Гангстер - Каркатерра Лоренцо - Страница 64

— Но вы же сказали, что никогда не видели никаких субмарин, — удивился я.

— Так что мы спокойно делали деньги, не тревожась о том, что федеральные агенты снова примутся хватать нас за пятки, — продолжал Анджело, не обращая внимания на сильные порывы ветра, завывавшие в сваях, подпиравших край пирса. — Кроме того, я ведь никогда не говорил, что субмарин здесь не было. Я только сказал, что мы не видели ни одной.

— Но вы хотя бы искали их? — не отступал я.

Анджело посмотрел на меня и пожал плечами. Его зачесанные назад волосы волшебным образом оставались в полном порядке, несмотря на ветер, а красивое лицо было твердым, как камень.

— Это была бы пустая трата моего времени, — сказал он. — Я ведь никогда не учился искать субмарины под водой.

Мы перешли Западную 44‑ю улицу и направлялись в жилые кварталы города, когда я заметил, что за нами едет автомобиль. В черном четырехдверном «Форде—Комета» сидели три пассажира: два на переднем сиденье смотрели вперед и пытались придать своим лицам скучающее выражение, а тот, что сидел на заднем, смотрел в боковое стекло и почему–то тер ладонью щеки и лоб. Я взглянул на Анджело и понял, что он увидел их намного раньше, чем я, вероятно, еще когда они повернули за угол, навстречу солнечному свету.

— Ты ведь знаешь, где найти Пудджа, верно? — Он глядел прямо перед собой, держался расслабленно, голос звучал совершенно спокойно. — Не поворачивай голову. Просто скажи.

— Да, — ответил я хриплым от холода и страха голосом.

— Когда я хлопну тебя по плечу, беги к нему и скажи, где я. Потом возвращайтесь сюда поскорее, а мы с Идой постараемся задержать этих парней насколько сможем.

— Может, будет лучше, если я останусь и помогу драться с ними? — спросил я, словно не слыша слов Анджело, и украдкой взглянул на автомобиль, который поползал все ближе.

— Мне уже приходилось это делать, — ответил Анджело. — И собаке тоже. А тебе — нет. Кроме того, Ида не захочет убегать от возможной драки. Стремление драться заложено в ее природе. Так что, если я отошлю ее искать Пудджа, она страшно расстроится.

— Они хотят убить вас? — Я изо всех сил старался не позволить своему телу затрястись от страха.

— Именно за это им кто–то заплатил.

Парень, сидевший на пассажирской стороне, и тот, который ехал сзади, одновременно, как по команде, открыли окна; в холодном свежем воздухе было хорошо видно, как из машины вырвались облачка густого табачного дыма. «Комета» медленно проехала мимо и остановилась за три автомобиля от нас, три из четырех дверей открылись, но мотор продолжал работать на холостом ходу. Я отвернулся от автомобиля и взглянул на Анджело.

— Отсюда до ресторана всего два квартала, — сказал я. — Почему вы не хотите бежать вместе со мной?

— Я так не поступаю, — сказал он успокаивающим тоном. — Мне нельзя убегать.

Я взглянул в темные, как вороново крыло, глаза, кивнул и, не говоря больше ни слова, повернулся и со всех ног кинулся бежать по улице, оставив Анджело и Иду вдвоем против троих наемных убийц.

Анджело с Идой между тем шли дальше, приближаясь к «Форду—Комета». Он был уже так близко, что Анджело отчетливо видел лица киллеров, возбужденные и покрытые каплями пота, несмотря на зимний холод. Опыт сказал ему, что он имеет дело не с профессионалами высокого класса. Серьезные стрелки не стали бы тратить впустую столько времени, чтобы разделаться с ним. Они просто подъехали бы, притормозили на проезжей части, отстрелялись и умчались прочь. Значит, тот, кто заплатил деньги этому трио, хотел еще и привлечь внимание Анджело, заранее дать ему знать, что его ожидает смерть. Ну а если этим троим удастся оставить его лежать, истекая кровью, на тротуаре рядом с припаркованными автомобилями, то ничего лучшего и не надо.

