Исправить все. Мирриэль (СИ) - Алакозова Анна Сергеевна - Страница 128

- Кален, там Гневный, пока больше никого не различила, скорее всего из высших он там один. Тебе мелочевка, я с большуном сама справлюсь.

Он хотел возразить, но потом кивнул в знак согласия. Он все-таки признал во мне воительницу. Разлом был совсем рядом с деревней, я видела дома за расплывчатым маревом энергии смерти. Осторожно продвигаясь мы наткнулись еще на несколько мелких демонов и расправившись с ними пошли дальше. Демон гнева был уже виден во всей красе. Тогда я окликнула его.

"Эй, ты. Что надо тебе в этом мире?"

"Кровь!" - пророкотал он у меня в голове.

"Убирайся, или мне придется тебя убить. Ты же не хочешь умереть еще раз"

Он лишь засмеялся. Демон, что с него возьмешь. Совсем не соображает с кем разговаривает. Никаких манер. Вспоминая все прошлые тренировки и полученные знания, несколько метательных ножей находят слабые места, впиваясь в сущность демона. Меня окружают мелкие противные твари, но это не моя забота, спину прикрывает Кален, более надежной защиты, просто не придумать. Прорываюсь к старшему демону, буквально перелетаю через эту мелкую пакость. Несколько точных ударов и демон взвывает сильнее, чем вызывает у меня лишь улыбку. Бой не продолжался долго, мое мастерство не уменьшилось, даже наоборот, ведь теперь я помнила все, весь свой боевой опыт из прошлых жизней. Все просто. Быстрое движение вперед, укол, отступление, разворот, уход, нападение и решающий удар. Демон осыпается кучкой пепла к моим ногам. Даже дыхание не сбилось. Еще несколько живых тварей пытаются удрать от Калена, быстро вступаю в эту игру и заканчиваю их беготню. Осматриваюсь, все тихо. Энергия разлома говорит, что больше никого нет, второй волны не будет, можно закрывать. Чистая энергия жизни вливается в меня потоком, который я с легкостью направляю на благое дело. Золотистая рябь покрывается голубым заревом, и рана на теле мироздания затягивается. Разлома больше нет. Но я знаю, что есть раненные, те кому я еще могу помочь. А значит это еще не конец. Спешным шагом иду к деревеньке, вот в кустах кто-то стонет. Молодой парень все еще держит топор одной рукой, другой, пытается свести вместе рваные края раны на животе.

-Я помогу, - говорю я. - Отпусти руку.

Энергия жизни. Как же приятно снова помогать людям, лечить их. Жаль, что не всем я могу помочь. Рана затягивается прямо на глазах у изумленного парня. Остается лишь тонкий розовый след, я не слушаю благодарностей, иду дальше. Рядом тяжело вышагивает Кален.

-Найди проводников, пусть помогут собрать всех раненных в одном месте, я больше времени потеряю пока буду их искать по закоулкам.

Его шаги удаляются, даже спорить не стал. На одном дворе вижу, женщину, прижимающую к себе ребенка, у того пробита голова, но еще жив, я еще могу спасти. Женщина рыдает. Только с толку меня сбивает своими воплями, но я могу ее понять. Аккуратно прикладываю руки к ране. Живительный голубой поток, все исправляет в мгновение ока. Убираю руки. На меня удивленно смотрят большущие карие глаза девочки лет четырех-пяти. Только что она умирала, вот и кровь на руках и одежде матери говорят об этом, а теперь ей даже не больно. Ободряюще улыбаюсь малышке и легким прикосновением энергии жизни успокаиваю ее мать. Теперь все будет хорошо. Спешу дальше, пока онемевшая от удивления женщина еще не нашла нужных слов и не начала цепляться за меня с благодарностями. Когда возвращается Кален, я успеваю залатать еще человек пять-шесть.

-Мирра, всех собрали, некоторые еще осматривают дома, но ты можешь уже идти, всех найдут и принесут туда.

