Натюрморт с воронами - Чайлд Линкольн - Страница 75

— Мне кажется, — продолжал воодушевлённый Ларсен, — что разыскиваемый вами убийца — житель Медсин-Крика. Будь он приезжим, он непременно попал бы в поле зрения обитателей городка, хорошо знающих друг друга. Вы же сами понимаете, что нельзя приехать в этот городок и уехать из него незамеченным.

— Полагаю, убийца может скрываться на кукурузном поле, — сказал Раскович.

— Но тогда его легко обнаружили бы с самолёта, — возразил Ларсен. — Там уже несколько дней проводятся тщательные наблюдения с воздуха, и ничего подозрительного пока не видели. Они исследовали район индейских курганов и всё вокруг, но результатов нет. Никаких признаков укрытия для постороннего человека, никаких намёков на чужаков. Потому я спрашиваю вас: где скрывается предполагаемый убийца? В земляной норе?

Услышав эти слова, шериф Хейзен напрягся всем телом. Он почувствовал, что в нём зарождается какая-то важная догадка. А потом его осенило. «Конечно, — сказал себе Хейзен, — как же я раньше не догадался?» Он сутками искал ответ на этот вопрос и нашёл его только сейчас, в кабинете шерифа Ларсена. Собравшись с мыслями, Хейзен изложил своё мнение так спокойно, словно пришёл к нему уже давно.

— Совершенно верно, Хэнк, он скрывался в земляной норе.

В кабинете повисла мёртвая тишина. Все уставились на Хейзена, не понимая, к чему он клонит.

— Как это может быть? — недоумевающе спросил Раскович.

Хейзен снисходительно посмотрел на него.

— Очень просто, в Пещерах Крауса.

— В Пещерах Крауса? — оторопел Фиск.

— Да, за городом, на окружной дороге, есть большой старый дом с магазином сувениров. А рядом с ним находится наш главный и единственный туристический объект — так называемые Пещеры Крауса. Они были там всегда, но в последнее время туристы их не посещают. Управляет этим старуха Уинифред Краус.

Хейзена поразило, с какой быстротой все отдельные эпизоды этого дела стали складываться в его голове в единую и стройную картину. Эта пещера всегда была у него под носом, но понял он это только сейчас.

Доктор Фиск понимающе кивнул.

— Да, я помню, как бродил по этой пещере, — сказал Раскович.

Лицо шерифа Ларсена побелело. Он понял, что коллега окончательно добил его, пригвоздил этим последним аргументом. Как хорошо теперь всё складывается в единую версию.

— Да, джентльмены, наш убийца скрывается в этой пещере, — повторил Хейзен для пущей важности. При этом он обвёл всех торжествующим взглядом, но, задержав его на Ларсене, не сдержал ехидную ухмылку. — Как тебе известно, Хэнк, именно в этой пещере старик Краус гнал из кукурузы свой легендарный самогон для Кинга Лавендера, называя его виски.

— Очень интересно, — воодушевился доктор Фиск и с нескрываемым восхищением поглядел на Хейзена.

— Ещё бы, — радостно подтвердил тот. — Там, в пещере, за пределами туристической зоны есть ещё одна небольшая пещера, где он и варил свой хмельной напиток. Причём делал это в огромном чане. — Шериф Хейзен с особым выражением произнёс последние слова.

Глаза Расковича стали круглыми, как пуговицы.

— В огромном чане? Настолько большом, что в нём можно сварить взрослого человека?

— Вы угадали, — расплылся в улыбке Хейзен.

Напряжение в кабинете шерифа Ларсена нарастало с каждой минутой. Казалось, даже воздух в ней был наэлектризован. Ларсен покрылся потом, и Хейзен понял, что даже ему нечего противопоставить этой версии.

— Итак, вы сами видите, мистер Фиск, — продолжил Хейзен, — что нанятый Лавендером человек вполне мог скрываться в этой пещере, а ночами выбирался на поверхность и совершал свои гнусные преступления. Причём выходил наружу босиком и делал всё возможное, чтобы эти убийства выглядели как исполнение проклятия индейских призраков. Во время «сухого закона» Кинг Лавендер специально купил этот чан для старика Крауса, чтобы тот делал в пещере свой маленький бизнес и отдавал ему всю полученную продукцию, которую он потом продавал всему округу с большой выгодой для себя. Другими словами, Кинг Лавендер держал под контролем всю торговлю спиртными напитками в нашем округе.

Шериф Ларсен вынул платок и нервно вытер со лба пот.

