Стратегия обмана. Трилогия (СИ) - Ванина Антонина - Страница 160

   - Известно ли вам что "Теклефину" и "Импрафину" принадлежат акции миланской компании "Супрафин?

   - Да, известно, - с едва заметным раздражением подтвердил Марцинкус.

   - Стало быть "Супрафин" принадлежит ИРД?

   - Чисто технически, да.

   - А практически? - поймал его на слове отец Матео. - Кто распоряжается этой компанией и её действиями?

   - Я не понимаю, к чему эти запутанные вопросы?

   - Подождите, всему своё время. Известна ли вам причина, почему "Супрафин" в последние четыре года исправно приобретает акции миланского Банка Амвросия?

   - Вы ведь, не экономист, отец Матео, вряд ли я смогу объяснить вам все тонкости банковского дела и игры на бирже. Поймите, - снисходительно улыбнулся епископ Ортинский, - нельзя управлять церковными финансами посредством лишь "Аве Мария".

   Как помнил отец Матео, в начале своей банковской карьеры епископ скромно заявлял, что ничего в банковском деле не понимает. Видимо за девять лет он ухитрился постичь все азы и тонкости своего ремесла, раз теперь с умным видом укоряет отца Матео за дилетантизм.

   - Может, тогда соблаговолите объяснить, зачем ИРД через "Супрафин" покупает теряющие в цене акции Банка Амвросия, если сам ИРД напрямую владеет шестнадцатью процентами из них?

   - С чего вы решили, что ИРД чем-то владеет? - недовольно вопросил Марцинкус.

   - С того, что четыре года назад ваш заместитель синьор Меннини признался мне в этом лично. Кстати, как обстоят его дела с правосудием? Я слышал, после краха Синдоны, он находится под следствием.

   Но Марцинкус и не думал реагировать на прозрачный намёк, а предпочел пойти в атаку:

   - Я все ещё не понимаю, к чему вы ведёте. Пожалуйста, не отнимайте моё рабочее время, спрашивайте прямо и без виляний.

   - Хорошо, как вам будет угодно. Поясните мне такую странную вещь, зачем ИРД держать у себя шестнадцать процентов акций, постоянно теряющих в цене и при этом покупать ещё пятнадцать процентов через стороннюю компанию?

   - Я ещё раз вам говорю, это тонкости ведения бизнеса, невозможно так просто объяснить их неподготовленному человеку.

   - Хорошо, - устало вздохнул отец Матео, - тогда я спрошу снова. Вы уверены, что "Супрафин" принадлежит ИРД?

   Марцинкус изумленно заморгал:

   - В каком смысле?

   - В том самом, что ревизионная комиссия Банка Италии уверяет, что "Супрафин" принадлежит вовсе не ИРД, а владельцу Банка Амвросия Роберто Кальви. Знакомы с ним?

   - Разумеется, да. И я не согласен с обвинениями Банка Италии.

   - В какой их части?

   - Во всей, - недовольно кинул епископ Марцинкус. - "Супрафин" принадлежит ИРД, это неоспоримо.

   - Я понимаю, - кивнул отец Матео. - Это ведь очень тонкая игра на бирже. Пока акции Банка Амвросия покупает хоть кто-то, это не даёт цене на них окончательно упасть. А специалисты говорят, что после краха Синдоны, это очень даже возможно. А так "Супрафин" покупает акции Банка Амвросия, не давая тому окончательно растерять капитализацию. Если скупкой занимается ИРД, это выглядит как биржевая спекуляция, а учитывая ваши взаимоотношения с Кальви, это и вовсе похоже на сговор.

   - О чём вы говорите? - возмутился епископ. - Какие ещё взаимоотношения?

   - Те самые, благодаря которым вы вошли в совет директоров багамского филиала Банка Амвросия. Вместе с подследственным Микеле Синдоной и самим Роберто Кальви, как вы помните. Теперь же по вашему распоряжению ИРД поддерживает на плаву миланский банк Кальви.

   - Это решение исходит из соображений экономической целесообразности, а не личных отношений.

   - Возможно. Но Банк Италии спрашивает о другом. Если "Супрафин" принадлежит Роберто Кальви, тогда получается, что с полного ведома ИРД Кальви посредством массовой скупки акций поддерживает рыночную стоимость акций своего же банка, а это абсолютно незаконно.

