Полночное обещание (ЛП) - Грант Донна - Страница 57

Малкольм .

Имя взорвалось в ее сознании. Она немедленно остановилась, ее разум вспомнил о Малкольме и его ранах. Фигура начала танцевать снова, подтягиваясь ближе и ближе, пытаясь снова очаровать ее.

Власть фигуры над ней ушла. Она вспомнила Малкольма, вспомнила, зачем использует магию: чтобы помочь ему. Живот отяжелел от мысли, что она практически забыла о людях, что рассчитывают на нее. Эви попыталась уйти, но пламя, не вредившее ей до этого, начало обжигать ее.

— Нет! — закричала она.

Она напряженно вслушивалась в бой барабанов, но не было ничего, кроме потрескивания огня. Эви закрыла уши руками и согнулась.

— Малкольм!

Фигура взяла ее за руку, но девушка выдернула ее. Она должна вернуться к Малкольму, должна вернуть свою магию, чтобы помочь ему. Эви побежала сквозь огонь, не обращая внимания на пламя, сжигавшее ее кожу и одежду.

Было такое ощущение, что она пробежала целые мили, заставляя тело преодолевать пределы допустимого, когда обнаружила себя в комнате, лишенной всякого света. Она упала на землю, когда ее ноги отказали. Малкольм предупреждал, что ей придется делать выбор — невозможный выбор, соблазнительный и заманчивый выбор.

Эви вытолкнула темную фигуру из своего сознания и сосредоточилась на древних. Именно с ними она могла избавить Малкольма от крови Драу.

— Пожалуйста, — прошептала она.

“Ты отвернулась от нас”, — произнесли древние, их голоса окружили ее и вторили, друг другу пока у нее не заболели уши.

— У меня не было выбора. Я всего лишь пыталась помочь своему брату.

“ Ты должна была прийти к нам ”.

Эви опустила голову.

— Накажите меня любым способом, каким захотите, но умоляю вас, помогите мне спасти Малкольма.

“Он предал своих друзей, он убийца”.

— Все, что он делал, было ради его семьи. Он умирает из-за меня!

Древние молчали мгновенье, прежде чем сказать: “Ты хочешь использовать свою магию, чтобы убить”.

Эви хотела отрицать это, но было бесполезно. В этом сказочном мире древних, они с легкостью могли заглянуть в разум Друидов. Они видели истину каждой мысли, каждого желания. Каждой мечты.

— Да. Джейсон Уоллес зло. Он должен умереть.

“Драу не может быть убит”.

От этих слов Эви сжалась, будто ее с силой ударили в грудь.

— Должен же быть хоть какой-то способ остановить его.

“Он есть”.

— Какой? — требовательно спросила она, когда они замолчали. — Скажите мне!

Но ответа не последовало. Древние оставили ее без надежды на исцеление Малкольма и без ответа относительно Джейсона Уоллеса.

Она снова побежала, но это было, словно она стояла на месте. Ничто не двигалось, ни единого проблеска света. Она потерялась. Потерялась во тьме, и все ее страхи окружили ее.

— Эви!

Ее глаза распахнулись, и она увидела Риса, склоняющегося над ней, в то время как сама она лежала на полу. Мгновеньем позже ожесточенная изнурительная агония взорвала ее. Боль была настолько велика, что она не могла дышать. Было чувство, словно каждый кусочек ее кожи был содран с ее тела, дюйм за дюймом.

Она пыталась отстраниться от боли, но не смогла игнорировать это. Она слышала голоса вокруг себя, но не могла понять, о чем они говорили. Они попыталась протянуть руку и дотронуться до Малкольма. Ее магия могла помочь ему, она уверена в этом. Она лишь должна найти способ преодолеть боль.

— Не сейчас, милая, — произнес Гай рядом с ней. Его голос был настойчив, тон низок. Был хныкающий звук, и только тогда она поняла, что он исходит от нее. — Тебе нужно отдохнуть. Мы присмотрим за Малкольмом.

Эви закричала, когда кто-то коснулся ее руки, и это спровоцировало новую волну боли.

— Кон! — прокричал кто-то.

