Стратегия обмана. Трилогия (СИ) - Ванина Антонина - Страница 67

   Сицилиец и швейцарец. Карле оставалось только гадать, что между ними общего. Мотивы Синдоны ясны, но Изаака... Понять его Карле не удавалось ни в чём. И это привлекало и немного раздражало.

   И она решила: почему бы и нет? Он молод, а значит, она будет задавать правила игры и держать ситуацию под контролем. Контроль всегда хорошо, только он её и устраивает. Какую бы игру не предложил Изаак, Карла обязательно навяжет свою, иначе пусть он катится куда подальше.

   С такими мыслями и настроем в один из вечеров Карла пригласила Изаака в свой дом, вроде как по делам банка, вроде как попросила принести из офиса расчёты, чтобы доделать работу на дому. Играть, так играть. И Изаак принял правила, но тут же их изменил.

   - Учти, я не мальчик на одну ночь, - предупредил он. - Или ты будешь моей женщиной и только моей, или никак.

   Карла смотрела на него сквозь любовную лихорадку первого поцелуя и была согласна на всё, что он скажет, только бы поцеловал снова. Никто и никогда не говорил ей ничего подобного. Никто не обращался к ней со столь зрелыми и властными речами. И она ответила:

   - Да...

   Сорвавшись, забыв о принципах и напускном приличии, Карла отдалась ему без ненужных уговоров и условий, как женщина может подарить себя мужчине, просто доверившись ему. И это было великолепно, по-новому, как никогда ранее. Совсем другие ощущения, новые эмоции, не доступные прежде. И море нежности и блаженства, в котором хотелось плыть и плыть, лишь бы не выбираться на берег.

   Вместе они провели все выходные. Это время было похоже на сказку, где сбываются все сокровенные желания, о которых даже и не подозреваешь. Карла чувствовала себя совратительницей и позволяла себя совращать. В темноте зашторенной спальни, с криком впивалась пальцами в хрупкое юношеское тело, обвивая его тело руками и ногами, Карла кожей чувствовала, что рядом с ней совсем другой человек, не тот, которого она видит только глазами.

   - Ты такой искушенный, - едва дыша, говорила она. - Не могу понять тебя. Ты ведь молод...

   - Возможно, - улыбнулся Изаак, проводя пальцами по её шее.

   - Ты ведь годишься мне в сыновья, - с лёгким возмущением в голосе произнесла Карла и тут же осеклась. - Но мне часто кажется, что рядом с тобой это я маленькая глупая девчонка. Это странное чувство, - она в отчаянии мотнула головой, - не могу его понять.

   - Так и не надо, - поцеловав её в плечо, ответил Изаак. - Человеческие взаимоотношения не дебетно-кредитный баланс, не надо их просчитывать до мелочей.

   Карла задумалась над его словами. Обычно именно так она и поступала с остальными... да со всеми друзьями, коллегами, любовниками. Это ведь Нью-Йорк, по-другому здесь не выжить.

   Наступили трудовые будни, но протекали они совсем по-иному. С каждым днём Карла чувствовала, что становится только моложе. Жизнь заиграла новыми красками, ранее невиданными, будто и вовсе началась заново. Конечно, на людях она и Изаак не подавали вида, что между ними пылает огонь страсти. Но его молчаливое внимание, этот взгляд ясных и пронзительных, без всякой детской наивности глаз заставлял её чувствовать себя особенной.

   - Ты профессионал с мужской хваткой, - говорил Изаак Карле в краткие минуты, когда они могли остаться в офисе одни, - и слишком женскими эмоциями.

   - Ты считаешь, в этом мой недостаток? - серьёзно спросила она.

   Он рассмеялся:

   - Я просто рассказал о том, что вижу. С чего вдруг ты решила, что я тебя критикую?

   - А разве нет?

   В словах Карлы был вызов и Изаак это понял. Он взял её руку в свою и целовал кончики пальцев.

   - Только не вздумай приносить женственность на алтарь профессии. Эта жертва будет явно лишней.

   - Может, ещё скажешь поступить наоборот? Уйти из банка и лелеять свою женственность? - Карла начала накручивать себя. - Ну, уж нет, с такими взглядами на жизнь можешь катиться отсюда...