   - Вы заблуждаетесь, - только и процедил Марцинкус.

   - Возможно. Но кому бы ни принадлежал "Супрафин", в любом случае эта история выглядит некрасиво. А панамская компания "Беллатрикс" тоже принадлежит ИРД?

   Марцинкус выглядел сбитым с толку:

   - Что? Да, но причём здесь она?

   - Наверное, при том, что её акции купил у ИРД Банк Амвросия.

   - Купил. И что в этом такого?

   - А то, что Роберто Кальви заплатил вам цену вполовину выше рыночной, при том, что приобретённый им пакет акций так и остался здесь, в ИРД. Ваше преосвященство, я вынужден заметить, что подобные операция называются не "покупкой-продажей", а банальной взяткой.

   Марцинкус заметно побледнел.

   - Откуда у вас сведения о "Беллатрикс"?

   - От одного осведомленного источника, - без запинки ответил отец Матео. - А теперь последний вопрос. Какие у вас финансовые интересы в Никарагуа?

   - С чего вы взяли, что они там есть?

   - А вы готовы поручиться, что их нет? А как же перевод с вашего ведома документации филиала Банка Амвросия на Багамах, где вы и состоите в совете директоров, в новый филиал банка в Манагуа? Я полагаю, что в такой стране как Никарагуа вопрос открытия нового финансового учреждения решается не без личного соблаговоления единоличного властителя страны Сомосы, который, как известно, очень любит финансовые вознаграждения за свои старания.

   - Это только ваши догадки, - сверля отца Матео недружелюбным взглядом, произнёс Марцинкус.

   - Может быть, - безрадостно произнёс он. - Но, так или иначе, в курии уже у многих возникла масса вопросов к ИРД. Никому здесь не нравится, когда именем Церкви прикрывают неприглядные случаи мошенничества и воровства.

   - Это серьёзные обвинения, отец Матео.

   Марцинкус буквально не шевелился и походил на хищника, что готовится к прыжку.

   - Я знаю, - спокойным голосом произнёс Мурсиа,

   - А ваш осведомленный источник, случайно не тот, что пропал без вести три года назад? Не знаете, нашли ли его, или уже давно прекратили искать?

   Это звучало как явная угроза. Но и слова отца Матео были небезобидными. Другое дело, что никто кроме папы не в силах устроить проверку ИРД, которая бы нашла подтверждение всех слов отца Матео.

   - Итак, - подводя итог беседе, произнёс Мурсиа, - что прикажете ответить Банку Италии?

   - Я отвечу сам, - холодно заверил его Марцинкус.

   - Будьте так любезны. Они очень ждут разъяснений.

   На это отец Матео покинул кабинет епископа и башню Никола V с полным ощущением, что терять ему больше нечего. Если захотят убить как Сарваша, пусть убивают, тогда он, наконец, освободится от оков, что удерживают его в Вечном Городе. Тогда он с чистой совестью выкинет всё былое из сердца и разума и уедет к Маноле.

   Если же Марцинкус на злодеяние не решится, то отец Матео постарается сделать всё, чтобы проверка финансовой отчетности в ИРД, наконец, прошла в полной мере. Все факты, что он бросил в лицо Марцинкусу, исправно исходили от засевшего в Милане Ицхака Сарваша. Что он там делал, Мурсиа представлял смутно. Видимо желание окончательно потопить неподсудного Синдону вынудило его провести хитроумною комбинацию с выведением на чистую воду ближайших деловых партнеров бывшего работодателя - своего нынешнего шефа Роберто Кальви и епископа Марцинкуса, столь нелюбимого самим отцом Матео.

   Шли недели, но ожидаемой мести о стороны епископа Ортинского так и не последовало. А вскоре и вовсе наступил летний сезон отпусков, и епископ уехал отдыхать на Багамы. Как ни уговаривал монсеньор Ройбер, но даже на новой должности отец Матео не согласился покинуть рабочее место:

   - В епархиях проблемы не знают времени для отпусков. Кто-то же должен оперативно просматривать корреспонденцию.

   - Так пусть этим занимаются рядовые служащие конгрегации, - настаивал монсеньор. - Вы же теперь заместитель секретаря, ну дайте же себе право на отдых. Съездите к сестре, в конце концов.