Оплачена (ЛП) - Райли Алекса - Страница 7

по нему несколько раз.

— Возьми в рот мой член, — говорю, жестче, чем хотел. Я злюсь и не знаю, как это

остановить.

— Давай посмотрим, как хорошо ты сосешь.

Она отошла от оргазма быстрее, чем я думал, и уже опускается на колени, обеими руками

схватив мой ствол.

— Ты получишь вознаграждение за то, что такая инициативная. Хорошая девочка, Кеннеди.

Ее рот на моем члене, и она вот-вот поглотит больше, чем я себе представлял. Моя

голова наклоняется назад и я стону, когда теплое влажное тепло ее рта поглощает меня.

— Проклятье, милая. Будь осторожна, или ты вылижешь меня досуха, и ничего не

останется для твоей киски.

Она скулит, и я сжимаю ее волосы, отталкивая от моего члена.

— Не волнуйся, я оставлю немного.

Она отстраняется, облизывает мой ствол и мои яйца. Она проводит языком и

смотрит на меня одновременно.

— Блядь, — фыркаю я, собираясь кончить.

Увидев ее на коленях с ее огромной трясущейся грудью и ее мокрой киской, я

кончаю. Толстые струи спермы стекают по моему стояку, и она облизывает их, шевеля

губами. Она сосет, и я чувствую, как сперма из моего члена попадает ей в рот.

Я сжимаю ее волосы крепче и наконец-то чувствую какое-то облегчение после

того, как всю ночь дрочил. Ее рот волшебный.

— Хорошая девочка, — выдыхаю я, когда она дарит кончику моего члена один

маленький поцелуй, прежде чем улыбнуться мне.

Я наклоняюсь и целую ее. Поцелуй становится мягче и слаще, чем все до этого.

Поцелуй влюбленных, а не тех, где один платит за это. На мгновение я почти забыл, зачем

она пришла в мой офис, и притворяюсь, что она моя жена. Она пришла, чтобы

позавтракать со мной, и наши утренние прикосновения превратились в это.

Образ Кеннеди в белом и с моей фамилией мелькает в моей голове.

Глава 6

Кеннеди

Я стою посреди спальни Мейсона в окружении стольких коробок и сумок, что я

даже не знаю с чего начать. Это немного подавляет. Комната выглядит так, как будто

здесь взорвался розничный магазин. Здесь полный беспорядок, эта спальня в два раза

больше моей старой квартиры.

Мы обошли так много магазинов сегодня, что все они начали сливаться. Названия

некоторые из них я не могу даже произнести, а некоторые заставили меня чувствовать

себя совершенно не в своей тарелке. Я получала странные взгляды от продавщиц, пока

они не видели Мейсона. Тогда их глаза загорались, будто они только что выиграли в

лотерею. Вероятно, дело в проценте от продаж. В некоторых из магазинов не было даже

ценников.

Все время, пока я примеряла один наряд за другим, Мейсон стоял и смотрел. Сначала я

думала, что это было мило, его глаза не покидают меня. Тогда я начала задаваться

вопросом, было ли это похоже на то, как он ведет себя со своими любовницами. Он

сосредоточил свое сумасшедшее внимание на меня, и я была уверена, что каждой

женщине, которая чувствовала такое раньше, это нравилось, как и мне. Он сказал, что он

не был ни с кем. Может быть, я была не более, чем что-то веселое и новое, и он в скором

времени расстанется со мной. Когда новинка надоест, что со мной будет?

Определенно, я останусь без жилья, но, возможно, я смогу продолжать платить по

счетам. Я знаю, что должна попробовать. Может быть, я должна погуглить, как быть

любовницей или что-то вроде этого. Или я не должна быть соблазнительной? Потому что

я определенно не такая. Я понятия не имею, что делать, когда он прикасается мне. К

счастью, он всегда говорит мне.

Самое ужасное, что я отвечаю на это. Мне это безумно нравится, хотя не должно —

я его игрушка. Он нанял меня, чтобы быть его шлюхой, но почему-то мое тело это не

волнует. На самом деле, это только делает меня сильнее. Мысль, что он платит мне и

может делать все, что угодно со мной заставляет, мое тело пульсировать. Что-то не так со

мной. Это не должно было возбуждать меня. Он заставил меня сосать его член, и я

слишком охотно согласилась. Не потому что мне заплатили, а потому, что я хотела. Я

хотела угодить ему, прикоснуться к нему. Я хотела, чтобы он прикасался ко мне. Я хотела, чтобы он оживил мое тело снова. Потому что такое происходит только, когда он

прикасается ко мне. В эти несколько минут существовали только мы. Мы получали

удовольствие, и весь остальной мир испарился. Все мои заботы и страхи уходят в сторону, и я растворяюсь в нем.

Пока реальность не возвращается снова. Как происходит сейчас. Я одна стою в

спальне. Он вышел и оставил меня стоять здесь, где, он сказал мне, я останусь. Не в

другой квартире или даже в другой комнате. Я буду каждую ночь в его постели. Он дал

мне это ясно понять. На самом деле, он сказал, когда он возвращается домой, чтобы я

была голой в его постели.

Он не сказал мне, что собирается делать. Все, что я знаю, ему позвонили, и он

ушел. Звонок от женщины, если я правильно поняла. Я ненавижу свою реакцию на это.

Ревность практически неуправляема. Это не мое дело. Прошлой ночью, когда я лежала в

постели и думала, во что я ввязалась, я сказала себе, что я должна была уйти, когда

узнала, что включает в себя должность помощника Мейсона на самом деле. Что это

включало больше, чем отвечать на телефонные звонки и выполнять указания. Я знаю, я не

должна привязываться к нему. Эта работа поможет мне держаться подальше от улиц и

дерьмовой квартиры, где я боюсь спать большинство ночей. У меня не будет страха за

моего дедушку в доме престарелых, я буду в состоянии оплачивать счета.

Дело в том, что мой разум и сердце не слушают друг друга. Что-то в Мейсоне

привлекает меня. Как он смотрит на меня. Кстати, он, кажется, не может насытиться мной.

Но потом он меняется, как будто кто-то щелкнул выключателем. Он может так быстро

меня уволить, и это тревожит. Почти так, как он злится на меня за то, что сам же сказал

мне сделать.

Но что я знаю об отношениях? Примерно в то время, когда мальчики начали

появляться на моем горизонте, мой дедушка заболел. Он заботился обо мне всю мою

жизнь, и я собираюсь убедиться, что я позаботилась о нем. Если я не была в школе, я была

с ним или пыталась убедиться, что наши жизни не разваливаются.

Я облажалась. Я не хотела устраивать его в дом престарелых, даже если это

хорошее место. Мое сердце болит, когда я думаю об этом. Посмотрев на часы на

тумбочке, я вижу, что всего лишь шесть часов, и знаю, что есть только одна вещь, которая

заставит меня чувствовать себя лучше прямо сейчас.

Я хватаю сотовый телефон, который Мейсон дал мне, и мой старый потертый

рюкзак и иду через безупречный дом. Весь дом украшен произведениями искусства на

стенах, и мебель, похоже, никогда не используется. Это дом, но здесь не уютно. Это почти

музей, где все организованно. Похоже на то, что делают риелторы, когда пытаются