Запретное желание - Шелдон (Шелвис) Джилл - Страница 7

– Ти Джей рассказал тебе.

– О да. Он рассказал. Доктор Зло? В самом деле?

Стоун раздраженно покачал головой.

– У него слишком длинный язык.

Энни рассмеялась.

– Что верно, то верно. Но весь прошлый год мы ужасно беспокоились за Кена, которому с трудом удалось смириться со своей потерей. Очевидно, теперь нам нужен новый объект для беспокойства. Мы выбрали тебя.

– Когда? Когда это вы так решили?

– Когда разговаривали с Кеном по телефону вчера вечером.

Стоун покачал головой. В прошлом году ему, Ти Джею и Энни пришлось не сладко, когда они пытались вернуть к жизни впавшего в затяжную депрессию Кена, из-за травмы лишившегося самой большой страсти в жизни – скоростного спуска на сноуборде. Им никак не удавалось достучаться до него, не удавалось помочь. Но потом появилась Китти и сделала это вместо них.

Только вот Стоун вовсе не нуждался в том, чтобы кто-то о нем беспокоился. Ведь с ним все в порядке.

– Ты сама не своя в последнее время.

– Ты тоже.

– Хорошо, ты права. – Стоун провел рукой по волосам. – Но я в порядке.

– Настолько, чтобы исчезнуть на целый год?

– Это сделал Кен. – Стоун испустил вздох. – Не я. Я бы не стал исчезать. Мне нравится здесь, и ты это знаешь.

– Но?.. – Энни вопросительно посмотрела на племянника. – Что ты хотел сказать?

– Но… – Правда состояла в том, что фирма была любимым детищем Ти Джея, подпитываемая деньгами Кена, заработанными за годы спортивной карьеры, и возглавляемая Стоуном.

И это было замечательно. Превосходно. Сколько людей может сказать, что они в буквальном смысле слова развлекаются, чтобы заработать на жизнь. Кроме того, совместная деятельность сплачивала братьев, хотя время от времени Стоун и задумывался, сколько это может продлиться.

Только вот совсем не этим хотел заниматься в жизни Стоун. Правда состояла в том, что он так далеко ушел от реставрации старинных зданий, и уже не мог представить себя занимающимся любимым делом. Стоун пожал плечами.

– Но мы заняты. Очень заняты. Да, я понимаю, что мы развлекаемся целыми днями, и все же это колоссальный труд.

– О, детка. Ты просто устал.

– Да. – Прошло десять лет с тех пор, как он купил свой первый разваливавшийся дом в викторианском стиле и преобразил его. Стоун восстановил еще пару домов и хотел бы сделать больше, но у него никогда не хватало на это времени. Он мог бы купить какое-нибудь здание и нанять рабочих, но такой расклад его не устраивал.

Стоуну не хотелось быть просто подрядчиком. Он желал делать все собственными руками.

А для этого требовалось время. Много времени.

– Я хочу отреставрировать еще один дом.

– О… – Энни вскинула бровь. – Я не знала, что ты все еще не оставил эту затею.

– Да. Я…

На столе загудела рация, а потом раздался голос Ти Джея:

– Стоун, ты здесь? Прием.

– Видишь? – обратился Стоун к Энни. – Мы заняты. Очень заняты. Я тут, – ответил он Ти Джею. – Прием.

– Забери дока, а потом встретимся у подножия Гранит-Медоуз. Как можно скорее. Прием.

Ти Джей отправился в горы с клиентами – двумя женщинами, пожелавшими взобраться на самую вершину для фотосессии. Он повез их на джипе. Громоздкий автомобиль вполне проехал бы по горной дороге. Особых навыков для этого не требовалось.

– Что случилось?

– Ты не поверишь, но одна из них рожает.

И в самом деле из рации послышался громкий и протяжный женский крик, от которого по спине Стоуна побежали мурашки. Он вскочил со своего места, едва не потеряв сознание от боли.

– Позвони доку, – крикнул он Энни, морщась при каждом движении. Черт возьми, как больно. – Скажи, что я сейчас за ним приеду.

А, дьявол! Старина док больше не принимает. Его место заняла сексапильная доктор Зло, в последнюю встречу с которой Стоун лежал на столе, обнаженный и окровавленный. Две ночи подряд его преследовали сновидения, в которых доктор Зло представала перед ним в белом халате, под которым не было ничего. А эти строгие каблуки…

Господи, ему необходимо проверить голову.

