Отважная новая любовь. Сборник (ЛП) - Ширли Джон - Страница 74

— Эй, куда ты пошел? — спросил меня Джамбо, когда мы взяли еду, и я направился к столику Пэна. Джамбо был человеком, с которым я общался. — Мы же всегда едим за столиком 33С!

— Я подумал, что было бы мило с нашей стороны сесть с новеньким.

— Да? Он странный. Ещё и иностранец, — сказал Лютер. — Сосунок. А что если учителя поймают тебя за чужим столиком? Ты определённо получишь наказание электрошокером.

Кроул прищурился.

— Какое тебе дело до этого парня? — спросил он меня. — Ты какой-то извращенец или что-то в этом роде?

— Заткнись! — огрызнулся я. — Знаете, я пойду с Дезби. Мне не нравится то, что все игнорируют этого парня лишь потому, что он из другой страны! Я просто пообедаю с ним один раз. Я хочу узнать, откуда он и всё такое. И если у вас только половина мозга, то знайте, интересоваться другими странами — это круто!

Я развернулся и ушёл, не желая видеть выражения их лиц и того, как они пялились на меня. Быть другим — это, пожалуй, самая ужасная и опасная вещь здесь.

Да, даже подсаживаясь к нему один раз там на виду у всех, я сильно рисковал, но не мог остановить себя. Я сделал это из-за того, как он смотрел на меня в коридорах. Хотя возможно, это было лишь игрой моего воображения, но я чувствовал, что видел желание в его глазах. И точно так же смотрел на него я. Я понимал, что меня физически привлекает другой парень и это было неправильно. Это было извращением, как и сказал Кроул. Но в то же время, я чувствовал себя прекрасно. Я не хотел признаваться себе в этом, но мои чувства к этому новенькому оказались гораздо сильнее, чем к Дезби, одной из самых горячих девчонок класса. Но больше она меня не интересовала.

Иностранец поднял глаза на меня. Он удивился, когда я подошёл к его столику.

Невозможно было даже представить что то, что рисовало моё воображение, могло действительно произойти между нами. Даже одинокий иностранец не решился на такой опасный поступок. Я пообещал себе, что буду нейтрально вести разговор, не буду говорить ничего двусмысленного и непристойного, просто спрошу, откуда он родом и что-то в этом духе. И никогда больше не сяду с ним. И не заговорю с ним снова. Я не мог позволить себе так опуститься, но мне было необходимо поговорить с ним. Я не мог сопротивляться.

Я поставил свой поднос напротив него и скованно присел на стул.

— Эм... Привет, — сказал я.

Его глазая широко раскрылись, и рот был полуоткрыт от удивления. Его зубы выглядели идеально белыми в контрасте с его тёмной кожей. Он не говорил ничего.

— Эм, как тебя зовут? — спросил я его, пока поднимал с подноса свою пластиковую вилку, даже несмотря на то, что в моей порции не было ничего, что я мог бы съесть. — Я Эрик.

— Я знаю, — сказал он мягко.

— Откуда ты знаешь моё имя? — Меня это сильно шокировало.

— Все знают тебя, потому что ты в школьной сборной по борьбе.

— Ты хорошо говоришь по-английски. — Я не мог сдержать слов. Он улыбнулся. Выражение его лица было тёплым, а улыбка красивой. — Но ты так и не назвал мне своё имя.

— Сюпэн, — скромно сказал он. — Но дома все звали меня Пэн.

— Где дома? — спросил я у него.

Он держал ложку. Он собирался есть ложкой!

— В Тайланде, — ответил он. — В маленькой деревне на выезде из страны.

— География — не самый лучший мой предмет, — сказал я. — Я знаю, что Тайланд в Азии, но где точно?

— Юго-Восточная Азия, Тайланд на юге от Лаоса, на востоке от Мьянмы, на севере от Малайзии, на западе от Камбоджи.

Я смущенно ухмыльнулся.

— Это не сильно помогло мне, но теперь я, возможно, смогу найти это место на карте. — Я наклонился вперёд. — Как ты попал именно в этот штат? Военные с трудом пропускают сюда иностранцев.

— Двоюродный брат моего папы провёл здесь всю свою жизнь. Его родители переехали сюда очень давно, ещё до нового правления. Они организовали наш переезд сюда после ужасного урагана, который произошёл у меня на родине. Даже несмотря на их помощь, всё равно эмигрировать очень страшно. — Он пожал плечами. — Я хотел просто остаться дома, но мой отец не позволил мне.

