Малец (СИ) - Каталкин Василий - Страница 94

  - Ага, - тут же прикинул Андрей, - а ежели вместо четырех фунтов шесть стрельнуть.

  На это Васька покачал головой:

  - Стрельнуть-то можно, но картечь силу быстрей потеряет, а если пороху больше положить, то это же не бронза, ту разорвать с такого веса может, а здесь хоть и крепкий, но все же чугун. Да и отдачей может перевернуть.

  - Это да, - согласился пушкарь, - а так пушки и в самом деле хорошие. А шестифунтовые так же выделаны?

  - Да из одного чугуна деланы, он даже охлаждать водой позволяет, только сильно перегревать нельзя. А касаемо картечи зараз больше вложить, то ни к чему это, сильно много не положишь, лучше второй раз стрельнуть.

  - Так пока зарядишь? - Ухмыльнулся Андрей.

  - Можно и много быстрей заряжать, - возразил парень, - только надо холщовых мешочков нашить, да заранее в них все заряды вложить, а потом одним движением в жерло.

  - Хм..., - Раевский представил себе такую 'конструкцию', и кивнул, - можно попробовать, только потом чистить пушку долго придется, от остатков холста. Ладно, завтра попробуем и так сделать.

  Две лошадиные силы легко, без видимых, усилий выдернули пушки из оврага, тут бы и одна справилась, но так заведено, двойка лошадей на одну полковую пушку.

  На завтра предложение испытали и пришли к выводу, что при должном обучении орудийной прислуги скорострельность можно увеличить как бы не в трое, а предположение о том, что можно стрелять из пушки и на тридцать ударов сердца пожали плечами и сказали, что такое совсем не в мочь. Правда, мешочка пришлось делать два: в один засыпали порох, а потом его вкладывали в другой, где на него сверху укладывали пыж, и уж потом насыпалась картечь. Мешочек с зарядом вставлялся в жерло пушки, пропихивался банником до конца и там же уплотнялся. В запальное отверстие пропихивали штопор, который прорывал ткань мешочков с порохом, что позволяло обеспечить контакт зарядного пороха с запальным.

  - Надо бы сверху заряды еще воском пропитать, - хмыкнул Андрей, - тогда и непогода не страшна.

  Кстати, внутри пушки никаких останков от ткани после выстрела не оказалось, все вылетало наружу, и хотя каких-то тлеющие остатков было достаточно, их быстро гасили мокрым банником.

  Команды пушкарей Андрей собрал быстро, и так же скоро приступил к их учебе. Не все шло гладко, уж сильно бестолковый народ попал к нему в обучение, то команды не расслышат, то расслышат да не так поймут, а то и вообще косорукость проявляют, когда требуется обустроить позицию. А тут еще одна беда, за три дня крика сорвал голос, напрочь, и чего теперь делать?

  - То не беда, то так себе кручина, - хохотнул Васька, когда узнал, в чем затруднения Раевского, - придется тебе горн осваивать, дабы сигнал своим пушкарям вовремя подавать. А если сам не хочешь учиться на трубе играть, найди себе кого из молодых, пусть при тебе будет, ты ему приказ, а он трубой до всех донесет.

  - Что за горн такой? - Удивился Андрей, - можешь показать?

  - Показать не могу, надо к кузнецу идти, чтобы тот его из меди сделал. Думаю сработать его не так уж и долго, если у кузнец хороший.

  Кузнец действительно оказался хороший, так что горн сделал быстро, вот только как Андрей не старался, нормальные звуки из этого горна извлечь так и не смог, даже у Васьки много лучше получалось. Пришлось искать человека, который сможет внятно извлечь звук из этого сигнального инструмента. Однако отпущенное командиром время уже давно закончилось и требовалось поспешать на войну, судя по слухам, которые вызывали доверие, войска уже осадили Нарву.

  - Да на что тебе две лошади, - возмутился Раевский, года Василий вновь подкатил к нему за тягловой силой, - у тебя и так телег в обозе больше чем у меня пушек.

