Петли Бесконечности. Дейман Кор (СИ) - Варзаев Алексей Сергеевич - Страница 103

— Да что б тебя, — Ролов аккуратно, словно управляя перышком, в шестой раз «парковался».

— Еще пару раз и стыковочные крепления не выдержат.

— Понимаю, сэр. — Ролов вспотел, последний раз, практику в управлении кораблем, он сдавал на учебном симуляторе академии.

— Стефан надо бы поторопиться. Скорость снижается.

— Да ну ее! эту осторожность! — Не выдержав, Стеф психанул и резко дернул штурвал в сторону корабля. Раздался громкий хлопок, а затем характерный щелчок. Стыковка прошла успешно, а за ним и проникновение. Инженеры не зря бахвалились. Проверив шлюзовое помещение, Ролов спустил коляску с подполковником.

— Что ж попытаем удачу? — Саммерс нажал на панель. Шлюзовая камера отворилась, и они оказались в коридоре. Шум от расположенных неподалёку двигателей перекрывал любой звук. Вокруг снова пустота, только неправдоподобно чистый проход. Переглянувшись Ролов, покатил Саммерса, прятавшего под плащом взведённый пистолет. Следующее помещение заворожило двух солдат и лишило дара речи. Весь корабль был одним огромным помещением, точнее складом. Ровными рядами стояли мерцающие желтоватым свечением криокамеры. На взгляд, не меньше трех сотен. Больше половины были заполнены. Подобравшись к ближайшей, солдаты увидели внутри уже не молодую женщину, с открытыми глазами.

— Да не может быть, это свечение, камеры. Да их же гипнотизируют. Это мерцание, ввод информации. Такие разработки существовали, в теории. Слышал лишь о нескольких старых прототипов, созданных в сугубо медицинских целях, но вскоре попавших под запрет и уничтоженных.

В соседних камерах то же самое, но вот Ролов подкатил тележку к часто мерцающему аппарату. Поверхность крышки запотела, внутри был рослый мужчина с козьей бородкой. Все его тело сотрясали конвульсии, в уголках губ белела выступившая розоватая пена.

— Этот, уже овощ.

— Не скажи, Ролов. Есть второй исход — зверь, забывший все человеческое, боль и ненависть, все что он будет чувствовать.

Стеф скосился на подполковника.

— Командир разведки обязан знать и не такое. — Саммерс почувствовал взгляд на затылке. — Пора решать куда прятаться, отчего то у меня нет желания ложиться на промывку мозгов.

Ролов испытывал такие же чувства. Систем наблюдения обнаружено не было, но обольщаться не стоило. Остановившись у пустого аппарата, Ролов внимательно, не притрагиваясь, изучил внутреннее пространство. Каких либо внешних источников излучения не усматривалось, похоже, сигнал проецировался прямо из крышки.

— Попробуй- ка прикрыть створку, не защелкивая до конца. — Стефан опасливо прикрыл крышку. Ничего не произошло. — Активируется при живой массе или же просто при наличии тела внутри, попробуй положить что-нибудь.

Ролов пару минут рыскал в помещении любой предмет, но все тщетно. Чистота и порядок, неестественные чистота и порядок. Пожав плечами, разведчик, небрежно достав из рюкзака свой плащ, кинул его в камеру. Подполковник оказался прав, крышка захлопнулась автоматически, и началось проецирование.

— Что ж думаю, подойдет, давай еще мой.

Так прибавилась еще пара пассажиров. Ведется ли учет неизвестно. На тот момент решение казалось оптимальным.

Возникали разные мысли, сойдет ли составленная легенда, не провалит ли он, Ролов, рядовой, бывший только раз в настоящем бою и ни разу под прикрытием.

— Даже нет кабины пилота, какой то инкубатор. — Подполковник попросил подкатить его еще раз к «крио» камерам.

— И ведь не походи на бессвязных зомби. — Саммерс долго вглядывался в лицо девушки. Миловидное, источало состояние созерцания прекрасного. — Что по времени?

— Примерное время до прибытия, восемь минут.

— Что ж, следует подготовиться, пройдемся по легенде…

…Корабль шел на посадку, камеры работали в прежнем режиме, легкая, непродолжительная встряска, оповестила о вхождении судна в атмосферу. Начинался первый этап — внедрение.