— Полагаю, Лавендер, — продолжал Хейзен, — специально рассказал нам сказку про то, что его верный слуга Макфелти поехал к больной матери в Канзас. Мы с мистером Расковичем выяснили сегодня, как обстоят дела с его матерью. — Хейзен сделал многозначительную паузу. — Так вот, джентльмены, она умерла двадцать лет назад. — Шериф артистично взмахнул рукой, желая добиться ещё большего эффекта. — А этот Макфелти уже давно имел серьёзные проблемы с законом. Правда, никаких убийств за ним не числилось, но он нападал на людей, хулиганил, водил машину в состоянии опьянения и так далее.

Все напряжённо молчали, иногда обмениваясь удивлёнными взглядами. И тут Хейзен добил их последним аргументом.

— Макфелти исчез из поля зрения за два дня до убийства Свегг. Думаю, он ушёл в глубокое подполье. Как справедливо заметил Хэнк, из нашего городка нельзя выйти незаметно, и уж тем более войти в него. У нас все знают всё обо всех, и я в первую очередь. Так вот, убийца скрывается в Пещерах Крауса, покидая их только ночью для совершения очередного грязного убийства.

В кабинете шерифа воцарилась мёртвая тишина. Первым её нарушил доктор Фиск. Немного прокашлявшись, он посмотрел на Хейзена.

— Прекрасная работа, шериф, а каков будет ваш следующий шаг?

Хейзен встал и обвёл всех взглядом.

— Наш город сейчас наводнён полицейскими и представителями средств массовой информации. Можно не сомневаться, что Макфелти будет скрываться в этой пещере, ожидая благоприятной возможности незаметно сбежать оттуда. Ведь он фактически закончил свою работу.

— И что дальше?

— Дальше нам придётся проникнуть в его тайное убежище и арестовать этого сукина сына.

— Когда вы собираетесь это сделать?

— Немедленно. — Он обратился к Ларсену: — Хэнк, свяжи нас с полицейским участком в Додже. Я хочу поговорить с их начальником Эрни Уэйсом. Надеюсь, он предоставит в наше распоряжение хорошо вооружённую группу для осуществления операции по захвату преступника. Причём срочно. Кроме того, нам понадобятся служебные собаки, но не те, что были у нас раньше, а хорошо подготовленные. Ну и последнее: надо как можно скорее получить у судьи Андерсона ордер на арест этого мерзавца.

— А вы уверены, что Макфелти всё ещё в пещере? — спросил доктор Фиск.

— Нет, не уверен, — признался Хейзен. — Но по крайней мере мы отыщем там недостающие доказательства его вины. Я не питаю никаких иллюзий на этот счёт и готов заявить вам вполне ответственно: этот человек крайне опасен. Даже если он делает это по приказу Лавендера, то исполняет с удовольствием и с изощрённым цинизмом. Это пугает меня больше всего. Думаю, нам не следует допускать ошибок и недооценивать опасность. — Хейзен посмотрел в окно, где на горизонте уже громоздились свинцовые тучи. — Нам надо поторопиться, иначе придётся проводить эту операцию в условиях урагана, а это облегчит ему возможность скрыться. — Он посмотрел на часы, а потом обвёл всех взглядом. — Мы начнём операцию сегодня в десять вечера и проведём её с максимальной эффективностью и организованностью.

Глава 48

Темнота в пещере была полная. Кори прислонилась к скале и, промокшая до нитки, дрожала всем телом от холода и страха. А где-то рядом двигалось чудовище, бормоча что-то под нос и шаркая ногами по мокрому полу. Это существо издавало тонким голосом какие-то странные звуки, иногда смеялось над чем-то, а иногда ворчало.

Кори с трудом совладала со страхом, парализовавшим её волю, и стала обдумывать своё положение. Первая мысль была самой ужасной — она находится в руках того самого таинственного убийцы, которого они так долго искали. Он — а Кори почти не сомневалась, что это именно он, а не она, — опутал её верёвками, обхватил двумя руками, взвалил на плечо, как мешок, и понёс по длинному лабиринту неизвестно куда. Иногда он спускался, порой поднимался, но Кори не могла определить ни направления движения, ни конечной цели. Временами под его ногами плескалась вода, а с момента начала их путешествия прошла, казалось, целая вечность. Всё вокруг постоянно менялось. Неизменным оставалось только одно — непроглядная темнота. Кори сделала неутешительный для себя вывод, что это существо двигалось либо по памяти, либо на ощупь. Следующий вывод также был не из приятных. Она чувствовала на себе его мокрые, липкие руки, отличавшиеся совершенно фантастической физической силой. Значит, вырваться из его крепких рук будет практически невозможно. Разумеется, всё это время она кричала, плакала, умоляла отпустить её, но ответом ей было молчание или едва слышное мычание.