Я не знал, что ещё сказать, и после нескольких секунд в тишине, казалось, что он больше не заговорит. Я посмотрел на свой поднос. Варёный осьминог с каким-то жирным, вязким, пахучим соусом. Затем я услышал, как Пэн сказал:

— Однажды я видел, как ты дрался в спортивном зале. Ты... очень сильный.

Я ещё раз взглянул на его лицо. Оно казалось мне таким красивым в тот момент! Похоже, что тогда он думал обо мне то же самое.

— Ты занимаешься каким-нибудь спортом? — спросил я у него.

— Футболом. Дома у нас была своя команда. Ещё я там много плавал, когда ходил на озеро с отцом и помогал ему доставать рыбу из сетей. А ещё я лазал по деревьям, доставал кокосы и фрукты, но здесь у вас нет фруктов. — Он сделал паузу. — Я видел тебя в раздевалке однажды. У тебя хорошее тело, как у мужчин, которые работали в моей деревне.

Я с трудом сдерживал улыбку, но у меня ничего не вышло. Я был уверен, что его тело тоже "хорошее".

Потом он лучезарно улыбнулся, без стеснения или смущения.

— Мне хотелось бы чтобы мы, — он оглянулся, — пошли куда-нибудь в другое место, где нет людей повсюду.

Это поразило меня. Я чувствовал, что мы были на одной волне. Раньше со мной не случалось ничего подобного.

— Мне тоже, — сказал я, — раз уж ты помогал отцу на озере, значит ты должен быть хорошим пловцом. — Он кивнул, всё ещё сияя. — В центре города есть крытый бассейн. Он находится внутри здания, так что там можно плавать хоть всю зиму. Плавание — это хорошее упражнение для поддержания себя в форме для борьбы. Моё членство там позволяет привести с собой одного гостя. Хочешь, сходим вместе как-нибудь?

Он кивнул головой. Я впервые видел такое довольное выражение лица у кого-либо.

Так каждые выходные мы стали ходить в бассейн, расположенный довольно далеко от всех, кого мы знали. Никто из нашей школы не ходил сюда, даже другие члены спортивной команды. Больше всего я каждую неделю ждал выходных. Он был довольно маленьким, но его тело было идеально пропорциональным, все мускулы очерчены. Мы стали близкими друзьями. Я был восхищён тем, как много он знал о жизни людей и мог сказать это на английском. Но нас очень раздражало то, что приходилось переодеваться и плавать, а потом ещё и принимать душ в окружении других людей, видевших нас. Нам хотелось большего.

А потом я узнал про мотель "Правда или последствия", и всё поменялось. Я понимал, что это неправильно. Я понимал, что это очень опасно. Но в то же время, я чувствовал, что ничего более прекрасного со мной никогда не случалось.

* * *

Сегодня после того, как я покинул класс мисс Вэн Хутэн, я взял шлемы из своего шкафчика, затем в одиночестве поднялся на холм к церкви. Утром я оставил свой мотоцикл через дорогу отсюда. Любая церковь была опасна не менее, чем школа, но именно эта была закрыта сегодня, так что я был уверен, что поблизости не было людей. Как только я решил поехать в мотель сегодня, я припарковался здесь, довольно далеко от школы. Я ждал за безжизненным деревом.

Пять минут спустя Пэн взбежал на холм мне навстречу. Нам не нужно было разговаривать — мы делали это много раз прежде. Мы оба надели шлемы, потому что ездить без них — противозаконно, но в этом так же было и одно преимущество в случае, если кто-то нас увидел бы. Сейчас в продаже была только одна модель мотоцикла и, когда мы были в шлемах, людям было довольно сложно узнать нас. Я сел на мотоцикл и завёл двигатель. Пэн залез на заднее сиденье. Он не мог обнять меня руками, даже несмотря на то, что это наиболее безопасный способ езды с пассажиром, потому что копы остановили бы нас, как только увидели бы это. Он взялся руками за металлическую ручку сзади. Я надавил на газ, и мы выехали на улицу.

Дороги здесь были довольно хорошими и чистыми, но я знал, что рёв двигателя заглушил весь наш разговор. Я прокричал ему назад: