Краткий очерк истории и описание Нижнего Новгорода - Храмцовский Николай Иванович - Страница 105

7) Купец, построивший балаган или иное строение на свой счет, не может уступить его другому или продать строительные материалы, на него употребленные, ибо всякое строение, на ярмарочной земле находящееся, подлежит ярмарочным правилам и, коль скоро построивший оное перестает им пользоваться, то оно поступает в казну; не дозволяется по окончании ярмарки увозить с ярмарочной земли никаких строительных материалов, оные имеют быть описаны, а для складки их отведены будут от ярмарочной конторы места, на коих они должны храниться.

8) Прежде занятия лавки каждый купец должен объявить, какой именно товар составляет его главный торг, дабы ярмарочная контора могла поместить его сообразно сему объявлению в приличное место; сделавший ложное объявление удаляется от ярмарочного торга.

9) В рядах, где с обеих сторон корпусов торгуют одинаковыми товарами, лавки преимущественно отдаются сквозными и ни под каким видом не дозволяется занять двух лицевых нумеров рядом без задних, особенно же в Модной линии.

10) Во временных помещениях каждый должен занять то число сажен, за которые он заплатил деньги, и всякий балаган должен быть узаконенной меры, не дозволяется занимать полуторных нумеров, а если по количеству товара одного нумера торговцу недостаточно, то он должен занять два или более нумеров, с тем однако же, чтобы сие не стесняло торгующих с ним в одном ряду и по взаимному согласию, или может взять оставшиеся порожние нумера и соединить их в один в конце линии; за всю излишне занятую самоправно землю взысканы будут деньги вдвое.

11) Строжайше запрещается выбрасывать всякую нечистоту перед лавками, занимать галерею товаром своим или отдавать углы и простенки другим торговцам, за таковую отдачу с виновным поступлено будет, как сказано во 2 пункте.

12) Каждый торговец или его приказчик по приезду на ярмарку обязаны прежде всего явиться в ярмарочную контору и предъявить билет свой, ежели таковой он имеет, буде же оный еще не выдан или остался у хозяина, то контора в первом случае выдает немедленно билет, а во втором — ярлык на занятие лавки до приезда самого хозяина или доверителя с подлинным билетом. Не предъявивший для подписания билета или не получивший ярлыка не должен ни под каким видом занимать лавки без ведома конторы, хотя бы за оную и были внесены деньги.

13) Буде торговец пожелает оставить в лавке своей до следующей ярмарки какие-либо вещи ему принадлежащие, то должен оные сдать по описи надзирателю своего квартала; несоблюдший сего порядка не имеет права по приезде своем требовать, чтобы вещи его были в сохранности.

14) Когда на ярмарке в какой-либо линии гостиного двора все нумера лавок будут проданы, а между тем к занятию в этой линии лавок будут еще желающие, то им дозволяется со дня окончания ярмарки подавать объявление о сем, представляя причитающиеся деньги на предмет освобождения какого-либо нумера на следующую ярмарку, но с тем, чтобы эти объявления были ежегодно возобновляемы, если желание торговца занять лавку, какая окажется в той линии свободной, продолжается. Не возобновивших до истечения годового срока сего рода объявлений торговцев ярмарочная контора признает не желающими занять лавки в следующую ярмарку и представленные ими деньги возвращает по принадлежности.

15) В деревянных помещениях не дозволяется иметь огня ни в какое время; в палатках же каменного гостиного двора дозволяется иметь зажженные свечи и лампы до пробития на ярмарке зари, т. е. до 11 часов вечера. Трубки, сигары, папиросы и прочее в каменных и деревянных гостиных дворах запрещается курить во всякое время; запрещается в лавках и палатках греть самовары[560].

