Королевство Большой Медведицы. Трудно быть мужчиной, когда душа девичья (СИ) - Дишмак Анна - Страница 20

 Применив всю оставшуюся силу я оделся и поковылял за Ориком и Рэджи. Сегодня солнце было ярким и палящим. Добравшись до таверны «Золотой индюк» я увидел внутри всю команду.

- Рэджи, я не понимаю зачем мы идем за ним? Парен сам впутался, мы его не няньки! – выступал обвинительно Ваннига.

- Мне кто-то объяснит, что происходит? – вся команда с иронией посмотрела на меня.

- С пробуждение! – Мун был краток, но он единственный, кто хоть что-то сказал.

- Ваннига, мы не оставляем своих, ты это знаешь. Не отказывайся, весь план строится на тебе. Только ты можешь договориться со стражой, они твои сородичи. Ты знаешь, как сделать так, чтобы они согласились на сделку. – Рэджи был на пределе, но хорошо контролировал свои эмоции.

- Кристиан в тюрьме? Как он туда попал? – мое неприкрытое удивление было искренним.

- Маг натравил на него ночной патруль, так по крайней мери сообщил мой собрат из патруля. – прокомментировал Мун.

Споры вокруг дела продолжались, я хотел помочь, но любое мое предложение Рэджи рубил на корню. Я знал почему он зол, но ничего не мог изменить.

После последнего моего боя в подполье, я провел месяц в лежачем состоянии. Местный лекарь говорил, что меня чуть предки к себе не забрали, тогда я пообещал, что больше не покажусь на боях. Никогда не понимал, почему Рэджи так важны жизни обычных воров. Он считает обязанным себя за наши жизни, он никогда не рассказывал, что с ним было ранее. Он много говорил о других королевствах и чужих землях, но не о себе. Однажды он поделился, что здесь он обрел дом и друзей. Он приютил Орика, когда тот покинул кимберлитовую трубку, дал Казеуду дом, когда его изгнания из родного Королевства. Каждый в долгу перед ним, но он никогда не напоминал о нем.

- У меня мысль! – прервал я Орика и его план захвата троллей в заложники.

- Коста иди отоспись. – настойчиво проговорил Рэджи.

- Рэджи остынь и дай сказать! Ты ведь еще не сбыл тот артефакт, который мы украли у мага? – задал я важный вопрос.

- Нет. Что ты задумал? – вот теперь заинтересовались все.

- Зачем делать шум, будем действовать по-тихому. – предложил команде.

-Это ведь гениально. С помощью него любой из нас может войти и просто вывести Кристиана, без шума и жертв. – продолжил мою мысль Рэджи.

- Мы просо внушим каждому то, что нужно что бы они видели. – закончил я.

Все согласились, осталась только маленькая загвоздка, никто не знал, как артефакт действует. И не факт, что если он заработает, то маг не обнаружить нас. Ведь любая магия притягивает другую магию. Да было пару недочетов, но идеальных планов не существует.

Все покинули «Золотого индюка» кроме меня. План действий был намечен на закат, тогда меняются стражи. Все просто, вырубим одного и замени другим. Рэджи кое как разбирается в магии, что должно нам помочь. В полную мощь использовать артефакт мы не сможем. Поэтому пойдет Ваннига, другого тролля за своего легче подставить, нежели вампира или человека. Так мы не будем применять визуальное внушение, нужно будет лишь заставить из поверить, что ничего неправильное не происходит и вывести Кристиана.

Оставшись в таверне я решил в деталях выяснить, как Кристиан попал в заточение. Не в одного Муна есть связи в патруле. Рэджи одарил меня неодобрительным взглядом, скорей всего подумал, что я захотел продолжить вчерашний день. А я решил не опровергать его мысли. Мне необходимо время, к закату оно еще есть.

Все собрались в общем доме. Рэджи все еще обходил меня и не говорил без особой потребности. Я в свою очередь не навязывался, больше меня беспокоила судьба Кристина. Не представлю, как у них в Пограничье, но я уже бывал в местных камерах. После них неделю невозможно отмыться от той зловонии, а от еды которой там кормят, даже падальщики отказываются.

