущение было неправильным, лживым. Слишком уж все было идеально, для создания впечатления безлюдной тропы. И выглядело все так, что эта безлюдность и запустенье дело рук разумного существа — маскировка.

— Засада! — Сказал Берон, а Баллар, прижимая толстый указательный палец к губам, коротко кивнул. Эралия тут же насторожилась, ее глаза сузились, хотя она и без того обладала азиатской внешностью, черты лица заострились и сама она стала похожа на хищную кошку. Берон и Баллар опустили свои руки на рукоятки своих мечей и медленным шагом, пустили лошадей вперед. Лошади словно чувствуя то, что уже осознали путешественники, запротестовали, но пришпоренные бока не дали им шанса противиться. Эралия уже приготовила заклинание для резкого удара, и теперь слова заклятия вертелись на языке, все ее сознание залила магическая энергия необходимая для колдовства.