Исправить все. Мирриэль (СИ) - Алакозова Анна Сергеевна - Страница 120

Марык замолчал. Его рассказ был столь необычен, что Рыдгар, хотел услышать его окончание.

- Однажды, Красная привела в темницу высокого светловолосого мужчину человеческой расы. Он стоял у клетки пленницы, обнимая Красную за талию, прижимая ее к себе шепча непристойности. Красная ликовала, когда увидела, как побелели костяшки на руках пленницы, которыми она схватилась за решетку. Красная хохотала, а пленница стала белее снега, что выпадает на вершинах гор и по щекам ее катились слезы. Она лишь шептала, что не верит в это, что этого не может быть. В ту ночь нам приказали доставить пленницу под дверь опочевальни, чтобы она смогла сама все увидеть. Мы впервые увидели ее при свете факелов, то была эльфийка. Исхудавшая, она и стоять-то сама не могла, я почти тащил ее на себе. Дверь была открыта: на широкой кровати Красная резвилась с тем самым мужчиной. Эльфийка увидела все. Она закусила губу, так что пошла кровь, но не произнесла ни слова. Утром Красная пришла за ней. Больше я ее не видел, никогда. Но ночью, после того, как я вернул ее в камеру, она, сдерживая слезы, благодарила меня за доброту и рассказала, о месте в эльфийских лесах, где могут укрыться от гнева и жестокого правления Красной, те, кому не нравится такая жизнь. А через несколько дней после ее исчезновения, мы всем караулом получили необычное задание, в покоях был кто-то заперт, дверь была запечатана магией, мы должны были охранять того, кто там был. Несколько часов прошли спокойно, а потом, из-за двери начал доносится шум, кто-то там видимо ломал мебель и искал выход. Я окрикнул охраняемого, призвал его успокоиться. Мне ответил мужской голос, и единственное что он спросил было: где я? Я ему сказал, что он в покоях прекрасной Красной богини. Он долго ругался на непонятном языке, а потом вдруг совсем рядом с дверью раздался его голос: Сколько я здесь? Я ответил, что не знаю, кто он, поэтому не могу ему ответить, но охраняю его я первый день. Он опять поругался, но уже не так сердито. Он сел, видимо, у двери и мы начали разговор, чтобы скоротать время. Он расспрашивал о госпоже, о нашей жизни, а потом, как любой мужчина завел разговор о женщинах. Он рассказал, что любит одну женщину, любит больше жизни, любит вопреки всему, а наша госпожа, очень хочет их разлучить. Когда он сказал, что его возлюбленная эльфийка с добрым нравом и необыкновенными глазами, я понял кто заперт в покоях госпожи, я понял, почему текли слезы по щекам пленницы и я уточнил, цвет ее глаз, когда он ответил мне, что они похожи на морские волны под ярким солнцем, сомнений не осталось. Это был он, тот самый мужчина, с которым развлекалась хозяйка в последние дни, развлекалась на глазах у бедной пленницы. Тогда я сказал ему, что понял сколько он здесь и рассказал и про пленницу, и про то, что делала с ней хозяйка и про то, что он делал с хозяйкой. Он взбесился. Кричал, что убьет хозяйку с удовольствием ее задушит, а потом он затих. Я несколько раз окликнул его, но ответа не было. Потом совсем рядом с дверью он простонал, что это причинит боль его возлюбленной и должно быть она сейчас в огромной опасности. Потом он обратился ко мне с просьбой выпустить его, чтобы он смог все объяснить своей любимой, чтобы она не решила, будто он забыл ее в объятиях другой. Он был настойчив и убедителен. Мне было жаль несчастных влюбленных с которыми госпожа обошлась так жестоко, в моей душе уже проснулось что-то, что потом я определю, как сострадание. Я, воспользовался тем, что был начальником караула и отослал всех, а когда они ушли, отпер закрытую магией дверь, но магия была только против пленника, мне это ничего не стоило. Он стоял рядом и в глазах его светилась благодарность. Чтобы меня не наказали за такой поступок, было решено инсценировать его силовой прорыв. Тот светловолосый человек оказался отличным бойцом, я был бы рад встретиться с ним в дружеском поединке. Он мастерски меня поколотил, да так, что никто бы не усомнился в том, что я яростно сопротивлялся. Когда он покинул дворец, я видел, как взмыл в небо огромный Белый Дракон. С того дня я стал искать способ пересечь великую реку, и уйти из пустошей. Спустя много лет, я нашел способ. Тогда я стал уже главой небольшого клана, я нашел таких же как я, недовольных и увел их в те места о которых помнил с молодости по рассказам пленницы. Там мы основали небольшое поселение, и прожил я остаток своих дней, так, как завещала она, без жертвоприношений и кровавых боев, охотясь на зверей и с благодарностью принимая их жертву нашему поселению. Там я поверил ее словам. Можно жить по-другому. Нас не беспокоили люди, и лишь редкие эльфы-путешественники заходили в наше поселение, сперва они нас опасались, но потом поняли, что мы отличаемся от своих собратьев и стали приходить к нам без опаски. Они приносили нам последние вести из далеких земель и всегда находили в наших краях приют, кров и пропитание. Мы научились жить в мире с эльфами, не мешать друг другу, и принимать как данность, что мы разные. И мои потомки продолжают свою мирную жизнь в том тихом месте, без ненависти и злобы и служения Кровавой богине. Я так и не узнал, кем была та эльфийка, она так и осталась просто неизвестной пленницей. И моей богиней. Такова моя история, Рыдгар. Ты не такую хотел услышать? Но в моей истории не будет славных подробностей схваток и кровавых развязок. Она научила нас доброте и почтению к Равновесию. Теперь я лишь дух, но ты один из моих потомков, и когда я увидел, как докучают тебе другие духи, я пришел к тебе на помощь, ради добра и справедливости. А теперь, я замолкаю, сын мой, Рыдгар. Возможно мои слова, дадут росток, и однажды именно ты, вернешь своим братьям свободу, ту, которую я принес своим людям.

