Украденная субмарина. К-129 - Вознесенский Михаил Борисович - Страница 40

НЕ МНОГО НАЧАЛЬСТВА НАД ХОЛОДНОЙ ВОДОЙ? — М-200 «МЕСТЬ»

Дизельная подводная лодка М-200 «Месть» XV серии из состава 157-й отдельной бригады подводных лодок Балтийского флота погибла 21 ноября 1956 г. в Суурупском проливе Балтийского моря в результате столкновения с эскадренным миноносцем «Статный». М-200 совершала переход из Палдиски в Таллин для замера магнитного поля и обратно. Всего 50 миль в оба конца. Накануне на лодке сменился командир. Новый, капитан 3-го ранга Шуманин, который служил ранее на подводных лодках серий «Щ» и «С», не имел опыта управления «малютками». Обеспечивающим офицером на борту был начальник штаба бригады капитан 2-го ранга Штыков. По завершении замеров в 19.00 21 ноября М-200 вышла обратно в Палдиски. В 19.45 вахтенный сигнальщик обнаружил огни корабля на дистанции 40 кабельтовых.

Находившийся на мостике Штыков, определив в корабле эсминец, рекомендовал Шуманину быть внимательнее и спустился вниз к вечернему чаю. Несмотря на то, что «Статный» трижды отклонялся вправо, Шуманин, потеряв ориентацию относительно маневра эсминца, приказал повернуть влево. В 19.53 «Статный» врезался в правый борт субмарины в районе V–VI отсеков.

Подводная лодка стала быстро оседать кормой. За 10 минут дифферент достиг 80 градусов, и «малютка» стремительно затонула на глубине 53 метра. На поверхности остались 8 моряков, двое из которых вскоре утонули. На дне вместе с лодкой остались 26 человек в I, III и IV отсеках.

В 20.00 по Таллинской военно-морской базе была объявлена «Боевая тревога», и к месту аварии начали выходить корабли Восточно-Балтийской флотилии. В 21.05 был обнаружен аварийный буй. Была установлена связь с первым отсеком. К этому времени все моряки, находившиеся в III и IV отсеках, уже погибли. 22 ноября в район катастрофы вышли 16 спасательных судов вместе с двумя плавучими кранами. Первоначальный замысел завести под корпус лодки стропы для буксировки на мелководье с целью вывода экипажа на поверхность осуществить не удалось. По телефону аварийного буя подводники сообщили, что они одели спасательное снаряжение и подготовили отсек для самостоятельного выхода на поверхность.

Однако, вместо того, чтобы дать «добро», собравшиеся начальники всех рангов, включая прибывшего главкома ВМФ — принялись обсуждать ситуацию. Горшков решил поднять М-200 с помощью 250-тонного крана, киллекторного и спасательного судов. Начало подъема назначили на 18.00, однако из-за ухудшения погоды спасательные суда сдрейфовали, и телефонный кабель аварийного буя был оборван. Связь с лодкой прекратилась. В итоге решение о выводе личного состава было принято почти спустя сутки с момента затопления субмарины. Возобновили спасательные работы только утром 23 ноября. На грунт спустили водолазов. При осмотре корпуса лодки они обнаружили в открытом верхнем люке первого отсека тело подводника, включенного в индивидуальный дыхательный аппарат. Стало ясно, что спасать уже некого…

После обрыва связи в отсеке поняли, что надеяться больше не на кого, и решили действовать самостоятельно. Однако после долгого нахождения в холодной воде, в угарной атмосфере отсека моряки лишились сил, и мичман Виктор Васильев умер в люке от сердечной недостаточности, закрыв остальным путь к спасению. Погибло 28 подводников.

Шуманина, ходившего на «щуках» и «сталинцах», трудно назвать неопытным судоводителем. Но события развивались стремительно, а маневренные качества слабосильной «малютки» новоиспеченный командир не освоил. Со времени обнаружения встречного корабля до столкновения прошло всего 8 минут! Это говорит о том, что эсминец летел самым полным ходом 38 узлов. В темное время суток, на подходе к базе, в узкости командир «Статного» был обязан снизить скорость.

От удара «малютку» почти разрубило пополам, а у эсминца лопнул кованый форштевень. Виновны обе стороны, что отражено в приговоре трибунала. Шуманин и командир эсминца «Статный» капитан 3-го ранга Савчук получили по три года лишения свободы.