   Изаак с улыбкой умоляюще замахал руками:

   - Постой, ты приписываешь мне мысли какого-то патриархального деспота, которого я даже не знаю.

   - Да неужели?

   Он чуть подался вперёд и внимательно посмотрел Карле в глаза:

   - В чем ты меня подозреваешь?

   - Я? - наигранно вопросила она.

   - Да, ты. Не могу избавиться от ощущения, что ты ждешь от меня удара в спину. Карла, у меня нет обыкновения так поступать с любимой женщиной.

   - А нелюбимой?

   - Эта история не о тебе.

   Эта игра, кто первый не выдержит чужого взгляда, могла продолжаться долго. Но Карла отвернулась первой:

   - Сначала я думала, что ты хочешь подобраться к моим деньгам. Но ведь Синдона даст тебе куда больше. Потом я подумала, что тебе интересно моё положение в банке, но ты и так приближен к Синдоне, дальше уже стремиться некуда. Так в чём причина? Скажи мне.

   - Это ты мне скажи.

   - Что?

   - Почему всё время ищешь подвоха. Почему всё время меня подозреваешь. Разве я дал повод? Хоть раз? Скажи мне Карла, я обидел тебя?

   - Нет.

   - Может я обманул тебя?

   - Пока нет.

   Изаак положил руки ей на плечи и развернул к себе, заставив посмотреть ему в лицо:

   - Тогда и ты не обманывай и не обижай меня.

   Эта его фраза прозвучала необычайно сурово, никогда Изаак так на неё не смотрел. Почему-то до этого момента Карле и в голову не приходило, что она может задеть его чувства. Она была уверена, что их и вовсе не существует. А оказывается...

   - Хорошо, я постараюсь. Иди уже к своему дону Микеле, а то он опять начнёт искать тебя повсюду, ещё приревнует ко мне...

   Изаак рассмеялся:

   - Он уже давно думает, что профессионально я изменяю ему с департаментом экономического управления.

   - И что это значит? - удивилась Карла, вмиг позабыв о личном разговоре. - Он владелец банка и работа департамента осуществляется в его же интересах.

   - Ну, так считаешь ты, а он иного мнения.

   - Не понимаю, - призналась Карла.

   - Девочка моя, - улыбнулся он, - лучше не думай об этом. Понять образ мыслей дона Микеле не под силу никому.

   - Даже тебе? - повеселела она. Почему-то Карле нравилось, когда он называл её девочкой. В такие моменты она даже верила его словам.

   - Особенно мне.

   После долгого поцелуя они неохотно расстались. Карла осталась в своем кабинете, а Изаак неспешно направился в кабинет начальства.

   Синдона стоял у окна своего кабинета и разглядывал с высоты птичьего полета окрестности Манхеттена. Ицхак Сарваш вошел и покорно сел на свое привычное место около рабочего стола. На краю стояла пара бумажных журавликов из оригами, а значит, сегодня дон Микеле был в относительно хорошем настроении. Когда количество журавлей на столе вырастало в целую стаю, это значило только одно - хозяин банка на нервной почве пытается отвлечь себя от скорбных мыслей складыванием птиц из бумаги.

   - Ну, что скажешь? - обратился к консультанту Синдона, подходя к своему креслу, - дела идут как никогда лучше. "Таймс" пишет обо мне восторженные статьи. Общественность называет "Человеком года", а цены на миланской бирже взлетают вверх...

   - Да, и как всё хорошее, оно быстро заканчивается.

   Синдона только махнул рукой:

   - Всегда ты так, любишь омрачать часы триумфа.

   - Дон Микеле, - снисходительно произнёс Сарваш, - вы же опытный человек, значит должны понимать, что прибыль и успех - вещи приходящие и так же быстро уходящие.

   - Я и Роберто Кальви держим миланскую биржу на коротком поводке, - не без удовольствия произнёс Синдона, - всё под контролем и здесь и там.

   - Долго собираетесь раскачивать цены на акции вверх-вниз? - ненавязчиво поинтересовался Сарваш

   - Сколько потребуется. Сейчас за доллар дают 825 лир. И я говорю тебе, это не предел. Бономи предлагает мне продать ей Генеральное общество недвижимости.

   - Так продавайте.