Победа века - Коллектив авторов - Страница 79

Герой Советского Союза В. Т. Казанцев был одним из тех, кто водружал победные знамена над рейхстагом

Василий Казанцев был ранен четырежды. Ордена и почетные наименования бригады и полка за бои под Рогачевом свидетельствуют, что бойцы бились доблестно. Помимо высших наград, гвардии ефрейтор заслужил ордена Отечественной войны, солдатской Славы, медали. 3-я ударная армия — из числа особых, что бросались на самые опасные, ответственные участки. 3-я ударная штурмовала Берлин, в Берлине в штурме рейхстага участвовали ее уральские дивизии — 171-я и 150-я стрелковые. Командовал армией генерал-полковник В. И. Кузнецов — тоже уралец. Подпоручик, участник первой мировой войны, в гражданскую он командовал Верхнеуральским красноказачьим полком.

Штурмовать логово фашизма было и почетно, и смертельно опасно. В штурмовые группы отбирали бывалых и самых отважных добровольцев. Гвардии ефрейтор Казанцев был включен в штурмовую группу под командованием майора Бондаря. Перед каждой штурмовой группой была поставлена почетная задача — от лица воинов части водрузить на рейхстаге Красное знамя. В группе Бондаря знаменосцем боевые товарищи выбрали нашего земляка.

Из донесения подполковника Абиева:

«Участвуя в боях по овладению районом рейхстага… гвардии ефрейтор В. Т. Казанцев проявил себя исключительно смелым и отважным. В ожесточенных рукопашных схватках внутри главного здания рейхстага он огнем из своего автомата и гранатами уничтожил 15 гитлеровцев и взял в плен немецкого майора и обер-лейтенанта — приближенных Гитлера.

30 апреля 1945 года, в 14 часов 42 минуты, гвардии ефрейтор Казанцев первым взобрался на скульптурную группу, находящуюся над главным зданием, и поднял над рейхстагом советский флаг.

За водружение знамени над германским рейхстагом и проявленное личное мужество в боях за овладение рейхстагом тов. Казанцев Василий Тихонович достоин высшей правительственной награды — Героя Советского Союза.

Командир 1955-го ИПТА Краснознаменного полка подполковник Абиев.

4 мая 1945 года».

В дополнение к донесению комполка — свидетельство товарищей нашего земляка по штурмовой группе. Его едва не накрыло снарядом у лестницы в рейхстаг, оглушило взрывной волной. На крышу он пробивался по винтовой лестнице при поддержке автоматчиков Лященко и Докина. Как они прошли, рассказывать не будем — о том, как трудно было штурмовать рейхстаг, написано немало. Вышли на крышу — возле скульптур над главным входом. Скульптурная группа княгини Рундот показалась им не самой внушительной. Над главным входом застыли в стремительном беге богатырские кони. В осколочной пробоине в крупе одного из них Казанцев установил Красное знамя…

На приметных высотах рейхстага появлялось все больше победных знамен. (Главное из них, Военного совета 3-й армии, ставшее символом — Знаменем Победы, — было укреплено над куполом позднее.)

Но здание рейхстага еще не было взято, главные силы его защитников засели в подземельях. Выбить их оттуда была направлена в числе других войск штурмовая группа майора Бондаря. До того как немцы выбросили белый флаг, в ней мало кто уцелел.

Герой Советского Союза гвардии ефрейтор Василий Казанцев похоронен на братском кладбище в местечке Зеефельд — это в 20 километрах от Берлина. Его имя было присвоено многим пионерским отрядам и дружинам. В канун 40-летия Победы он был включен в список бригады водителей челябинского 34-го автобусного маршрута; заработанные на его имя деньги перечислялись в Фонд мира. Имя героя носит улица его родного села. В Сугояке установлен памятник ему.

А. Павлов

Пленение Власова. Е. Фоминых

Герой Советского Союза генерал Е.И. Фоминых

Мы в Чехословакии. Германия капитулировала. Можно отмечать победу над фашизмом с союзниками. Завтра, 12 мая, у нас будут гости — командир американского 12-го армейского корпуса генерал Ирвин вместе с генералами и офицерами. Подготовлен эскорт мотоциклистов, отрегулирован маршрут движения. Тыловики обещали не ударить лицом в грязь. Ансамбль сутки готовился к выступлению. Артиллеристы подготовили салют из 12-ти залпов, а оркестр разучил гимн Соединенных Штатов Америки.