Отделались офицеры сравнительно легко. История как две капли воды похожа на столкновение С-178 и «Рефрижератора № 13» в проливе Босфор Восточный в 1981 г. Точно также перед заходом в гавань Владивостока командир поднялся после ужина на мостик. Точно так же ему толком не довели обстановку, и вокруг дымили сытые курильщики… Но в благостные застойные годы командир-подводник и рыбацкий капитан получили по 10 лет и отсидели от звонка до звонка.

ИЗНАСИЛОВАННАЯ ПРИРОДА ДИЗЕЛЯ — М-256

26 сентября 1957 г дизельная подводная лодка проекта 615 Балтийского флота производила замеры подводных скоростей на мерной миле в полигоне недалеко от Таллинской военно-морской базы. На лодках пр. 615 устанавливалась двигательная установка принципиально новой, «замысловатой» конструкции — ЕДХПИ (единый двигатель с химическим поглотителем известковым). Два отсека, пятый и шестой, были дизельными, в них располагались три дизеля, работающих по замкнутому циклу. Для окисления топлива и использовался жидкий кислород. Из-за частого возгорания лодки пр. 615 на флоте прозвали «зажигалками». В официальных документах систематические взрывы гремучего газа деликатно именовались «хлопками».

Пожар в кормовых отсеках возник глубине 70 метров. Во время работы дизелей по замкнутому циклу и после их остановки пребывание людей в машинных отсеках без изолирующих дыхательных аппаратов категорически запрещалось. После объявления тревоги из кормовых отсеков докладов больше не поступало. После выяснилось, что рычаг кремальеры переходного люка заклинило телом погибшего моряка. В четвертом и пятом отсеке люди мгновенно отравились окислами азота и угарным газом.

Подводная лодка всплыла в надводное положение и встала на якорь. Шторм достигал 6–7 баллов. Но личный состав вывели на палубу, поскольку электричество погасло, в пятом отсеке бушевал пожар, там же находилась цистерна с жидким кислородом…. Командир БЧ-5 лейтенант Ю.Г. Иванов прошел в кормовую часть надстройки, открыл люк седьмого отсека, надел ИДА и спустился внутрь. Там еще оставались люди.

Взрыв казался неизбежным. Надеясь смягчить его последствия, Иванов распорядился оставить открытыми переборочный люк между шестым и седьмым отсеками, а также газоотводы в седьмом. Но взрыва не произошло: отсеки раньше залило водой именно через открытые газоотводы.

Субмарина продержалась на поверхности 3 часа 48 минут, затем в считанные секунды ушла кормой под воду. Погружение было настолько стремительным, что всю швартовую носовую команду утащило под воду на страховочных концах, которыми моряки привязались к штормовому лееру, чтобы их не смыло волной. Удалось спасти только семерых… Общее число погибших — 35 человек.

Никакой помощи гибнущей лодке не оказали подошедшие эсминец «Спокойный», спасательное судно «Чугуш» и подводная лодка С-354. Взрыва М-256 все ожидали с минуты на минуту.

Для расследования причин гибели лодки была назначена государственная комиссия под председательством генерала армии А.И. Антонова. Причину пожара установить так и не удалось, даже после ее подъема спасательным судном «Коммуна». Приняли за основную универсальную версию — неисправность электрооборудования. Комиссия отметила две ошибки корабельных командиров. Первую допустил механик, который разгерметизировал корабль. Вторая ошибка на совести командира дивизиона — он запретил посадить субмарину на мель, как предлагал инженер-механик Иванов.

Поднятую М-256 превратили в испытательный стенд «единого двигателя». Но пожары и взрывы продолжались, неизбежные подтеки масла из механизмов реагировали с кислородом, вдуваемым в дизельные отсеки… Чтобы окончательно убедиться, что изнасиловать природу дизеля и заставить его «дышать» под водой невозможно, заплачено многими моряцкими жизнями на М-401, М-255, М-257, М-259 и М-352.

ПОЗДНИЙ УЖИН С КОНЬЯКОМ — М-351

Формально эта лодка не погибла, поскольку была поднята и восстановлена. Но экипаж не мог выручить себя сам и вполне мог погибнуть весь при худшем стечении обстоятельств. Это единственный случай в советском флоте, когда глубина возвратила аварийную подлодку и всех до единого моряков. Только один счастливый случай…