С шипящим свистом отворились створки капсул, одновременно открывался огромный шлюз транспортника, сквозь который бил яркий свет, изредка начиная моргать, словно подмигивая.

Мимо вестников, прямо на свет прошла пара, держась за руки, с благоговейными, по детски, счастливыми лицами. За ними последовала большая часть беженцев, лица выражали одинаковые эмоции предвкушения лучшей жизни, ее скорейшее начало. Среди всей толпы затесались и солдаты. В подполковнике пропадал актер, ни мыслями, ни действиями, ни мимикой не выделяясь из толпы сливаясь в огромный, но мерный поток людских тел. Ролову пришлось сложнее.

Выйдя на яркий свет, толпа оказалась на залитой свет площадке, подул легкий ветерок, не имея возможности оглядеться, полагались на чувства, подсказывающие, что здесь кроется обман. Никто не проронил ни слова: ни встречающие, ни прибывшие. Только завораживающее мерцание. Люди с пустыми глазами построились в несколько колонн и двинулись по направлению к стоящим за прожекторами. Сквозь яркий свет отчетливо виднелись несколько столов, похожих на пропускные пункты, но вот таможенники. Несколько солдат с оружием, и трое за столами с небольшими аппаратами в руках похожими автомаркёры.

Зловещую картину развеяли голоса. Это выходили, последними, группа из неисправных камер, подполковник узнал парочку. Кто-то вышел из оцепенения и обернулся, в том числе и Ролов. Незаметно среди беженцев появились люди в белых одеждах и, не говоря ни слова, схватили тех пассажиров, кто отличался от основной массы, в основном это были из неисправных камер и тройка обернувшихся. Двое внушительного вида подошли к Ролову и Саммерсу. На ум пришло, что все провалено — среди беженцев ни одного инвалида. Сохраняя самообладание, Саммерс не шевелил головой, уставившись в сторону прожектора. Стефан тупо пялился на подошедших.

— Так, эти, похоже, в норме, только что делать с инвалидом, просили же не присылать таких.

— Да какая разница, немощный юродивый, нельзя задерживаться, знаешь же шефа. Поставь им метку для дополнительных процедур.

Вкрадчивый голос из ниоткуда произнес: — Всем приготовиться, отключаю встречающий протокол, группа поддержки уведите забракованных, всем покинуть зону прибытия.

В этот же момент мерцание прекратилось, зажглись обычные лампы. Как и ожидал подполковник, они стояли у внушительного по величине строения. Люди приходили в себя. Саммерс ожидал любой реакции, но… Прибывшие, как ни в чем не бывало, весело смеялись и непринужденно переговаривались, на лицах не было и тени смятения. Велись обычные разговоры, о дальности перелета, о лучшей жизни, об ужасах войны на своей бывшей родине. Никто не задавался вопросом, как они из корабля попали на посадочную площадку. За столами регистрации сидели милые барышни — регистраторы, выдающие временные пропуска, и желающие всего хорошего. За пропускным пунктом сновали люди, механики, уборщик, на скамьях сидели пассажиры, ожидающие своего рейса, если бы не вкрадчивый голос девушки, подполковник усомнился бы в своем самочувствии.

— Приветствуем всех прибывших! просьба пройти к контрольным пунктам для регистрации. Шаг до новой жизни.

После последней фразы, многие прилетевшие отреагировали. Кто почесал за ухом, кто хрустнул позвонками, разминая спину, зябкое движение плечиками. Ничем не схожие движения синхронно запущенные, не вооруженным взглядом были незаметны, но подполковник уловил все до единого.

На будке, как и следовало ожидать, людей просили пройти в какое-то место, всегда, удаляющегося, сопровождал сотрудник безопасности, после, возвращавшийся в одиночестве.

Медленно подходила очередь Саммерса и взявшего на себя роль придурковатого малого, Ролова.

Нахватавшись повторяющихся фраз, с максимальной покорностью на лице подполковник, протянул свои документы. Вопросы были те же:

— Какова цель вашего прибытия, что наша планета может дать вам?

— Мое имя Гирлим Волкорав, знаете, я рад, что сумел попасть сюда, — тут пора было вставить контрольную фразу, слышанную на пару минут не один десяток раз, — начало новой жизни, чистый лист.