Записки из чемодана
Тайные дневники первого председателя КГБ, найденные через 25 лет после его - Серов Иван Александрович - Страница 181

Глава 14. Кризис на Ближнем Востоке в 1958 г. Курдская эмиграция в СССР. Представители КГБ в Китае договариваются с Мао-Цзедуном о начале им обстрела островов Чан-Кай-Ши и близ Тайваня, подготовка десанта, чтобы предотвратить свержение нужных СССР режимов в Сирии и Ираке после прихода Кассе к власти.

Глава 15. Во главе военной разведки. Переход из КГБ в 1958 г. Интриги Шелепина и Миронова. Берлинская проблема для советской дипломатии. Дело Р. Вернстрома. Хрущев принимает решение о постройке стены в 1959 г. под прикрытием предложения о «вольном городе». ГРУ выступает против советского десанта на Аляске.

Глава 16. Военная разведка и Карибский кризис. Г Большаков — эмиссар Хрущева в секретных переговорах с Д. Ф. Кеннеди. Отрицательный прогноз военной разведки размещения на Кубе ядерных ракет. Начало конфликта Серова с Хрущевым и министром обороны Р. Малиновским, который отправил на Кубу ракеты без боеголовок. Интриги Семичастного и Шелепина.

Глава 17. Дело Пеньковского. Мифы и реальность. Пеньковский — агент КГБ. Роль Лубянки в инициировании выхода Пеньковского на американских туристов в Москве и на Г. Винна. Стремление Шелепина поставить Семичастного во главе Министерства обороны и на ГРУ.

Глава 18. Предательство Хрущева. Отставка и ссылка. Интриги в Комитете партконтроля. Фальсификация материалов и обстоятельств политических репрессий и депортаций. Шок в Президиуме от записки Серова в 1965 г., предложение Брежнева оставить в покое. Встречи с Андроповым.

Глава 19. Заключение. Под колпаком КГБ. В последние годы жизни. Просьбы Жукова и других военачальников о реабилитации Серова.

Александр Хинштейн. Другая жизнь Олега Пеньковского[764]

У этого человека было три жизни.

Первая — боевого офицера, фронтовика, орденоносца.

Вторая — предателя, изменника, пьяницы-разложенца.

Третья — спасителя человечества от ядерной войны.

Но ни одна из этих жизней не является подлинной.

Никому неведомые прежде сенсационные документы, сохранившиеся в архиве бывшего председателя КГБ и начальника ГРУ генерала Серова, заставляют взглянуть на самый масштабный шпионский скандал XX века абсолютно по-новому.

Полковника ГРУ Олега Пеньковского называют крупнейшим агентом Запада за всю советскую историю.

О похождениях Пеньковского написаны сотни исследований.

Его имя давно уже стало нарицательным.

Если верить заграничным источникам, за два года предательства Пеньковский передал Западу бессчетное множество совсекретных документов и сведений, включая технические описания советских баллистических ракет. Именно ему, уверяют историки, было суждено исполнить главную роль в Карибском кризисе и тем предотвратить Третью мировую.

Но дело Пеньковского — это не только самое крупное дело эпохи «холодной войны». Это еще и самое запутанное, самое таинственное дело в истории разведки.

Хотя с тех событий и прошло уже более сорока лет, оно так и не перешло в разряд хрестоматийных. Слишком много загадок и странностей, наверченных вокруг дела Пеньковского, остается по сей день без ответа. Даже после того как все участвовавшие в этом поединке разведки (ЦРУ, МИ-6, КГБ-ФСБ) приоткрыли свои архивы, число этих тайн не стало меньше. Напротив, их еще только прибавилось.

Я перечислю странности в деле Пеньковского чуть позже, попытавшись хоть немного приблизиться к их разгадке. Но главную тайну — назову сразу.

На кого в действительности работал полковник военной разведки? На англичан с американцами? На ГРУ? Или все-таки на КГБ?

…Еще со времен Древнего Рима существует в юриспруденции классическая формула: «CUI PRODEST?» — «Кому выгодно?»

Сиречь кому выгодно преступление, тот и является первейшим подозреваемым.

Так вот. Предательство Пеньковского было выгодно… Нет-нет, вовсе не Западу. Как раз наоборот. Оно было выгодно… Советскому Союзу. А заодно — горстке тогдашних обитателей Кремля — лихой комсомольской ватаге, которая через пару лет скинет с Олимпа кукурузника Хрущева.