17. «Неожиданная «ожиданность»»

В камеру мне просунули металлический кусок, напоминающий тарелку, в ней было нечто, из-за чего мне пришлось закрыть рот рукам и ногой отодвинуть «это», куда подальше. Рвотный рефлекс сработал и меня все-таки стошнило, только непонятно от вида и запаха, того что мне предлагают съесть или все-таки нервы не выдержали!? Я могу предположить, что это может быть местный вид пыток. Сколько раз мне нужно вспомнить этого проклятого мага, что бы ему икалось еще долго и неприятно. Вот не умею я людям плохого желать, но думаю еще пару дней в этой камере и научусь.

Во рту оставался все еще не приятный привкус рвоты. Мысли с бешеной скоростью пытались найти выход из сложившеюся ситуации. От резкого стука дверей я встрепенулась, а мои слуховые рецепторы напряглись. Все что я смогла уловить, это чей-то мужской голос, но разобрать я ничего не смогла. Звук ставал все ближе и разборчивей. Одного я узнала, как местного стражника. Мне наконец удалось расслышать, о чем говорили посетители.

- Смотрите Высший, он не из слабых. Не то, что бы буйный, но ведь сами знаете, в тихом омуте… - вот прелестно и в этом измерений знают эту пословицу. Я надеялась они пройдут мимо. Не хотелось других сюрпризов. Моим желаниям не было дано сбыться. Мерзкий тролль с мужиком в рясе остановились напротив моей камеры. Тем временем тролль звенел своей связкой ключей, я отодвинулась подальше к стене.

В камеру вошел неприлично высокий мужчина в странной бардовой рясе. Стражник отошел и повернулся к нам спиной. Во какой деликатный тролль у меня в стражах. Обратила взгляд к мужчине и удивленно приподняла бровь. Он не был похож не на одно существо, это был просто человек, но его глаза говорили о большем. Его зрачки напоминали кошачьи и в миг снова обычные, человеческие.

- Каждому осужденному полагается простить его согрешения. Я жрец местного храма Высшего бога. Пришел твой час познать. – высоким голосом продолжал жрец. И я поняла, что это мой шанс выполнить второе условие. Но как заставить верить того, кто уже верит, он же служит своему богу значит верит. Палки двух концов мне не суждено было избежать.

Жрец продолжал свой монолог, а я шарила в мозгу, как бы решить эту головоломку.

- А какой этот высший бог, как мне ему служить? – вот на это хватило моего великолепного мозга. Жрец удивленно посмотрел на меня, а глаза показалось блеснули.

- Сын мой, ты первый поинтересовался о своем боге. Все триста лет моего служения никто и никогда не спрашивал что-либо о нем, все только приходили отдавали службу ему и просили за них попросит что-то для себя. – жрец был похож на вдохновленного подростка, а это значит, что мне удалось нащупать правильную ниточку.

- В храмах мы никогда не рисуем его изображения, а в городах нет его статуй, но всем жрецам, как-только они ступают на путь служения показывают истинную сущность бога и никто никогда не говорил, что нельзя о ней рассказывать. Мальчик мой, ты только что заставил снова поверить в людей, последние годы я ходил с пустым сердцем. Остались еще люди в нашем мире, которым не безразлично. – я слушала и слушала, без возможности вставить хотя бы еще слово, но этого и не понадобилось. Сама не знаю, как у меня получилось, выполнить условия бога с помощью одного предложения, как будто сам бог и вложил правильные слова в мои уста.

- Стражник выпустите арестованного и отпустите. У меня есть право раз в году на праздник летнего солнцестояния простить одного заключенного и выпустить его на волю. Это право Высшего жреца. Я хочу им воспользоваться. – торжественно заявил тот, а я пыталась скрыть навалившееся как медведь на меня невероятное облегчение.

- Как скажите жрец. – тролль монотонно подошел и со всей медлительностью открыл замки на наручниках, которые до невозможности натерли мне запястья.

Я не могла поверить в накатившую свободу, как дождик в ясный день. Вдохнув свежий воздух в легкие я почувствовала весь спектр сладкой свободы и непередаваемую радость. Оказавшись на улице с полным выполненным долгом второго условия перед богом.