Князья тьмы. Пенталогия - Вэнс Джек Холбрук - Страница 283

«Госпожа Клидхо, послушайте меня! Не доверяйте Ховарду Трисонгу. Он хитер и чрезвычайно опасен».

Тьюти махнула толстой рукой: «Не учите меня жить. Я его прекрасно знаю. Ховард — развратный помешанный выродок, хиляк и трус, лапавший девочек и задиравший мальчиков послабее и помладше. Из мелочной зависти он уничтожил моего Нимпи! С тех пор он нисколько не изменился. Ха-ха! Само собой, старый Клидхо и я рады встретить его с распростертыми объятиями! Теперь вставайте! И помните, что вы для меня — никто». Она заставила их пройти на кухню и открыла люк в полу: «В погреб, живо!»

Алиса взяла Герсена за руку и увлекла его за собой вниз по ступеням в окруженное бетонными стенами помещение, пропитанное запахами инопланетной плесени, старых бумаг и специй.

Люк захлопнулся, со звоном задвинулся засов. Герсен и Алиса остались в полной темноте.

Герсен поднялся по лестнице к люку и прислушался. Тьюти не сдвинулась с места. Герсен представил себе, как она стоит в кухне, расставив ноги и с мрачной сосредоточенностью направив дуло лучемета на люк погреба. Прошло еще полминуты; половицы скрипнули — Тьюти ушла.

Герсен принялся ощупывать потолок и стены вокруг лестницы, надеясь найти выключатель и зажечь свет, но безуспешно. Согнувшись на одной из верхних ступенек, он нажал на люк ладонями обеих рук; засов затрещал, но выдержал сравнительно небольшое усилие, возможное в таком неудобном положении.

Герсен продолжал ощупывать ближайшие поверхности. Сверху тянулись параллельные балки перекрытия пола, больше ничего существенного он не нашел. Когда он спустился с лестницы, из темноты прозвучал голос Алисы: «Здесь, внизу, почти ничего нет. Не могу нащупать никакие двери. Только ящики, наполненные хламом».

«Мне нужна какая-нибудь доска или деревянный брус», — сказал Герсен.

«На полу только ящики и старое тряпье».

Герсен обследовал ящики на ощупь: «Давай вытряхнем их содержимое. Если мы сможем установить их на лестнице так, чтобы я мог как-нибудь упереться спиной в люк и ногами в перекладины...»

Через десять минут Герсен взобрался на шаткое сооружение из ящиков: «Не стой прямо подо мной. Все это может обвалиться... Попробуем!» Кое-как устроившись на ящиках лицом вниз, он уперся плечом в люк, раскинул ноги и нащупал ступнями перекладины пола. Распрямляя ноги, согнутые в коленях, он приложил к люку усилие бедренных мышц. Петля засова сорвалась, люк распахнулся, и Герсен вывалился наружу, ударившись об край кафельного пола.

Поднявшись на ноги, Герсен помог Алисе взобраться по лестнице, после чего задержался у прилавка, сравнивая кухонные ножи Тьюти Клидхо. Выбрав пару ножей потяжелее, он засунул их за пояс, взял мясницкий топорик и взвесил его в руке.

Алиса нашла холщовый мешок: «Положи это сюда, я возьму мешок с собой».

Они подбежали к выходной двери и внимательно осмотрели улицу. Убедившись в том, что вокруг никого нет, они вышли наружу, погрузившись, как под воду, в звенящий от насекомых влажный и теплый вечерний воздух.

Держась в тени деревьев и домов, Герсен и Алиса поспешили к конечной станции поезда — нескольким покосившимся дощатым строениям в ста метрах от периметра.

«Тьюти разозлится, если мы нарушим ее планы, — заметила Алиса. — Настырная, неистовая особа!»

«Старая карга нарушила наш уговор, — отозвался Герсен. — Теперь потихоньку, не торопись. Мы не хотим, чтобы нас заметили».

Их обоняние атаковала тяжкая вонь: едкий сладковатый запах скисшей и забродившей гнили. Выглядывая из-за прикрытия густой листвы, они обнаружили источник оскорбительного аромата. У большого бункера стоял полный седой человек с сонно полуопущенными веками и незлобивым выражением лица. Он направлял поток розовато-серой пульпы, выливавшейся из бункера в напоминающую корыто цистерну на железнодорожной платформе. Под смотровым куполом кабины локомотива сидела Тьюти, наблюдавшая за процессом через плечо и державшая рычаг дросселя.