За наем каменных лавок взимается определенная плата за каждый номер, за временные помещения — посаженно, по установленной таксе. С переводом ярмарки в Нижний Новгород такса изменялась несколько раз. До 1819 года цена на помещение существовала сообразно цене Макарьевской ярмарки, в этом году новой таксой она была возвышена почти втрое[561], что отяготило торгующих; они после ярмарки 1822 года вошли к нижегородскому гражданскому губернатору А. С. Крюкову с прошением, в котором объяснили, что для них слишком стеснительна такса 1819 года, почему и просили, чтоб губернатор ходатайствовал у высшего начальства о понижении цен на помещения. Губернатор исполнил желание торговцев и, вследствие его представления, по высочайшему повелению 27 июня 1824 года цены на помещение понижены на третью часть. Потом такса была еще изменена в 1832 году, и наконец составлена новая в 1853 году[562].

В каменных рядах ныне платится за каждую лавку от 26 до 350 рублей, за временные помещения посаженная плата также взимается различная. Кроме того, как за каменные, так и за прочие помещения взимается еще по 40 % с полавочного сбора, из числа которых определяется 20 % на ремонт ярмарочных строений, 15 % на содержание ярмарочной конторы, казачьего отряда, воинской, пожарной и вольнонаемной команды и расходы по ярмарочному помещению, и, как сказано выше, 5 % в доход города.

Движение на ярмарке начинается тотчас по открытии моста, который с приличной процессией освящается духовенством Происхожденского собора в присутствии ярмарочного начальства постоянно 25 июня; с этого времени появляются приказчики, подрядчики и рабочие и мало-помалу начинается поправка постоянных и постройка временных помещений. В последних числах июня приходят караваны с сибирским железом, за ними гребные суда из Астрахани с астраханской рыбой; в это же время приплывают по Оке полубарки с орловскими жерновами, и приходят первые пароходы с товарами и пассажирами с низовья Волги и из Камы. В начале июля с верховья Волги приплывают, а снизу приходят расшивы и другие суда, а по Оке сплывают гусянки с товарами разного рода; в то же время появляются и обозы, сначала с Коренной и Корсунской ярмарок, а потом из Москвы, Казани и других мест.

Журналом комитета ярмарочного гостиного двора в 23 день июля 1821 года постановлено: открывать ярмарку непременно 15 июля. В этот день в Происхожденском соборе большей частью литургию совершает епископ Нижегородский и Арзамасский, а потом в сопровождении духовенства с иконами и хоругвями отправляется к флаговым башням; там в присутствии начальника губернии, директора ярмарки и прочих значительных лиц города совершается молебствие, флаги окропляются святой водой и поднимаются; тем официально начинается ярмарка. Но тогда в ней бывает еще пусто; в лавках или отделывают, или много что разбирают товары; только в фарфоровых и мебельных рядах в этот день открывается настоящая торговля, потому что в начале ярмарки на фарфор и мебель бывает значительное требование для ярмарочных трактиров и харчевен.

Так проходит несколько дней после открытия, и ярмарка день ото дня оживляется более и более; к 1 августа она развивается совершенно: везде появляется народ — и на мосту, и в гостином дворе, и на Сибирской пристани, также в галерее Главного дома, в гостиницах, театрах и комедиантских балаганах; но это развитие ярмарки только наружное; настоящее бывает, когда кяхтинские торговцы продадут чай.

Августа 25 бывает опять духовная процессия к флаговым башням, где совершается благодарственное молебствие за благополучное окончание ярмарки, провозглашается многолетие государю императору и всей августейшей фамилии его, и опускаются флаги в знак закрытия ярмарки; но торговля продолжается почти всегда до сентября, а иногда и далее, смотря как оканчиваются расчеты между продавцами и покупателями. Из всех торговцев винные дольше прочих остаются на ярмарке, потому что закупка вина делается всегда в конце ярмарки; затем следует отправка товара и расчеты, так что все это продолжается до 8 и 10 числа сентября.

Съезд купечества на ярмарку бывает со всех концов России, но главный двигатель торговли есть купечество московское. Кроме того на ярмарку приезжают значительные торговцы из нежинских греков, астраханских и нахичеванских армян и бродских евреев и другие иностранцы различных наций, более из Азии, как то: бухарцы, кокандцы, хивинцы, ташкентцы и персияне. Кроме этих торговцев считаются также в числе самых значительных покупателей ходебщики, известные в просторечии под названием офеней; они покупают ежегодно различного товара на значительные суммы и развозят его в течении года по России и даже по Сибири.