Дельгеран. Око Эльраэдена (СИ) - Грифт Ада - Страница 19

И я замолчала. Как-то очень резко и естественно. Забыв, что я вообще собиралась дальше говорить.

- Мы сделаем всё так, как надо. Ты поняла, почему принц не хочет ничего помнить? Я видел через тебя его воспоминания и чувствовал его эмоции, когда всё закончилось. Он уже много лет вмешивался в жизнь Марка, вроде бы из лучших побуждений, но самому Марку это вмешательство было не нужно, он не честолюбив и был бы совершенно счастлив где-нибудь в тихом провинциальном городке на окраинах империи, в том же Рандене, и теперь принц винит себя в случившемся. Не переживай, подобные приступы у наследника бывают нечасто.

Я слушала очень внимательно. Ситуацию под таким углом я не рассматривала, точнее просто не успеларассмотреть. Но расклад действительно был совершенно логичным.

- Что же нам делать? - не знаю почему спросила, как-то само собой вырвалось. А главное совершенно непонятно, откуда взялось это «нам». Полуэльф улыбнулся, я ощутила исходящую от него волну эмоционального тепла и поддержки:

- Корректировку начнёшь с принца. Не бойся я помогу построить разговор так, что у него просто не останется другого выхода, кроме как согласиться. Заблокируешь ему лишь воспоминания о том кого он нашёл в «доноры» и всё дальнейшее, но нужно сделать так, чтобы сам ритуал, во всяком случае его конец, он помнил. Просто убери всё, что касается Марка.

- Подожди, но ведь тогда когда принц узнает о гибели Марка, а он узнает, то сложить два и два не составит труда.

- Вот поэтому удалять воспоминания ты не будешь, а будешь их блокировать. Как только принц отойдёт от всего, он сам к тебе явится с просьбой всё восстановить. А сейчас это лишь слабость, неужели ты не можешь помочь принцу в её выполнении? - и улыбнулся, не губами - эмоционально, так хитро и лукаво, что у меня поначалу даже слов не нашлось.

- А ребята?

Рааэль удивился. Очень. Будто я спрашиваю у него элементарнейшие вещи. А он в сто двадцатый раз должен объяснять одно и тоже:

- А что ребята? Сделай как хотела. Удали подробности ритуала и поставь ментальный запрет на разглашение.

- Но ведь это же нарушение приказа...

Если бы смех был не ментальным, а реальным, то я бы наверное оглохла. Вот стукнуть бы его чем-нибудь! Но прежде чем я успела хоть как-нибудь реализовать свои мстительные планы полуэльф успокоился, ну относительно, ехидтва в голосе было более чем достаточно?

- А ты у меня вся такая правильная, и правила ну никогда не нарушаешь.

И вот что ему ответить? Я обиженно фыркнула разорвала связь и отвернулась. Я обиделась! Вот. Девушка я или нет? Имею между прочим право.

Серебристый луч легко скользил по мысленити. В шестой раз делать это всё было не интересно и где-то даже скучно. Всё таки конвейерная работа и я вещи не самые совместимые. Последний момент. Ага! И вот тут ещё чуть-чуть. Всё!

Вынырнула из ментала и облегчённо вздохнула. Шер (его воспоминания я корректировала последними), сидящий в кресле напротив меня, ещё не пришёл в себя. Диспозиция же в комнате претерпела существенный изменения. Рааэль стоял облокотившись на стену недалеко от меня. Принц, чья память была заблокирована в нужных местах, спокойненько отдыхал на угловом диване. Марк, точнее Карим (хоть бы не оговориться случайно, где-нибудь в людном месте), поддерживал его компанию, на аналогичном диване, только стоящем на другом конце этого огромного зала. Все же остальные столпились возле выхода. Взгляды их были потрясенными, но обсудить это они - увы не могли. Такова их плата. Моя же... моя плата тоже найдёт меня, даже не сомневаюсь. Платить в этом мире, да и в том, другом, уже не существующем, приходится... приходилось за всё. А уж за возможность выцарапать чью-то душу с порога смерти и подавно, а я, да и Рааэль теперь, после проведения ритуала мы знали совершенно точно - Марк не прожил бы больше периода, это знал и он сам, или скоро узнает.

От мыслей меня отвлёк пронзительный недоумевающий взгляд. Очередной за сегодня. Я выдержала его, как и все предыдущие. Да, вы будете помнить о том, что случилось с Марком, да, я нарушила прямой приказ наследного принца, и да, я ни капельки в этом не раскаиваюсь, это мой выбор и я его сделала. Говорить всё это я не стала, но понять можно было и по взгляду, сейчас я не играла им, как это приходилось часто делать.