Киваю и иду следом за ним. Чувствую уже легкую слабость, слишком много всего и сразу, я лишь третий день на ногах после нескольких месяцев плена и пыток, но останавливаться нельзя. Кален, словно чувствует меня, аккуратно поддерживает меня за локоть, помогая идти. На главной деревенской площади толпа людей, кто-то стоит, кого-то уже принесли на носилках, кто-то цел, пришел просто поглазеть. Сперва тяжелые. Их человек пятнадцать. Один-два, три. Этим я уже не помогу. Остальных поставлю на ноги. Голубое свечение наполняет меня. Аккуратно расходую силы, чтобы совсем не свалиться. Ноги, руки, животы, плечи, головы, ожоги и переломы. Начинает кружиться голова, но останавливаться нельзя. С тяжелыми все. Показываю на троих, с сожалением говорю, что им уже не помочь. Теперь остальные. Мужчины, женщины, подростки и совсем маленькие дети, бесконечная череда увечий. Все они умерли бы в ближайшее время не окажись я поблизости. Не время гордиться собой, еще многое нужно сделать. Подносят еще нескольких тяжелых. Всем помогая, глаза уже не видят, прошу Калена подсказывать у кого какие раны и прикладывать мои руки к нужным местам. Еще немного такого напряжения и я сама стану духом, добрым, но мертвым.

-Мирра, девочка, все. Ты все сделала. Возвращайся, - слышу тихий шепот над ухом. Только вот это мне кажется шепотом, на самом деле он крепко сжимает мои плечи и трясет, крича при этом.

Я не могу вернуться, не получается. Как и энергия смерти потоком тянула меня в мир духов, так теперь утягивает энергия жизни, я уже не различаю где я, а где источники энергии. Я везде и меня нигде нет. Надо отдыхать. Очень медленно начинаю отличать реальность от энергетических потоков, выбираю нужные направления и мысли, чтобы вернуться. Я не знаю сколько прошло времени. Когда у меня получается открыть глаза, мои глаза, Кален все так же держит меня в объятиях и что-то бормочет. Зрение вернулось, слух пока нет. Темнеет уже. Кажется, вся деревня стоит вокруг нас толпой, наблюдая и сопереживая. Слабо сжимаю руку Калена давая понять, что самое страшное уже позади. Я возвращаюсь. Он улавливает мое движение и припадает губами к моим волосам.

- Слава Создателю, ты вернулась.

Смешно, могла бы засмеялась бы. Создатель, которого ты благодаришь, любимый, это ты и есть. Бывает же. Ну вот, уже могу дышать и даже чувствую, как наполняются вечерним воздухом мои легкие. Все могло быть и хуже, наверное. Но проверять я бы не рискнула.

- Скольких я смогла спасти?

- Несколько десятков, Мирра. Не выжили человек шесть. Ну и те, кто умер до нашего появления. Ты почти всю деревню на ноги поставила. Ты молодец. Только вот меня ты напугала в очередной раз. Встать сможешь-то?

- Только если с твоей помощью.

Он помогает мне подняться на ноги, точнее ставит меня. Ноги подгибаются, под тяжестью моего тела, он поддерживает меня за талию, забрасывает мою руку себе на плечо.

- Давай-ка, я лучше тебя понесу. Так мне спокойнее будет.

К нам подходят человек пять отделившиеся от толпы.

- Господа, уважаемые, мы так вам признательны, вы спасли нас, да еще и залатали всех, да так, что как новенькие, вот чудо из чудес-то. Так не побрезгуйте гостеприимством, госпоже-то отдых нужен. А мы все предоставим и кров, и стол, и чистую постель, всем постараемся угодить, спасители вы наши.

- Будем вам признательны, добрые люди, ей действительно сегодня в седло уж не сесть, - спокойно отвечает Кален. - Да и от славного ужина мы не откажемся, а за вино так и еще раз спасибо скажем.

- Все будет, - засуетился пожилой человек. - Все сделаем как положено, господин, добро пожаловать в мой дом. Я-то старостой буду, мой дом самый большой во всем селе. Сейчас жена на стол соберет, а я за вином к соседу сбегаю. Пожалуйте за мной.

И он засеменил прочь. Кален улыбнулся.

- Какой забавный. Так ведь у него на языке и крутилось в одной нам комнате стелить или в разных, но спросить не решился.

- А что бы ты ответил? Я надеюсь заслужила твою благосклонность и ты бы не оставил меня одну в чужом доме?

- Конечно мы будем спать в одной комнате, я с тебя теперь глаз не спущу. Просто ты на кровати устроишься, а я на полу растянусь.

- Ты, нехороший, - констатировала я. - Такой момент, и ты опять все портишь.

Он не ответил, лишь глубоко втянул носом воздух, прижавшись к моим волосам.

Дом старосты не поражал убранством, но был добротный и просторный. Хозяйка уже накрывала на стол, когда Кален попросил принести ему воды, чтобы обмыть мне руки, на которых уже запекалась чужая кровь, кровь десятков людей, которым я сегодня помогла.