Человек, стоявший у бункера, махнул рукой, отвернулся и зашел в ремонтное депо. Тьюти потянула на себя рычаг; локомотив и цистерна тронулись с места. Ховард Трисонг поднялся из укрытия и сел на какие-то ящики за спиной Тьюти. Сзади, из-за кустов, выбежали два человека: Шахар и Умпс. Поравнявшись с движущейся цистерной, они схватились за поручни и вскочили на небольшую заднюю площадку. Поезд удалялся в лес и скрылся за поворотом.

Герсен направился в депо. Полный пожилой человек взглянул на него и повелительно указал большим пальцем на выход: «Посторонним вход воспрещен».

«Я не посторонний, — заявил Герсен. — Я хороший знакомый госпожи Клидхо».

«Вы опоздали. Она только что повезла корм на станцию, захватив с собой племянника».

«Мы собирались поехать вместе с ними. Но поезд ушел, как говорится. Есть какой-нибудь другой локомотив, на котором можно было бы их догнать?»

Джозеф указал на старую ржавую машину, помятую и гнутую, установленную на деревянных блоках и лишенную колес: «Вот номер семнадцатый, нуждается в капитальном ремонте. В один прекрасный день я поставлю его на новые колеса — когда будет время и когда кто-нибудь за это заплатит».

«Как далеко отсюда до станции?»

«По рельсам — сто километров с лишним. По воздуху, конечно, проще и короче, но в поселке нет никаких аэромобилей. Летать здесь запрещено: это нарушает экологический баланс и пугает зверей».

«Сто с чем-то километров? Десять часов непрерывной пробежки».

«Хо-хо! — развеселился Джозеф. — Может быть, вам удастся пробежать километра полтора, прежде чем из болотной тины высунется глаз, а за ним — двадцатиметровое щупальце с когтистым захватом на конце. Вы взлетите на воздух, шлепнетесь в болото и погрузитесь в тину, а потом... Кто знает? Ни одна душа еще не вернулась, чтобы рассказать, что там делается».

Алиса указала на другой механизм, стоявший на рельсах: «А это что?»

«Это дрезина для инспекции путей. На ней нельзя перевозить грузы, но она проворно катится — особенно там, где нет крутых поворотов».

Герсен прошелся вокруг дрезины — платформы на четырех колесах с парой плетеных тростниковых сидений под полусферическим прозрачным куполом, забрызганным раздавленными насекомыми. Приборы управления отличались предельной простотой: пара рукояток, пара переключателей и циферблатный индикатор.

«Красавицей ее не назовешь, но едет она без помех, — со скромной гордостью заявил Джозеф. — Я сам ее сделал».

Герсен достал хрустящую банкноту и протянул ее Джозефу: «Я хотел бы воспользоваться дрезиной. Госпожа Клидхо с нетерпением ожидает нашего прибытия. Машина готова к отъезду?»

Джозеф рассматривал купюру: «Это не предусмотрено правилами. По сути дела...»

«Завтра, когда мы вернемся, вы получите еще двадцать СЕРСов. Наше отсутствие очень огорчит супругов Клидхо, а это важнее правил».

«Вы не работаете на Корпорацию! Важнее правил здесь ничего нет».

«Жизнь важнее правил. Деньги важнее правил».

«Верно. Что ж, официально и во всеуслышание я запрещаю вам пользоваться дрезиной! Черная рукоятка управляет дросселем, красная — тормозом. Переключатель переводит стрелки на путях. На первой развилке следуйте правым путем — левый ведет на север, к наблюдательному посту в болотах Сальми. На второй развилке следуйте левым путем — правый спускается к грязевым нерестилищам рыжих приматов. На третьей развилке один путь ведет прямо к станции, а другой огибает кормовой луг и возвращается к станции. Так что — направо, потом налево, а в конце — по любому пути. Теперь я пойду домой и сегодня не вернусь. Тем не менее, помните, что я запретил вам находиться на станции и пользоваться оборудованием».

Джозеф повернулся и решительно вышел из депо. Герсен взобрался на платформу дрезины. Он потянул на себя черную рукоятку — дрезина покатилась вперед. Алиса проворно вскочила на соседнее сиденье. Герсен передвинул рукоятку дальше — дрезина покинула станцию и углубилась в джунгли.

Глава 18