Всего несколько шагов отделяло Анджело от задней пассажирской двери, когда из–за угла на скорости вывернул «Кадиллак» с его постоянными телохранителями и резко затормозил, преградив дорогу «Форду». В «кадди» сидело четверо людей Анджело, каждый из которых не задумываясь убил бы кого угодно по одному лишь кивку головы своего босса. Анджело посмотрел на троих, все еще сидевших в «Комете». Двое на переднем сиденье держали в руках по пистолету, у одетого в ковбойском стиле парня с заднего сиденья было сразу два, все со взведенными курками и готовые к стрельбе. Но сейчас парни застыли, не смея даже пошевелиться: слишком силен был охвативший их страх, чтобы они решились поднять оружие и открыть огонь. Наркотики и спиртное, под действием которых они решились на эту поездку, не могли подвигнуть их на следующий, решающий шаг. Анджело всмотрелся в каждое из лиц и получил подтверждение тому, что знал заранее. Они выехали на дело утром с карманами, набитыми деньгами, снедаемые жаждой убийства и стремлением воспользоваться шансом сделать себе имя в бизнесе, где убийство открывает самый быстрый путь к карьерному продвижению. Там, откуда они приехали, они были крутыми головорезами, не видевшими для себя никакого будущего, кроме как быть гангстерами. Теперь, под холодным ветром и яр–ким светом реальности, все трое оказались перепуганными мальчишками, взвинтившими себя разговорами у стойки бара и взаимными подначками, чтобы выступить против человека, которого они знали только по газетам да могли мельком видеть по телевизору. Они имели о нем представления не больше, чем школьник — о звезде бейсбола после того, как прочтет статистическую справку на обороте подобранной на улице программки матча.

Четверо людей Анджело окружили «Комету», держа пистолеты в руках, готовые изрешетить пулями троих незадачливых стрелков. Анджело наклонился к открытой двери и пристально посмотрел на каждого из киллеров. Он стоял, положив руку на дверцу автомобиля, ветер трепал полы его расстегнутой куртки.

— Назовите мне имя, — сказал он сидящим во все еще не проветрившемся от дыма салоне, — и останетесь живы. Если откажетесь, то умрете и при этом будете горько сожалеть, что взялись за это дело и поехали сюда. И что вообще родились на свет.

— Марш, — сказал тот, кто находился прямо перед Анджело, на переднем пассажирском сиденье. Он пытался поддержать свою видимость крутого парня, но его голос предательски задрожал. — Джимми Марш, это он нам заплатил.

Анджело смотрел в глаза молодого человека и видел мальчишку с оружием на коленях, одетого в черную кожаную куртку и джинсы, пахнущего недавно выпитым виски и неспособного справиться со своими трясущимися руками.

— Кто знает этого Джимми Марша? — обратился он к своей четверке.

— Я знаю, — сказал самый рослый из группы — молодой, красивый парень, бывший рядом с Анджело с тех пор, как его ребенком оставила в вестибюле дешевого доходного дома мать–наркоманка, сделавшая свой последний в жизни укол. — Мелкий рэкетир, сшибающий наличные с нескольких торговцев мясом. Если у него и есть своя команда, то народ в ней будет не лучше вот этих. — Он презрительно кивнул на несостоявшихся убийц.

— Энтони, найдите его, прежде чем он сядет завтракать, — сказал Анджело. — И хотелось бы, чтобы он умер раньше, чем я закончу свой завтрак.

— А как быть с этими? — спросил Энтони.

— Покажите им дорогу на автостраду, — сказал Анджело и еще раз оглядел, прищурившись, всех троих. — И если кто–нибудь из них еще раз появится в нашем городе, убейте без разговоров.

Энтони кивнул и вместе со своими товарищами вернулся к стоявшему с открытыми дверями «Кадиллаку». Они не спеша уселись, захлопнули двери и поехали туда, где находилась развязка вест–сайдского шоссе следом за «Кометой», в которой сидели молодые люди, считавшие себя достаточно бессердечными для того, чтобы захотеть и смочь стать гангстерами.

Я сидел с ногами в кресле Анджело и наблюдал за приключениями Роберта Стака, который в роли Элиота Несса вел «Неприкасаемых»[24] от успеха к успеху. Анджело и Пуддж сидели в расслабленных позах рядом друг с другом на диване и, стараясь не выдавать своего интереса, ожидали поимки телевизионного гангстера.