Тени (ЛП) - Уорд Дж. Р. - Страница 53

— Так, куда мы едем? В Твой клуб, Тень?

— Нет.

— Значит, балл для мумий. Во всем черном тебе впору заняться похоронными…

Рейдж двигался так быстро, что было невозможно уследить за ним. В одно мгновение он стоял, стиснув зубы, рядом с Трэзом, а в следующее оказался нос-к-носу с ангелом, сомкнув руку на его шее.

Слова были сказаны настолько тихо, Трэз ничего не расслышал, но спустя мгновение лицо и поведение Лэсситера перестали быть заносчивым.

Рейдж разжал клешню и отступил назад.

— Это все-таки случилось, — пробормотал он, вернувшись на место, и начал застегиваться. — Тебе бы тоже не помешало оружие. Сегодня я еду с Манелло.

— А, да. — Трэз сделал глубокий вдох. — Ну, спасибо за…

— Только потому, что он обещал мне стейк.

Трэз выгнул бровь.

— Что?

— Стейк? Ну, говядина там. Мясо? Рай на тарелке? Уверен, ты такое пробовал.

— Я знаком с этим блюдом, да. Но ты же едешь, чтобы помочь…

— С поеданием стейков. Вот почему я еду.

Повисло неловкое молчание. В течение которого Рейдж просто смотрел на него, всем своим видом заявляя, что он не собирается вступать в кружок драмы.

И, Господи, наверное, лучшего Брат и сделать не мог. Словно спасительная веревка из трясины, и Трэз ухватился за нее.

— Стейк, говоришь? Собираешься заказать на вынос в «Вокруг света»?

Рейдж отшатнулся, словно от пощечины.

— Так, очевидно ты не в курсе — непростительный пробел в твоем образовании — что лучший стейк-хаус в Колди прямо через дорогу от небоскреба с твоим рестораном. Каков мой план? Пока ты со своей девочкой наслаждаешься на своей высоте, я буду на земле уплетать, хм, филе миньён, ростбиф, бифбургер Кобэ и Нью-Йорк стрип стэйк.

— Звучит неплохо. Уже выбрал, что закажешь из этого?

Рейдж нахмурился.

— Все. С тремя порциями картофельного пюре. Понимаешь, самое главное правильно соблюсти пропорции с картошкой и мясом. А какие там булочки. Я закажу три корзины на вынос.

Трэз поднял палец вверх.

— Знаешь, что тебе нужно? Отужинать в «Сале». Ты должен побывать у моего брата.

— Ресторан итальянский?

— Ага. Лучший в городе…

— Черт. Почему я еще не был…

— Срань… господня…

Когда Лэсситер зычно выругался, Трэз с Рейджем обернулись в сторону ангела. Мистер Геморрой их не заметил, его необычного цвета глаза уставились вперед, словно на вершине лестнице он наблюдал Второе Пришествие.

Но потом характерный запах достиг носа Трэза, попадая прямо в кровь, от удара он повернул голову и все тело…

Он лишился всех мыслей. Дыхания. Своей души.

Наверху, у накрытых кроваво-красным ковром ступенек стояла Селена, ее рука покоилась на позолоченной балюстраде, она держалась напряженно, словно неуверенно чувствовала себя в туфлях или в своем платьем, а может, даже с такой прической.

Беспокоиться было не о чем.

Только если Селене была не по нраву роль атомной бомбы.

Ее длинные волосы спускались на плечи, падая до поясницы. Закрученные от корней до кончиков, они были воплощением женственности, настолько сногсшибательные в своей густоте и блеске, что Трэзу пришлось сжать руки в кулаки — так сильно он хотел прикоснуться к ним, погладить, понюхать. Но это было далеко не все. Ее лицо, наверное, единственное, с чем не могли сравниться волосы, ее кожа светилась, глаза сияли, полные губы были красны, как кровь.

А еще гребаное платье.

Черное. Простого кроя. Корсаж с глубоким декольте, юбка, заканчивающаяся выше середины бедра.

Намного выше. Середины бедра.

Селена выставила ступню в изящной туфельке, на высоком каблуке, которая переходила в тонкую щиколотку и идеальную икру, при виде которых ему каждый раз сводило челюсть.

Он сглотнул ком, когда она начала медленно спускаться, каждый шаг приближал тот миг, когда он сможет прикоснуться к ней, поцеловать ее… взять ее.

