Зеркало и чаша - Дворецкая Елизавета Алексеевна - Страница 89

Избрана и правда разглядела на одном из самых больших кораблей синий стяг, хотя изображение разобрать было трудно.

— Так, значит, это и есть твой брат?

— Пещерный тролль ему брат! — Хродгар в негодовании сплюнул со стены. — Уж я не знаю, приехал он сюда искать меня или просто пограбить, но здесь мы ему так надерем задницу, что он разом отучится ходить в походы!

— Ты же говорил, что он не любит ходить в походы.

— Он пришел за тобой, Хродгар конунг, не сомневайся! — заверил Хедин, покусывая свою зубочистку. Эту драгоценную вещичку ему подарил сам Хродгар, из своей зимней добычи, и она так понравилась старому варягу, что он почти с ней не расставался. — Ты ведь так прославился этой зимой! Вернее, наделал столько шуму в Восточном море[35] , что о тебе говорили на всех гостиных дворах Бирки, Хедебю, Рибе, Волина, Готланда, а может, и Дорестада тоже. Наверняка за зиму твой братец узнал, где тебя искать.

— Он найдет свою смерть! — прорычал Хродгар и обернулся: — Гудлейк! Где мой стяг, я еще когда за ним послал! Мне что, ждать его до Затмения Богов?

Десяток кораблей уже встал к причалу под самой стеной, сверху их было видно как на ладони. Избрана, выглядывая между щитами, легко могла бы пересчитать все скамьи и все весла, если бы их не заслоняли вооруженные люди — все в стегачах, многие в кольчугах, в шлемах с полумасками, с разноцветными щитами, с мечами, секирами и копьями. Дружины выпрыгивали на причал и строились, другие корабли шли дальше к посаду.

— Флоси, неужели это ты? — закричал Хродгар, и все внизу подняли головы, услышав слова на родном северном языке. — Наконец-то и ты проявил родственную любовь! Это так любезно с твоей стороны — навестить меня здесь! Тем более я ведь знаю, как ты не любишь покидать дом и мерзнуть на морях, вместо того чтобы греться в теплом свином навозе!

Хирдманы Хродгара и Хедина дружно захохотали, услышав эту приветственную речь. Из толпы на причале вышел человек — не толстый, но широкий и плотный, в золоченом шлеме, из-под которого виднелась рыжая борода, с мечом у пояса. Он был по виду постарше Хродгара и совсем на него не похож.

— Неужели ты и правда здесь, Хродгар ярл! — ответил он. Телохранители держали наготове щиты, чтобы прикрыть его от стрел и копий, но, пока идут переговоры, оружия никто поднимать был не должен. — Слухи меня не обманули, я этому рад. Было бы обидно понапрасну покинуть дом в такую пору, когда столько дел по хозяйству.

— Конечно! — радостно отозвался Хродгар. — Стричь кур, случать морковь и капусту, принимать роды у селедки... что там еще бывает?

— Ты никогда не разбирался в хозяйстве! — Флоси сумел остаться серьезным, хотя даже его собственные люди не удержались от смеха. — Тебе никогда не было дела до твоей земли, тебя всегда заботила только твоя слава. Так забери ее себе и оставь в покое Западный Етланд. Я, собственно, приехал, чтобы предложить тебе это.

— А разве я беспокою Западный Етланд? Нет еще, не этой весной, во всяком случае. Я порядочный человек и дам вам спокойно вспахать шерсть и посеять сыр. Приеду, пожалуй, поближе к сбору урожая, а пока будьте спокойны.

— Ты беспокоишь Западный Етланд самим своим существованием. Мы не глупцы и понимаем, что рано или поздно ты придешь бороться за власть и за престол нашего отца, который тинг отдал мне. Но я не хочу раздора и беззакония. Я приехал, чтобы предложить тебе кое-кто. Ты слушаешь меня?

— Конечно. Хотя вообще-то рабы не имеют права голоса на тинге и даже в свидетели не годятся, но ты ведь, говорят, немножко мой родич, хотя по тебе этого не видно... Короче, что ты там хотел мне предложить?

— Я хотел тебе предложить вот что, — Флоси проглотил оскорбления, хотя даже под шлемом было видно, что он покраснел от досады. — Ты вернешь нам чашу Фрейра, которую противозаконно похитил из святилища. А я за это прощу тебе похищение и не буду причинять вреда тебе, твоим людям и этой земле, на которой ты обосновался. Я даже готов предложить тебе некоторый выкуп за нашу святыню. И если ты дашь клятву больше никогда не беспокоить Западный Етланд и не претендовать на престол, я пообещаю не умышлять на твою жизнь и предоставлю право искать добычи и славы где тебе будет угодно, кроме Западного Етланда.

— Нечего сказать, выгодные условия! Запомни, ты, рабский выродок! — уже не притворяясь вежливым, в гневе закричал Хродгар. — Власть над Западным Етландом принадлежит мне! Я — единственный законный сын Рагнемунда конунга и единственный его законный наследник! Чаша Фрейра — по праву моя, и престол Западного Етланда — по праву мой. И он будет моим! Сейчас, или через год, или даже через три — я буду править Западным Етландом, и ты, Флоси, имей это в виду! На престоле Западного Етланда ты не навсегда, и он будет колоть тебя в задницу, сколько бы ты на нем ни просидел! О, я вижу, колет! — воскликнул Хродгар, видя, как Флоси передернул плечами от досады.

— Ты зря так горячишься, — поморщившись, ответил его брат. — Я не так глуп, как ты думаешь, и хорошо подготовился к этому походу. Я знаю, что эта земля перенесла страшный голод и совсем обезлюдела. Я знаю, что твоя собственная дружина насчитывает не больше двух сотен. А у меня более тысячи человек. Ты сам видишь, сколько кораблей я привел! — Флоси взмахнул рукой, показывая длинный причал, весь заполненный мачтами. — Со мной пришли все знатнейшие люди Западного Етланда. Посмотри, разве ты не узнаешь их?

Пока они разговаривали, многие вожди, спустившись со своих кораблей, приблизились и теперь стояли вокруг Флоси — каждый под своим стягом, со своими оруженосцами, телохранителями и родичами.

— Посмотри на них, если за морями ты не забыл знатных людей своей земли! — продолжал Флоси. — Вот стоит Рауд Козья Шкура, у него два корабля и почти восемь десятков людей на них. Вот Эйвинд Седой, Торстейн Стрелок, вот Халльдор Охотник, Гудмунд Длинный, вот Арнор и Асбьерн, сыновья Орма Могучего из Хаукдаля, и Хаукдаль прислал с ними дружину из двухсот человек! Вот Свейн Чародей, вон там Кольбьерн и Финн с Лесного острова, вон Торкель Гордый, а вон тот самый дальний корабль принадлежит Транду Желтая Пустошь. Вон там Бьерн Буян, с ним на корабле еще дружина Кетиля из Лонгенэса. Видишь, сколько людей! И все они поддерживают меня!