Завтра самый ответственный день. Власовцы по соседству с нами, видимо, тоже не бездельничают, а мирное сосуществование с нами должно как-то закончиться. И мы к этому готовы. Командиры бригад на своих местах. Дороги перекрыты. Связь работает исправно. Ночь и завтрашний день в отношениях с предателями будут решающими. Завтра мы должны захватить в плен и Власова, и его дивизию.

12 мая рано утром я вместе с комбригом Мищенко проверил все заслоны и посты на вероятных направлениях, ведущих из лагеря власовцев в глубь американской зоны.

С помпой встретили американских гостей. Командир американского корпуса вручил ордена группе наших офицеров и памятный вымпел корпусу. Мы тоже преподнесли им подарки и памятное оружие. Были исполнены гимны наших стран, прогремел артиллерийский салют. Был приготовлен хороший обед. Всего было в изобилии, начиная от свежей рыбы и заканчивая сибирскими пельменями. Нашим гостям очень понравилась русская кухня.

Они удивлялись, что в столь короткий срок мы смогли получить с тыловых баз столь разнообразные продукты. На самом же деле мы были оторваны от баз… Но война научила солдата варить борщ из топора!

В разгар встречи полковник Мищенко, посланный с особым заданием, незаметно подозвал меня.

— Привез Власова, — сказал полковник.

— Где он?

— Вместе с Якушевым и Кучинским находится в штабе.

— Не спускай с него глаз, я скоро освобожусь. Что у них в лагере?

— Ничего особенного. С утра было движение, гудели моторы, да и сейчас то же самое. Пока все на месте.

— Ну, жди меня!

Отлегло от сердца. Главное сделано. Пленен изменник Власов.

Я вернулся к гостям. Незаметно стал сворачивать прием…

В том же саду, где состоялся прием офицеров союзников, я встретился с Власовым.

…Ко мне приближался очень высокий, сутуловатый генерал в очках, без головного убора. Одет он был в советскую генеральскую форму.

— Садитесь, Власов, — предложил я.

Он упал на стул. Артистическим жестом схватился за голову и срывающимся голосом воскликнул:

— Какой позор! Какой позор! Лучше застрелиться!

— Что же вам помешало сделать это?

— Не было оружия под рукой.

Не подумав, в мгновенном порыве я решил сбить экзальтацию, — выхватил свой пистолет, положил перед Власовым: — Пожалуйста!

Метнув на меня злобный, без всякой рисовки взгляд, он ответил:

— Нет, не время, придется эту чашу испить до дна!

— Так вот, Власов, все пути в глубь американской зоны перекрыты, — обратился я к нему. — Танковые бригады готовы исполнить свой долг по уничтожению и пленению вашего войска. Я решил — или вы напишете приказ о сдаче ваших людей и их разоружении, или я вынужден буду отдать приказ о применении к ним силы оружия. Пишите приказ!

— А если я этого не сделаю?

— Дело ваше. Я обращусь к вашим людям; думаю, они поймут.

— А если не поймут? — бросил Власов.

— Тогда поступлю так, как мне предписывает воинский долг и моя совесть по отношению к изменникам Родины.

— Дайте бумагу и чернила, — он задумался, и через секунду по бумаге побежали неровные строки:

«Приказ

Я нахожусь при командире 25-го танкового корпуса генерале Фоминых. Всем солдатам и офицерам, которые верят в меня, приказываю:

Немедленно переходить на сторону Красной Армии. Военнослужащим 1-й русской дивизии генерал-майора Буяниченко, находящейся в расположении танковой бригады полковника Мищенко, немедленно перейти в его распоряжение. Всем гарантируется жизнь и возвращение на Родину.

Генерал-лейтенант Власов 12/5-45 г. в 20.15»

Во все части власовцев с этим приказом, все экземпляры которого Власов собственноручно подписал, были высланы офицеры штаба корпуса. Сдача оружия, построение в колонны и отправка в лагерь под Прагу прошли без происшествий. В некоторых власовских частях этот приказ встретили криками «ура»…