Эви закрыла глаза и ушла в себя, ища способ уйти от боли. Было чувство, будто она упала в огонь. Даже лицо болело.

— Медленно, дыши ровнее, Эви, — призывал Рис рядом с ней.

Она пыталась сказать ему, что ей больно дышать, но не смогла выдавить и звука.

— Я могу помочь.

Эви узнала голос Фелана. Она не хотела его помощи, но не могла сказать ему об этом. Когда она подумала, что боль действительно может убить ее, что-то горячее закапало на ее кожу, и агония немедленно начала спадать.

— Я ушел на пять минут, а когда вернулся, увидел, что Эви покрыта ожогами. Что, черт возьми, произошло? — требовательно спросил Фелан.

Эви открыла глаза и увидела, что Фелан грозно смотрит на Риса и Гая.

— Я не знаю, — ответил Гай.

Рис провел рукой по лицу и вздохнул.

— В одну минуту она сидела на стуле, а в следующее мгновенье лежала на полу, ожоги покрывали ее тело, опалив даже ее одежду.

Эви сделала глубокий вдох, чем привлекла всеобщее внимание. Боль убывала и становилась просто воспоминанием, а на ее место пришло осознание, насколько близка она была к смерти. В этот момент в комнату ворвался Кон.

— Что случилось? — спросил он, нахмурив брови.

Эви вздрогнула, когда села и посмотрела на свои руки, и обнаружила большие прожженные дыры на своем черном свитере.

— Я пыталась с помощью своей магии исцелить Малкольма.

— Все к тому и шло, — сказал Рис.

— Я была с древними, а затем… все исчезло. — Эви взглянула вверх, на Кона, потом на Фелана, ощутив дрожь во всем теле. — Там было что-то еще со мной.

— Что это было? — спросил Константин.

Она пожала плечами, желая забыть, но знала, что это будет преследовать ее до конца ее жизни.

— Человек, нечто? Я не знаю. Оно просто было там. Это было так соблазнительно, что я не могла удержаться. Я пошла к нему, но когда попыталась уйти, пламя не позволило мне.

— Как только на ее коже начали появляться ожоги все исцеление, что она сделала для Малкольма, отменилось, — сказал Гай.

Эви подняла дрожащую руку ко лбу.

— Я лишь хотела помочь Малкольму, но теперь древние не помогут мне. Они назвали меня предательницей.

— Отдохни, и попробуешь снова, но позже, — сказал Фелан, когда взял ее за руку и поставил ее на ноги. — Древним просто нужно немного времени.

Эви должна сказать им еще кое-что. Она снова села на стул и произнесла:

— Подождите, — когда Кон и Гай начали выходить. — Есть еще кое-что.

— Еще? — спросил Фелан, нахмурив лоб.

— Я спросила древних, есть ли способ уничтожить Джейсона Уоллеса. Они сказали, что есть.

— И? Какой же? — спросил Гай.

Эви проглотила ком в горле.

— Они отказались отвечать мне.

Глава 37

Фелан смотрел в большое окно в гостиной, не видя раскинувшихся зеленых пастбищ Дреагана, простирающихся перед ним. Его мысли сосредоточились на Друиде наверху.

Он не смог убедить Эви оставить Малкольма. Фелану хотелось верить, что это было, потому что она искренне беспокоилась за Малкольма, но он знал как обманчивы, могут быть Драу.

Волна изысканной, обольстительной магии накрыла его, мгновенно заставляя его член затвердеть. Он повернулся и направился к входным дверям, чтобы поприветствовать Эйсли. Когда он открыл дверь, Харон припарковал “Мерседес”, а Эйсли выскочила с заднего сиденья и бросилась к нему.

— Что произошло? — спросила она, как только обняла его.

Фелан сжал ее, его взгляд встретился с Хароном.

— Малкольм не очень хорош. Ни Кон, ни я не в состоянии исцелить его.

— Не это я хотел услышать, — произнес Харон, когда подошел вместе с Лаурой.

Эйсли высвободилась из рук Фелана и обхватила его лицо.

— Что от меня требуется?

— На самом деле, есть то, в чем ты и Лаура можете помочь мне.