Зеркало и чаша - Дворецкая Елизавета Алексеевна - Страница 94

— Он — законный сын прежнего конунга, этого хватит. Просто они совсем его не знают, потому что он гораздо больше скитался по морям, чем сидел дома. Но он им понравится. Он не злой, справедливый и щедрый, а чего еще нужно конунгу? Он победил. А значит, удача на его стороне. А удача — это самое главное. Кто с удачей, тот и конунг. И наоборот — кто конунг, тот и с удачей. У нас это хорошо знают, и зачем долго разговаривать? Особенно если у него будет разумная и благородная жена, способная смягчить его нрав и привлечь к нему людей, — конунга лучше не найдешь во всех северных землях!

При этом Хедин бросил на нее такой значительный взгляд, что Избрана смутилась. Он слышал их ночной разговор на стене? Или сам догадался, к чему дело идет?

Это был странный день, и Избрана порой не была уверена, что все это ей не снится. Сон, в таком случае, был путаный и бестолковый. Сама битва была совсем не похожа на то, чего она ожидала. До сих пор ей пришлось повидать только одно сражение, в котором они оказались разбиты, но там она ничего не видела и не понимала среди бестолковых метаний в лесу. Эта битва для них оказалась успешна, но она почти так же ничего не понимала. Етов разбили по частям, вся битва прошла как-то быстро и невыразительно, было гораздо больше шумной беготни, свалки и крика, чем настоящей драки. У етов было около двух сотен убитыми и столько же ранеными, у Зимобора — две сотни пострадавших всего, Хродгар потерял человек сорок, Хедин — девятерых.

Почти весь остаток дня собирали убитых и раненых, одних перевязывали и переносили в город, других, которым перевязок уже не требовалось, складывали на луговине.

Под вечер еты сошлись перед воротами, все их вожди стояли впереди своих людей. Зимобор и смоляне остались на стене, но Хродгар со своей дружиной вышел на луговину. Рауд Козья Шкура и Торстейн Стрелок, как самые знатные хевдинги етов, предложили тингу признать конунгом Хродгара, сына Рагнемунда конунга и Эйдехильды Премудрой. Согласие было получено без споров, и вот уже хевдинги принесли в жертву Одину, Фрейру и Бальдру черного бычка, которого привезли с собой, и на жертвенной крови поклялись в верности Хродгару конунгу.

Хродгар сам перерезал горло бычку, а Избрана держала жертвенную чашу. Еще в Смоленске она часто принимала участие в жертвоприношениях, а разница в обрядах была совсем незначительной, так что она справилась со всем отлично. Хродгар поднял на вытянутых руках чашу Фрейра, полную жертвенной крови, и произнес:

— Тебе, Светлый Ван, посвящаю я эту чашу. Славься, могучий Фрейр и сестра твоя Фрейя, и пошлите земле Западного Етланда мир, изобилие и благополучие.

Варяги застыли, не смея вдохнуть, и кривичи заодно с ними, хотя и не знали, что должно произойти. И вдруг над чашей стал подниматься легкий белый пар. Избрана смотрела, не дыша; она стояла совсем близко и ясно ощущала, что на эту площадь снизошла с высот огромная неведомая сила. Белый пар все сгущался, а потом внезапно .вспыхнуло пламя. Хродгар вздрогнул, но не пошевелился и продолжал держать чашу на поднятых руках, так что всем было ее видно. Над чашей бурно билось ослепительное, серебристое, почти белое пламя, и от него распространялось тепло с запахом свежести. И в душу каждого проливалось блаженство, в крови заиграла жизнь, душу наполняли счастье и уверенность.

Наконец пламя опало, Хродгар опустил чашу. Она была пуста, жертвенная кровь исчезла.

— Фрейр принял меня, — тихо сказал он Избране. — Теперь я конунг, и никто не посмеет усомниться в моем праве.

Достоинство княгини требовало пригласить всех к себе на пир, что Избрана и сделала на следующий день. Угощение состояло только из дичи и рыбы, поили гостей березовой брагой, но как раз это было хорошо, потому что нравилось варягам больше привычного пива. Избрана чувствовала себя неуютно и беспокойно в гриднице, где сидели за столами все ее бывшие враги: Зимобор с смоленскими боярами с одной стороны, етландские вожди с дружинами — с другой. Но в то же время она могла гордиться, что принимает у себя сразу и смоленского князя, и етландского конунга с его подданными. Мать Огняна с маленьким Вадимиром, плесковская знать тоже были здесь. Было шумно, душно и многолюдно. Правда, далеко не все гости знали, о чем между собой говорить, и косились друг друга на друга скорее опасливо, чем дружелюбно.

— Мы благодарны королеве Избране за гостеприимство и угощение! — заговорил Торстейн Стрелок, поднявшись с кубком браги в руках. — И пока нам не пришел срок возвращаться домой с нашим конунгом, мы хотим предложить королеве еще одну вещь.

— Какую же? — спросила Избрана.

— Мы говорили об этом со всеми знатными и достойными людьми Западного Етланда. — Отчасти пьяный, но полный достоинства Торстейн оглядел столы, и все его соплеменники закивали. Все знатные и достойные роды Западного Етланда здесь были представлены. — У нас теперь есть конунг, и ему требуется достойная его рода и положения жена. В Западном Етланде есть обычай, что конунг непременно должен быть женат, иначе он будет неугоден Фрейру и Фрейр не пошлет стране мир, благополучие и изобилие. Если на етландский престол восходит неженатый человек, он должен найти себе жену не позже, чем наступят следующие большие жертвоприношения. Поскольку Праздник Дис[38] уже прошел, у Хродгара конунга остается время до Середины Лета. И мы, хевдинги и большие бонды Западного Етланда, просим тебя, королева Избрана, чтобы ты стала женой нашего конунга.

Избрана в удивлении посмотрела на Хродгара, и он кивнул:

— Да, у нас действительно есть такой обычай. Я это имел в виду, когда говорил тебе вчера...

— Ты происходишь, как нам известно, от Перуна, бога вашей земли, — продолжал Торстейн. — Ты дочь и сестра смоленских князей, то есть происхождением ты равна Хродгару конунгу, и никто не посмеет сказать, что это неравный брак. Кроме того, союз будет очень выгоден и вашей, и нашей стране. Вам теперь нужно зерно, нужен скот, нужна рыба — все это мы можем продавать вам, а еще масло, сыры, шерсть и многое другое, что понадобится вам, пока на ваших равнинах вновь не появятся многочисленные стада. Вы же будете взамен давать нам меха и шкуры лесных зверей, лен, мед, и такая торговля пойдет на пользу всем. Мы хотим, чтобы союз был скреплен браком и чтобы наш конунг получил достойную жену. И госпожа угодна Фрейру! — добавил он, намекая на утреннее жертвоприношение. — Пусть завтра твои люди соберутся на тинг и скажут, как им нравится наше предложение.