Больше он не отвечал ни на какие вопросы, но появлялся, оберегая Рыдгара.

Его слова, его рассказ были столь необычны, что Рыдгар вызвав старцев-сказителей начал выспрашивать у них о страже Марыке. Один из старцев долго морщил лоб, пытаясь вспомнить что-то, а когда вспомнил, сказал, что был такой славный воин, получивший право правления небольшим кланом, но исчезнувший в один день, все решили, что он вместе с кланом отправился разграблять поселения людей, и просто не смогли вернуться. Скорее всего они пали смертью храбрых, в неравных схватках с людьми. Других Марыков-стражей в истории никто не вспомнил.

Странная история, но духи предков не лгут. Марык, эльфийка... Надо бы спросить у госпожи в следующее посещение. Но тогда можно лишиться защиты Марыка. Нужно еще раз все обдумать.

Но на разговор с госпожой Рыдгар так и не решился. И в очередной раз он стоял, приклонив колено у красного трона госпожи. Она вновь была в гневе. Последние донесения опять не радовали. Пленница опять смогла сбежать. Приносить дурные вести госпоже было очень сложно, она возвращала себе все больше могущества с ослаблением завесы и каждое слово посланника могло стать последним. Приходилось быть все осторожнее, выбирая слова и все больше раболепствовать перед ней.

- Я понимаю теперь кто был у нас в руках, но от этого мне не становится легче, Рыдгар! Как я могла быть на столько слепой??? Она была в моих руках и вместо того чтобы просто ее убить, я приказываю своим подданным сохранять ей жизнь и выпытывать теперь уже совершенно лишнюю информацию, зачем мне местоположение Источника, если у меня в плену была та, единственная, кто может этим источником воспользоваться... Насколько все стало бы проще... Но я же не могла даже представить себе...

-Госпожа, имперцы строго следовали вашим указаниям...

-Я знаю, Рыдгар, не смей мне напоминать о моей ошибке. А теперь... Я потеряла контроль над Кастом, да еще и часть имперцев присоединилась к Хранителям, но что еще хуже, маги людей... влияние на них тоже потеряно, и они тоже присоединяются к Хранителям. Это провал, просто ошеломительный провал. Все рушится, но это меня не остановит, я все равно вырвусь из этой проклятой темницы. Осталось совсем немного времени... немного времени и немного крови...

-Госпожа?

-Рыдгар, мне нужна жертва. Я укажу место, в котором должна пролиться кровь эльфа, лучше эльфийки и я смогу вернуться к вам, мои верные воины.