Тёмный эльф отвёл взгляд первым. Молча поднялся и направился к своим. Молча обнял Элиру. Молча указал всем своим на дверь. Уходили они тоже ... молча. И только в последний момент, когда Шер уже сам направился к выходу вместе со своей спутницей Элира резко повернулась ко мне и заглянула в глаза.

Неожиданно... но в них была благодарность, а не непонимание и растерянность, как в тот момент, когда она открыла их после того как очнулась:

- Спасибо, - слова прозвучали очень тихо, но при этом и очень-очень искренне.

Один шаг и дверь захлопнулась.

Я осталась наедине с мужем. Ну Артедрион с Марком-Каримом не в счёт.

Рааэль ободряюще мне улыбнулся и направился в мою сторону.

- Ты умница.

Я смерила мужа взглядом и отвернулась. Я вообще обиделась! Никто не забыл? Хотя в молчанку я собиралась играть совсем не потому, что хотела полуэльфа повоспитывать. Я существо рациональное, а мой муж и процесс воспитания - это две прямые которые даже не думали пересекаться, но вот неприятного разговора о Марке моё молчание явно поможет, если не избежать, то хотя бы отложить. Так что как минимум до утра молчим. И на многозначительное насмешливое фырканье и ну-нуканье по ментальном каналу тоже не отвечаем. Закроюего поплотнее и всё. Вот так!

С кресла я поднялась гордо проигнорировав предложенную руку. Полуэльф лишившись возможности ментального общения, фыркнул вслух и даже усмехнулся чему-то. А я? А что я? Я молчу. Гордо и независимо.

Жаль только что спать одной мне этой... ночью (если темно - значит ещё ночь) всё равно не дали. Стоило только улечься в тёплую претёплую кровать, как моё одиночество было нарушено. Горячая рука, скользнула под тёмно-фиолетовый шёлк пижамной кофты и уютно устроилась на моём животе. Через мгновения меня придвинули к себе и устроили на сгибе локтя. Поругаться очень хотелось, но я же с ним не разговариваю, поэтому зло сверкнула глазами и отвернулась, да и спать, если честно, хотелось, оччччееееееееень сильно хотелось.

Маркус дель Йен никогда не считал себя выдающимся магом.

Почему?

Ступень мастерства и степень силы у него были высшего, одиннадцатого разряда. Знания и опыт присутствовали. Боевые навыки тоже. Но сколько бы его ни хвалили и ни превозносили на совещаниях высокого начальства, сам он прекрасно осознавал, что никогда не будет гением. Хорошим, опытным, квалифицированным работником - да, но вот в нестандарной ситуации, когда надо будет действовать не по инструкции, а иногда, напротив, в нарушение всех правил, он просто потеряется и подведёт тех, за кого несёт ответственность.

Маркус прекрасно знал эту слабость, и как всякий достаточно сильный человек, пытался с ней бороться, перечитывал труды стратегов, занимался рассмотрением различных вариантов одних и тех же ситуаций,это приносило свои плоды и часто помогало во время магических столкновений, которые нет - нет да происходили, но вот гением, тем кого в минуты опасности охватывает озарение, кто непонятно откуда выдаёт нереально-простые, но в тоже время гениальные комбинации, а часто ещё и противоречащие всем законам логики, таким человеком он не был. Никогда. И уже не станет. Этому невозможно научиться.

Как невозможно заставить единственную женщину, которую он любил всю жизнь, полюбить... его, а не другого. Даже сейчас.

Десять лет в его сером мире было лишь один лучик света. Адарель. Чужая женщина. Чужая жена. Мать чужой дочери.Она никогда не была его. Но Марк всё равно считал её самой любимой и прекрасной. Даже наслаждаясь её светом издали, он был счастлив.

А потом наступила самая ужасная ночь его жизни. Ночь, когда Эвон дель Гретта-Деэль погиб заслонив своей аурой их всех. Позже, Марк понял, как его можно было спасти. Если бы они в туже секунду объединили силы и отдали их менталисту, Эвон мог бы сейчас быть жив. Тогда... всё было бы по-другому. Марку не пришлось бы наблюдать, как его любимая из святящейся внутренним светом феи превращается в серую тень себя прежней. Как Мари, маленький ангел, в котором он не чаял души, в один миг лишается детства - маги-менталисты перестают быть детьми в момент побуждения своих сил. Как её глаза наполняются серебром, а в душе поселяется боль. Тогда всего бы этого просто не было бы. И Адарель была бы счастлива. Пусть не с ним, пусть он бы видел её счастье хотя бы издалека, а так...