Блин, это платье сводило с ума, всего лишь оболочка, облегавшая контуры ее бедер, талии, груди, присборенное с одной стороны у талии и с другой — на плече. На ней не было украшений, но к чему они? Ни один бриллиант, рубин, изумруд или сапфир не сравнится с ее опустошительным совершенством.

Спустившись вниз, она помедлила, посмотрев направо и налево — скорее всего на Рэйджа с Лэсситером — они все еще в фойе вместе с ним? Кто знает. Кого, черт подери, это волнует?

Селена пригладила… Это шелк? Шерсть? Тафта?

Фольга? Бумажный пакет?

Она прикоснулась к волосам. Потом поморщилась.

— Тебе не нравится, да? Я могу переодеться. Я собиралась надеть…

Кто-то пихнул его в бок.

… традиционное платье. Но девочки подумали… — она посмотрела через плечо на женщин, собравшихся на вершине лестницы. — Я могу переодеться…

Лэсситер выругался.

— Черт, да ни за что, даже не думай. Ты выглядишь…

Трэз оскалился. Показывая клыки. Потом, повернувшись к ангелу, щелкнул челюстью, как Герман Шепард. Или акула, которая, решила попробовать кусочек перед тем, как разъяренно накинуться на жертву.

Лэсситер вскинул руки.

— Да брось, чувак, я хотел сказать, что она выглядит как бездомная. Футбольный судья. Пародист Марты Стюарт. Мне продолжать? Могу перечислить диснеевских персонажей. Их полно.

Его снова пихнули под ребра. Потом Рейдж наклонился к нему:

— Трэз, — прошипел Брат. — Черт возьми, ты должен что-то сказать.

Трэз прокашлялся.

— Я… я… я…

Он смутно понял, что женщины на втором этаже хлопали друг друга по ладоням, поздравляя друг друга с тем, что попали «в яблочко». Но его королева нервничала.

Так, он должен взять себя в руки… прежде, чем Рейдж снова врежет ему по печени, а Селена убежит в спальню.

— Ты… я…

Он потянул воротник шелковой рубашки, хотя тот был не застегнут.

— Тебе нравится? — спросила она.

Он мог лишь кивнуть. Сейчас он представлял из себя кучу гормонов в черном костюме. Настолько она была прекрасна для него.

— Правда?

Опять кивки.

— Ага. Правда.

Селена расплылась в улыбке. Потом посмотрела на женщин, которые радостно подпрыгивали, поднимая вверх большие пальцы.

Его королева повернулась к нему. Подошла ближе. Взяла его за руки и подалась вперед, чтобы прошептать на ухо:

— Они не дали мне только нижнее белье.

Голая. Она была г-г-голой под платьем.

Глава 31

Сна ни в одном глазу.

В этом прекрасном доме Пэрадайз никак не могла уснуть. Сначала потому, что ей не терпелось осмотреть место, и она аж дважды заглянула в каждую гостиную, спальню и ванную комнату, восторгаясь предметами искусства, мебелью и декором. Потом она долго мучилась с выбором подземной спальни (она остановилась на той, что слева) и распаковкой вещей.

Ее любимый доджен, Вучи, начала обустраиваться в узком коридоре между двумя подземными спальнями, но Пэрадайз настояла, чтобы ее служанка заняла целую спальню напротив. После чего последовала серия возражений, от которых у ее доджена, разрывавшейся между прямым приказом и собственным дискомфортом, испытываемым среди предметов роскоши, чуть не случился нервный срыв.

В итоге — как и всегда — Пэрадайз настояла на своем.

После чего она удалилась в «свою» спальню, переоделась в пижаму и обнаружила очередные хорошие новости — вай-фай не требовал пароля. Вытянувшись на бархатном покрывале, она проверила аккаунты в твиттере и фейсбуке, пару блогов, новости «Нью-Йорк Пост» и «Дэйли Ньюз»… продолжая игнорировать сообщения от Пэйтона. Когда веки начали слипаться, Пэрадайз отложила телефон и натянула на себя половину покрывала, она уже столько раз засыпала в своей толстовке с эмблемой сиракьюзской баскетбольной команды и штанах для йоги.

Иииии именно в этот момент ее захватила бессонница.

Даже с закрытыми глазами в ее голове крутились слова отца о том, чем она будет помогать Королю.

А еще ее не отпускал тот факт, что отец остался один-на-один в их доме с давно потерянным кузеном. Что, если родственник причинит ему вред?