Князья тьмы. Пенталогия - Вэнс Джек Холбрук - Страница 186

«Точно не знаю. Надо думать, спрос практически отсутствует».

«Надо думать. Что ж, я возьму ваши акции по исключительно символической цене. Пятидесяти СЕРСов должно быть достаточно».

Чансет поднял брови: «Вы не шутите? За тысячу акций, каждая из которых номинально эквивалентна десяти унциям дуодециматов?»

«Десяти унциям несуществующих дуодециматов. Ваши акции ничего не стóят».

«Само собой — если кто-нибудь не возьмет на себя возмещение убытков акционерам. Насколько я понимаю, таково ваше намерение».

«Вам лучше судить, насколько целесообразно такое намерение».

«Тем не менее, пятьдесят СЕРСов — ничтожная сумма».

Герсен скорбно вздохнул: «Я готов заплатить сто СЕРСов — и ни сантима больше».

Чансет подошел к стенному шкафу, вынул из него папку и положил ее перед Герсеном: «Вот ваши акции. Они принадлежат предъявителю. Нет необходимости подписывать документ, подтверждающий их передачу».

Герсен уплатил сто СЕРСов: «Конечно же, это деньги, выброшенные на ветер».

«Согласен».

«Как у вас оказались эти акции?»

Чансет усмехнулся: «Они мне вообще ничего не стоили. Я обменял их на столь же бесполезные бумаги — акции давно не функционирующей горнопромышленной корпорации».

«Горнодобывающей и разведочной компании «Дидроксус», надо полагать?»

Чансет взглянул на Герсена с внезапным подозрением: «Откуда вам это известно?»

«В реестре МБА компания «Дидроксус» значится как подразделение фонда «Котцаш», но в нем не указаны какие-либо активы этой компании».

«Верно. Единственный ее актив — право вести горнопромышленные работы на Шанитре, луне Метеля».

«Право на разработку целой луны? Ценная концессия!»

Чансет холодно улыбнулся: «Разведочные работы на Шанитре предпринимались сотни раз. Спутник Метеля — не более чем гигантский кусок пемзы. Я обменял одни бесполезные бумажки на другие».

«А другие — на сотню СЕРСов. Прибыльный обмен!»

На лице Чансета снова промелькнула ледяная усмешка: «Могу предложить бесплатный совет, который стóит гораздо больше. Если вы намерены открыть отделение своего банка в Сержозе — или где-нибудь в другом месте на Дар-Сае — откажитесь от своего намерения. Здесь вам нечем поживиться. Практически вся торговля контролируется Метленом. Вам не удастся проникнуть на этот рынок, а дарши редко пользуются услугами банков».

«Я учту ваши рекомендации, — Герсен поднялся на ноги. — Передайте мои наилучшие пожелания вашей дочери — и сожаления по поводу того, что ее огорчило мое поведение. При первой же встрече не премину принести ей извинения лично».

«Пожалуйста, не беспокойтесь, — отозвался Чансет. — Она уже забыла об этом инциденте. В любом случае, мы скоро возвращаемся на Метель». Он коротко поклонился: «Желаю вам всего наилучшего».

Герсен вышел из кабинета директора. Ее благородие Джердиана продолжала сидеть в зале ожидания в компании подруги и закусывала печеньем. Герсен вежливо ей кивнул, но она только взглянула куда-то в пространство, словно он был невидимкой.

Герсен вышел на площадь. Неподалеку пыльно-голубой дендрон, усеянный шишковатыми белыми и красными бутонами, осенял наподобие зонта несколько столиков кафе. Герсен нашел свободный столик в тенистой нише, и ему подали свежезаваренный чай.

Сидя в кафе, Герсен размышлял о возможном развитии дальнейших событий. Путаница обстоятельств приводила в замешательство и напоминала лабиринт из паутины, посреди которого маячила зловещая тень, готовая отреагировать на малейшую вибрацию нитей. Герсен улыбнулся причудливости своего воображения. Несомненно, где-то притаился Ленс Ларк. Им мог оказаться тяжеловесный субъект, пожиравший пирожное с кремом за соседним столиком — кто знает? Так же, как все «князья тьмы», Ленс Ларк старательно сохранял инкогнито. В лабиринте вероятностей Герсена теперь связывала с ним единственная нить — точнее, прядь, сплетенная из нескольких нитей, каковыми служили синдикат «Котцаш», Оттиль Паншо, компания «Дидроксус», когда-то занимавшаяся бесплодными разработками на Шанитре (почему Паншо позаботился обменять бесполезные акции на права этой компании?) и, в последнее время, возможно, Дасвелл Типпин (почему Типпин, вопреки недвусмысленным указаниям Герсена, немедленно направился в управление Оттиля Паншо, и кто был одетый в нетрадиционный костюм дарш, с которым Типпин встретился в этом управлении?).