– Скажи Эмме, что я буду у нее через пять минут. Пусть готовится принимать роды. – Нажав кнопку на рации, Стоун поспешил к двери, не обращая внимания на отчаянно взывающие к милосердию ребра. – Уже в пути, Ти Джей. Прием.

– Поспеши.

В голосе Ти Джея слышалась паника, и Стоун не осуждал его за это. Чего только они не повидали за годы существования фирмы, но это было что-то новенькое.

Роды в горах.

Да, это было что-то новое и совсем не желательное. Стоун обладал начальными медицинскими знаниями, полученными при подготовке к работе в поисково-спасательном отряде, но о родовспоможении не знал ничего. При одной только мысли об этом у него подкашивались ноги.

Возможно, это состояние явилось следствием его собственного ранения, и все же уже через семь минут он был на подъездной аллее клиники, представлявшей собой двухэтажное здание с жилыми помещениями наверху и больницей на первом этаже. Стоун испытал облегчение при виде спешащей ему навстречу Эммы.

Что ж, это уже хорошо.

На Эмме вновь были узкие брюки – на этот раз черные – и шелковая блузка бледно-персикового цвета, подчеркивающая ее высокую полную грудь.

О да, Стоун заметил бы это, даже находясь при смерти. Эмма обладала великолепной грудью и шикарными бедрами, которые притягивали Стоуна точно магнит. Сегодня ночью в самом смелом своем сне он видел, как она оседлала его и…

Эмма плюхнулась на сиденье, поставила на колени сумку с инструментами и лекарствами и посмотрела на Стоуна.

– Роды в горах? Вы шутите?

Стоуну понравилось, что она не стала тратить время на формальности.

– Мне это тоже в новинку.

– Люди не могут вот так просто рожать детей посреди дороги. Ближайшая больница в тридцати милях отсюда.

Стоун тоже это знал.

– Вы позвонили, чтобы они приготовились? – спросила Эмма.

– Да, они держат наготове вертолет.

– Значит, там будете только вы?

– И вы.

Эмма посмотрела на Стоуна.

– А почему именно я?

– Ну, я подумал, что, возможно, это единственный способ вытащить вас на свидание.

Эмма прищурилась, а Стоун улыбнулся.

– Так насчет родов – это правда или нет?

– Правда. Ребенок пока еще не родился, но это произойдет совсем скоро.

– В горах, – уточнила Эмма, – где повсюду медведи, грязь, жуки и всевозможные микробы и где к тому же может случиться все, что угодно?

– Да.

– Черт.

Не удержавшись, Стоун улыбнулся. Эмма могла быть раздражительной, авторитарной, слишком напряженной и обладающей дурным характером, но ее никак нельзя было назвать скучной.

– Надеюсь, я не оторвал вас от каких-то важных дел.

– Шутите? – Эмма принялась рыться в сумке. – Местные жители смотрят на меня, как на пришельца. Я даже подумываю о том, чтобы отрезать себе палец, потому что мне попросту некого лечить.

Ага. Вот она – брешь в ее броне, которой Стоун бесстыдно воспользовался.

– Стало быть, вы должны благодарить меня за то, что я припас для вас интересный случай.

– Роды, – пробормотала отнюдь не преисполненная благодарности Эмма. – В горах. Святые небеса. – Она вздохнула. – Ты определенно не в Нью-Йорке, Дороти[2].

Стоун рассмеялся, что делал в последнее время непростительно редко. И это означало, что доктор Эмма хороша не только для эротических снов, но и, возможно, для чего-то большего.

Глава 4

Стоун управлял автомобилем столь легко и уверенно, что мог бы посоперничать с самым лучшим из нью-йоркских таксистов. В городе безумная езда никогда не беспокоила Эмму, но здесь, на Диком Западе, где их окружали одни деревья, ее сердце то и дело сжималось от страха.

Стоун резко крутанул руль, и, если бы не ремень безопасности, Эмма непременно съехала бы с сиденья. Чего нельзя было сказать о водителе. Стоун словно бы слился с машиной воедино и продолжал ехать дальше. Лишь слегка поморщился от боли в ребрах.