В этом без труда можно убедиться, полистав даже те заграничные фолианты, где Пеньковского именуют спасителем человечества. Просто, складывая отдельные слюдяные кусочки в мозаику, авторы таких фолиантов не желают отчего-то рассмотреть получающееся изображение.

Метаморфоза известная: попробуйте встать в музее напротив какого-нибудь полотна и разглядеть его в упор. Ни черта не разберете. А вот если отойти на пару шагов…

Точно, как у Есенина:

…Так вот, если отойти на пару шагов и посмотреть — а чем, собственно, закончилось дело Пеньковского; что вышло в сухом остатке — получится преинтереснейшая картина:

Третьей мировой войны не произошло.

Штаты громогласно объявили, что не будут впредь нападать на Кубу — первый советский форпост в Америке, и слово свое, кстати, сдержали.

Вывели из Турции свои ракеты.

А теперь — перечислим советские потери:

СССР демонтировал ракетные установки на Кубе, которые толком даже не успели развернуть.

Президиум ЦК под надуманным мифическим предлогом (о чем позже) снял с должности начальника ГРУ Ивана Серова — последний надежный форпост Хрущева.

Из-за кордона были отозваны три сотни разведчиков, которых мог сдать (или сдал) Пеньковский, — правда, при этом ни один агент ГРУ или КГБ не пострадал, ни одного провала не случилось, хотя главная задача любой разведки и заключается в том, чтобы выявить агентуру противника.

Ну и где же спасенная планета?

Где гигантский ущерб для безопасности страны?

А ведь я еще ни слова не сказал о том, что янки, стараниями Пеньковского, свято уверились, будто Советы уступают им в гонке вооружений, и, убаюканные чувством превосходства, успокоились, расслабились. А тем временем, под шумок, советский ВПК семимильными шагами наверстывал упущенное и обогнал-таки Америку.

Такой вот бином Ньютона. Или, скорее, теорема Ферма. Ее ведь тоже, несмотря на внешнюю простоту, не могут разгадать уже который век.

В отечественной и западной литературе история Пеньковского излагается по-разному.

Если бы оценки эти разнились сугубо идеологически — ничего странного бы тут не было. В разведке, как и футболе, все зависит от того, на какой стороне поля ты играешь: что для русского — хорошо, для немца — карачун, и отличие шпиона от разведчика кроется только в этом.

Но в том-то и закавыка, что вовсе не оценкой его похождений, не идеологическим гарниром и приправами отличаются эти транскрипции. Саму суть дела Пеньковского Восток и Запад преподносят диаметрально противоположно.

Смотрите сами, что получается.

Жил да был военный разведчик Пеньковский. В прошлом — лихой офицер-фронтовик, заслуживший за войну 5 боевых орденов (всеми своими наградами он обязан близостью к начальству), успешно окончивший Военно-дипломатическую академию (куда его пристроили на пару тесть-генерал и будущий маршал артиллерии Варенцов, у которого служил он в войну поручением), Пеньковский тем не менее был незаслуженно обделен вниманием (ввиду своего звериною карьеризма и интриганства).

После первой же командировки в Турцию, где не сошелся он с твердолобым начальством (резидент обвинял его в бездарности, а тот в ответ слал на него телеги), его уволили, но вскоре по протекции маршала Варенцова — главного артиллериста страны — приняли обратно и отправили на унизительное (непыльное и престижное) место — в Госкомитет по науке и технике, под чьей «крышей» он принялся разъезжать по миру и воровать разнообразные технические секреты…

Но личные блага и карьера волновали Пеньковского меньше всего (см. выше). Видя волюнтаризм Хрущева, его безумные попытки развязать Третью мировую войну, наблюдая воочию разложение советской верхушки, Пеньковский решает пожертвовать собой во имя спасения человечества. И он добровольно, или, как говорят в разведке, инициативно, выходит на американцев и англичан и предлагает им свои услуги (ибо чувствует себя незаслуженно обделенным и жаждет отмщения. Кроме того, контрразведка докапывается, что отец Пеньковского, которого писал он везде покойным, был белогвардейским поручиком, зарубленным лихой буденовской саблей).