Созидая на краю рая (СИ) - "АlshBetta" - Страница 84

– Уничтожили. Они меня уничтожили. Того Эдварда, кем я родился, сжили со свету. А я лишь то, что от него осталось.

– Ложь!

– У тебя либо провалы в памяти, либо какое-то странное всепрощение. Белла, я делал тебе больно. И днём, и ночью. Я даже ударил тебя! – он замирает, словно сказанное забрало слишком много сил. Возможно, так оно и есть.

– Вовсе нет, – говорю мягким и любящим тоном, подходя к нему. – Ты вовсе не жестокий!

Он фыркает, но я не останавливаюсь, призывая его дослушать до конца.

– Кто ради меня вернулся из Америки? Кто снарядил частный самолёт, чтобы я попала из Германии в Испанию? Кто нёс меня на руках по трапу, а сегодня ночью успокаивал и целовал? Это был ты, – прожигаю его взглядом, ищущим правды. – И что, все эти поступки – доказательства твоей жестокости? Чудовищности, может быть?

– Ты так веришь в меня, что иногда мне становится тошно. Открой глаза, Белла!

– И что сделать? Уйти? – наступаю на него, ударяя по самому больному. – Прикажешь мне уйти?

– Если захочешь, – он закрывает глаза, и моё терпение лопается. Всё во мне лопается.

О чём мы говорим? Что обсуждаем? Я должна внушить ему правду не так явно, по-другому, с любовью.

А так я, словно известнейший деспот, пришедший силой указать свою волю.

– Я знаю, ты не веришь, что по отношению к тебе можно что-то чувствовать. Что ты можешь что-то чувствовать… – двигаюсь к нему медленно, говорю тихо и выверяю каждое слово и движение. Приближаюсь и останавливаюсь. Не притрагиваюсь, лишь смотрю в его закрытые веки, представляя, как они скрывают изумрудные омуты.– Но ты не прав. Я полюбила тебя, моего Эдварда. Прекрасного и замечательного. Самого лучшего.

– Полюбила? – глаза распахиваются и в них сияет ужас.

– Это перестало быть правилом ещё до операции Энтони, не так ли? – мягко намекаю я, всё ещё стоя перед ним, будто статуя.

– Я не смогу ответить на твои чувства.

– Ты уже отвечаешь. Твоя забота, твоя ласка – это и называется любовью, Эдвард!

– Пожалуйста, давай не будем об этом! – запуская пальцы в волосы, просит он. Я вздыхаю и киваю. Наверное, для него это, и правда, слишком сложно. Но главное – первый шаг уже сделан.

– Когда-нибудь мы вернёмся к этому разговору, – искренне улыбаюсь, сплетая его руку со своей и поднося к губам для поцелуя. – Всё наладится, и ты мне поверишь.

– Когда-нибудь, – мрачно соглашается он и отступает, убирая руку.

– Пойдём, найдём такси, – говорит мужчина, разворачиваясь и спускаясь со ступеней.

В моей душе переворот. Его слова – ножом по сердцу. Я только что призналась в любви, а он не смог ничего ответить. Я всё понимаю, но иногда – даже, скорее, часто – чувства сильнее разума.

Надеюсь, время всё расставит по местам.

Качаю головой, скидывая наваждение, и вслед за ним выхожу под моросящий дождь.

========== Глава 41 - Я так долго этого ждал... ==========

В такси мы едем молча. Эдвард смотрит в своё окно, я в своё.

Мадрид. Какие у меня с ним ассоциации? Изначально ими были солнце, быки и фламенко. Но сейчас, когда я увидела десятки достопримечательностей и изучила каждую досконально благодаря личному экскурсоводу в виде Эдварда, мне кажется, что это один из лучших городов на свете.

Два дня бесконечных экскурсий и прогулок оборвались скандалом и разбором «Кто есть кто?». Сейчас мы в ссоре. Или как там это называется в нашем случае?

В отель мы приезжаем всё в том же гробовом молчании. Поднимаемся в номер, но и теперь ни слова.

Эта давящая тишина начинает медленно сводить меня с ума, пока я иду по коридору с развешанными по стенам фотографиями работ каких-то испанских фотохудожников, Каллен идёт впереди и даже не оборачивается.

Между нами как будто выросла стена. И причина этому отчасти я. Моих рук дело наше недопонимание.

Мне нужно дать ему время, позволить всё осмыслить.

И всё же я боюсь, что, чем больше он думает, тем сильнее сомневается в самом себе. Возможно, все наши проблемы из-за того, что он считает себя недостойным меня.