Следующий виток нити «Котцаш» вел, судя по всему, к Нихелю Кахусу, обитавшему под шатром Инкина и владевшему 600 акциями «Котцаша». Каким образом Кахус приобрел такую крупную долю акционерного капитала фонда, эквивалентную трем тоннам «черной массы»? Каковы бы ни были методы Кахуса, следовало связаться с ним раньше, чем это сделает Дасвелл Типпин или кто-нибудь еще... При мысли о Типпине Герсен раздраженно повел плечами. Вполне возможно, что он допустил серьезную ошибку, когда завербовал Типпина. Сначала служащий «Приюта путешественников» показался ему полезным в качестве сборщика небольших пакетов акций, но теперь возникало впечатление, что Типпина интересовали гораздо более крупные сделки.

Кто был Кахус, и где находился шатер Инкина?

Над входом находившейся рядом лавки бросалась в глаза вывеска:

«ФАКТОРИЯ ПУСТЫНИ

Оборудование для туристов

Сведения для путешественников

Организация экспедиций и экскурсий

Услуги проводников

Наблюдайте за подлинным хадолом в безопасности и комфорте!»

Герсен прошелся, чтобы заглянуть в витрину этой лавки. Внутри были выставлены различные машины и товары, упрощавшие передвижение и выживание в пустыне: пескоходы с прозрачными сферическими кабинами, компактные глиссеры, халаты вроде тех, какие носили дарши, сапоги с теплоизоляцией и нательные комбинезоны, комплекты оборудования для кондиционирования воздуха и тому подобное. По обеим сторонам стеллажа для книг, карт и брошюр хозяин лавки установил два рекламных плаката на пюпитрах. Первый, под заголовком «К СВЕДЕНИЮ ТУРИСТОВ», содержал мелкий текст, не поддававшийся прочтению через стекло. Второй плакат был напечатан большими ярко-желтыми буквами на ярко-зеленом фоне:

«БОЛЬШОЙ ХАДОЛ

в Динкельстоне, в безрассудень 10 го мирмона.

Один из лучших матчей сезона!

Не пропустите!

Совершите поездку в сопровождении нашего опытного проводника и станьте свидетелем типичного даршского зрелища!»

Герсен зашел в лавку и купил книгу под наименованием «Кланы Дар-Сая», комплект карт и брошюру «Путеводитель по шатрам».

Вернувшись под сень голубого дендрона, Герсен разложил перед собой карту — бумажную ленту в три локтя длиной и в локоть высотой, размеченную различными цветами на фоне песчаного желтого оттенка. Сплошные зеленые полоски, окаймлявшие карту сверху и снизу, были помечены надписью «ТРЯСИНЫ». Черными звездочками были отмечены четыре главных населенных пункта: Сержоз, Родник Ваббера, Динкельстон и Бельфезер, большими черными пятнышками — поселки поменьше, маленькими пятнышками — отдельные шатры. Исторические достопримечательности или места, где устраивались зрелища, привлекавшие внимание туристов — «Портальный кран Душителя», «Турмалиновые башни», «Скорпионовая ферма», «Многочленская равнина», «Пескорубка» — были отмечены крестиками или пунктирными контурами. Зоны различной расцветки, крупные и небольшие, соответствовали территориям различных кланов. Герсен нашел «Зону Бугольдов» и «Шатер Бугольдов» примерно в трех тысячах километров к северу от Сержоза... Подняв голову, Герсен заметил Дасвелла Типпина, поспешно ковылявшего по площади с озабоченно-сосредоточенным выражением на лице. Глаза его бегали по сторонам, но он не заметил Герсена, сидевшего в тенистой нише. С насмешливым любопытством Герсен наблюдал за тем, как Типпин скрылся в помещениях банка «Чансет». Встреча Типпина с Адарио Чансетом не сулила никакой выгоды ни тому, ни другому. Продолжая поглядывать на выход из банка, Герсен сложил карту и стал просматривать монографию «Кланы Дар-Сая». В первой главе вкратце излагалась история раннего заселения планеты — строительства шатров и формирования кланов. Во второй, третьей и четвертой главах описывались типичные условия жизни кланов, взаимоотношения их представителей, привычки, связанные с воспроизведением потомства, кастовые различия и развлечения. В пятой главе подробно анализировалась игра в хадол; автор придерживался той точки зрения, что игры любого конкретного человеческого сообщества можно было рассматривать как микрокосм, отражающий характер самого общества... Из банка вышел Дасвелл Типпин — совсем не так поспешно, как вошел. Тревожно оглядевшись, Типпин поплелся в кафе и уселся спиной к Герсену, метрах в десяти.