  - Так оно и должно быть больше, - невозмутимо ответил Васька, - тут ведь какое дело, вот ты налегке готов отправиться, а спроси у тех, кто не раз на войну ходил, и все они тебе скажут, что никто ни припасами, ни зарядами делиться с тобой не будет. Что взял сам обозом, то и твое, а с остальным снабжением как получится, но хорошо получается редко. Вот где ты будешь овес да сено для лошадей брать? Там по дорогам армия прошла, все фуражиры по пути вычистили, ничего не оставили. Или порох? Слышал, по всем городам порох собирают, даже самый плохой гребут, а ты придешь без порохового и свинцового припаса, кто с тобой делиться будет? Так что те три десятка подвод, которые с тобой в сопровождение пойдут, капля в море.

  - Какие три десятка? - Взвился Андрей. - На два десятка уговаривались!

  - На два десятка за счет казны уговаривались, а за мой счет еще десяток, - продолжал спокойно отвечать молодой человек, - на них дополнительный съестной припас повезем, я у гонцов спрашивал, говорят голодно там.

  Раевскому оставалось только сплюнуть, но так как дополнительные телеги не обеспечивались из казны, сильно возражать он не мог.

  - Ну, а эти две лошади на казенный кошт берешь?

  - Этих двух прошу за счет казны, они полковую кухню потянут.

  Полевые кухни Андрей уже видел и по достоинству оценил удобство, особенно когда еда могла готовиться прямо во время пути. И артельщики тоже оценили, теперь никто не стремился закупиться самостоятельно, деньги отдавалось кухонным, и они не подводили. Правоту Василия Раевский смог оценить, когда они вышил на разбитую в хлам дорогу, по которой недавно прошла тридцатитысячная армия, да к тому же зарядивший противный осенний дождь, окончательно сделал ее трудно проходимой. Однако, благодаря тому, что пушки были относительно легкими, а телеги в обозе не перегружены, тяготы пути особо не сказывались, а вот тем, кто следом тянул шестифунтовые орудия придется несладко, ох несладко.

  В Новгороде о моей договоренности на поставку чугунных пушек ничего не знали, а ехать в Москву было бесполезно, так как по неизвестным причинам пушкарский приказ Петр на время войны разогнал. Пришлось сопровождать пушки в Нарву, ибо нарвская конфузия не оставит мне возможности стребовать оплату за труды нашего завода. Ну а раз так, попробуем немного скорректировать ход истории в свою пользу, вдруг получится. Да уж, много в свое время слышал о том, что в начале восемнадцатого века с дорогами на Руси были проблемы. Хотя если подумать, то как раз с дорогами проблем не было, были проблемы с полным бездорожьем, так как двигаться по тому, что называлось дорогой было много трудней чем без дороги. Люди ухрюкались в грязи по самое 'не хочу', вот верите, даже на волосах грязь была. Мне-то хорошо, сел на коня, да посматривай за всеми сверху, а им приходилось штурмовать огромные лужи без надежды на успех. Но как бы то ни-было, где-то ближе к Нарве, глинистые почвы уступили место суглинкам и стало сразу заметно легче. До Наровы мы добрались к двадцатым числам октября, до реки я имел в виду, чтобы воссоединиться с армией надо было еще перейти наплавной мост. На ту сторону не пошел, знаю, чем там дело может кончиться, да и не дадут мне там просто так по позициям шляться, сразу как шведского шпиона захомутают, а мне это ни к чему, а вот осажденную крепость рассмотрел хорошо. Первые несколько дней занимались приведением всего и вся в порядок, все-таки путь от Новгорода до Нарвы не близкий, да и дорога далеко не шоссе, не одну ось со ступицами требовалось заменить. Ну а чуть позже приступил к планированию работ, которые позволят нашей непутевой армии несколько сократить потери.

  Первое что мне известно, так это то, что во время панического бегства развалился мост, из-за этого пришлось принять капитуляцию, если бы мост был цел, то условия капитуляции были бы куда лучше. Значит, этот мост требуется укрепить, то есть подвести дополнительные лодки и лучше связать крепи, ну и заодно добавить по краю бордюр из бревен, который поможет более равномерно распределить нагрузку и обеспечит устойчивость моста.