Меня!

Никогда бы не подумала.

Открывая дверь нашего номера, он всё же придерживает её для меня, но этот жест получается таким отстранённым, что у меня к горлу подступает комок.

– Мне нужно немного поработать, – бросает Эдвард, когда я вхожу.

– Хорошо, – отвечаю автоматически. Ничего хорошего в этом не вижу, но, возможно, это его способ уйти от проблем. Что же, я потреплю, если ему это необходимо.

Сажусь в кресло у большой тумбочки со свежими журналами и лениво открываю один из них. «Космополитен» вещает об изменениях в модных трендах и новых методах борьбы с целлюлитом. Читаю статью, не понимая ни слова.

Нет, я честно пыталась сосредоточиться, но взгляд то и дело скользит с чёрных букв на напряжённое лицо Каллена. У него на коленях ноутбук и, судя по всему, он занят.

Моё терпение сдаёт после двадцати пяти минут подобного чтения. Откидываю журнал и поднимаюсь со своего места в направлении спальни.

Взгляд мужчины отрывается от монитора и переводится на меня.

– Я тебе мешаю?

– Вовсе нет, – выдавливаю скупую улыбку, хотя чувствую себя хуже некуда. – Я просто устала, хочу отдохнуть.

– Тебе что-нибудь нужно? – он снова смотрит на компьютер, спрашивая это своим опять же отстранённым голосом.

«Ты! Ты мне нужен, Эдвард!» – отчаянно хочется закричать в ответ, но я сдерживаюсь. Нет уж, это слишком.

– Спасибо, ничего, – вздыхаю и бреду по номеру в вышеупомянутом направлении.

Захожу в комнату и прикрываю дверь. А потом распахиваю все окна и забираюсь на кровать прямо в одежде, не раздеваясь.

Беру подушку Эдварда с противоположного края – это уже стало моей обычной практикой – и обнимаю её руками, вдыхая любимый запах.

Сотни мыслей крутятся в голове, одна хуже другой. То виню себя, то обвиняю Эдварда. Я не знаю, кто из нас по-настоящему провинился. И провинился ли вообще?

Мы запутались. Слишком много событий, которые грозятся никогда не закончиться.

И ко всему этому ещё добавляются наши личные проблемы.

Наверняка Эдвард тоже устал, а моя настойчивость ничуть не помогает делу – тем более я обещала когда-то, что не буду вытягивать из него информацию, может быть, мне стоит остановить эти бесконечные вопросы, срывающиеся с языка в неподходящее время?

Может быть, мне стоит показать ему, что находиться со мной – не значит постоянно обдумывать ответы и подготавливать вопросы.

Я ведь бесконечно повторяю, что мне плевать, что было в его прошлом. Повторяю, и тем не менее копаюсь в нём. Ищу зацепки, какие-то доказательства.

Мне следует наслаждаться временем рядом с ним, а не тратить его на бесконечные «Расскажи мне!». Он сам поймёт и скажет, когда поверит в мои чувства. Поверит в себя.

Этот день обязательно настанет, и я должна заставить себя дождаться его. Дождаться слов от Эдварда, а не выпытывать их, словно на допросе.

Едва осмысливаю это, как слышу тихий скрип открывшейся двери. Неужели ветер слишком сильный?

Догадка сменяет глупые помыслы, когда слышу шаги по направлению к кровати.

Матрас немного прогибается, когда Эдвард садится рядом. Я знаю, что это он – больше некому!

– Привет, – виновато и аккуратно говорит он.

– Привет, – отвечаю слишком сухо. Я что, обижена? А как же все мысли о правилах, которые я решила соблюдать в общении с ним?

– Злишься?

– Нет. – Собственный ответ возвращает меня в не самое приятное прошлое, словно мы поменялись местами. Когда-то он так мне отвечал.

Каллен тяжело вздыхает и ложится рядом. Его тело прижимается к моему, а руки поглаживают обнажённые предплечья – на мне сегодня футболка с коротким рукавом.

– Моя подушка? – удивлённо спрашивает он, видимо, чувствуя запах материи.

– Твоя. Мне она нравится, – в голосе немного прорезается улыбка, и это не может ни радовать. Похоже, я начинаю приходить в себя.

– Давай не будем ссориться! – просит Эдвард через пару секунд, крепче обнимая меня. Пододвигаюсь к нему ближе, наслаждаясь этими объятьями. Вот чего мне так не хватало сейчас! И не только сейчас… Всю жизнь мне именно их и не хватало.