Эпоха возрождения (СИ) - Завадский Андрей Сергеевич - Страница 87

Короткая радиограмма была принята на борту "Краснокаменска" и расшифрована в течение считанных десятков секунд, после чего командир сообщил собравшимся в рубке офицерами:

-- Разведка обнаружила японский конвой на траверзе острова Симушир. Транспорт и два корабля эскорта. Однозначно, конечная точка их маршрута - Камчатка. Они идут к нам навстречу, и мы сделаем все, чтобы эти корабли никогда не добрались до суши!

Штурман склонился над картой с линейкой и транспортиром, пытаясь рассчитать, а, точнее, угадать, ту воображаемую точку, где пересекутся на какой-то миг курсы японских кораблей и русской подлодки. "Краснокаменск", подчиняясь приказу своего командира, изменил курс, уходя дальше от берега, растворяясь в глубинах Тихого океана. Но на переставшей существовать для других подлодке благодаря гидроакустическому комплексу МГК-400 "Рубикон" знали обо всем, что происходило вовне. И, наконец, акустик, сдавленный со всех сторон переборками своего тесного отсека, сообщил:

-- Шум винтов по пеленгу двести двадцать! Групповая цель!

Три корабля под флагами японских ВМС шли на север по водной пустыне Тихого океана. Остались далеко в стороне выраставшие из океанских волн сторожевыми башнями острова Курильской гряды, надежно запиравшие непрошеным гостям путь в Охотское море, к русским берегам. Десантный транспорт "Кунисаки" величаво покачивался на волнах, а вокруг цепными псами метались корабли эскорта, непрерывно ведущие наблюдение и поиск целей. Время от времени с палубы эсминца поднимался в небо вертолет, описывая широкие круги, центром которых являлось идущее компактным строем соединение. Но водная поверхность была пуста до самого горизонта, а пронзавшие глубины импульсы сонаров рассеивались в пространстве, не встречая на пути никаких препятствий. И лишь на экранах РЛС контроля воздушного пространства изредка появлялись отметки, обозначавшие противолодочные самолеты Р-3 "Орион", барражировавшие вдоль Курильской гряды.

Никто в экипажах японских кораблей, начиная от командующего соединением и до помощника кока, не верил, что в этих водах может произойти встреча с противником, давно списав со счета русских моряков. Это было очередное рутинное плавание, и расслабившиеся от подобной мысли офицеры, коротая очередную вахту на мостике десантного корабля, вели неспешный разговор.

-- Русские беспомощны и не помешают нам в открытом море, - произнес, уставившись в иллюминатор, старший помощник, в отсутствие уединившегося в своей каюте капитана командовавший сейчас на "Кунисаки". - Их флот давно уже перестал существовать, равно как и авиация. Сверхзвуковые ракетоносцы "Бэкфайр", которых опасались в былые времена даже американцы, давно сгнили на своих аэродромах, превратившись в металлолом, а иных боевых самолетов на смену им так и не появилось. Несколько ракетных катеров "Тарантул" опасны только у берега, а больше ничего гайдзины нам не смогут противопоставить.

Штурман, склонившийся над монитором приемника навигационной системы GPS, отвлекшись от расчетов, взглянул на старпома, качая головой:

-- У русских в строю уже есть несколько атомных подлодок, в том числе не меньше одного "Оскара". И они полным ходом ведут восстановление своих эсминцев!

-- "Оскар", даже если он и впрямь готов к выходу в море, надежно заперт в гавани Владивостока, которая находится под непрерывным наблюдением, и русские не успеют отойти от берега и не полсотни миль, прежде чем на их подлодку начнет охоту весь наш флот. А эсминцы, долгие годы стоявшие на якоре, находятся в таком состоянии, что их достройка затянется на месяцы, если не на годы. Да их что могут два или три корабля против целой эскадры, кроме как геройски погибнуть в неравном бою?

И все же, несмотря на уверенность японских моряков в бездействии противника, радиотехнические средства работали непрерывно. Но маломощная РЛС обнаружения воздушных целей OPS-14G десантного корабля имела ничтожную дальность действия по сравнению с радарами эсминца, и именно на борту "Сетоюки" первыми обнаружили приближение незваных гостей, немедленно оповестив остальные корабли.

-- Две воздушные цели, - сообщил радист, приняв короткое сообщение с эскадренного миноносца. - Приближаются с юго-запада на малой высоте!

-- Боевая тревога!

Рев сирены, наполнивший тесные отсеки и переходы десантного корабля, заставил моряков, бросая все, кинуться на посты, а солдат, набившихся в кубрики, будто шпроты в банку, оцепенеть от страха. Совершенно беспомощные здесь и сейчас, несмотря на всю свою выучку и боевой дух, против мчащихся к эскадре быстрее звука вражеских самолетов, они могли лишь ждать и молиться о чуде.

Тревогу сыграли и на эсминце, изготовившем к бою свой ЗРК "Си Спарроу", способный бороться с воздушным противником лишь на малой дальности. Устаревший эсминец был едва ли способен вести бой с действительно сильным противником, но его экипаж был полон решимости дать достойный отпор. Готовились к отражению атаки и на борту "Кунисаки". В сторону приближавшихся чужаков развернулись связки стволов зенитных автоматов "Вулкан-Фаланкс", единственного оружия самообороны грузного транспорта.

Пара истребителей Су-27 российских ВВС "выскочила" из-за Курильских островов, на сверхзвуковой скорости помчавшись наперерез медленно ползущей по океанским просторам японской эскадре. Размещенные на островах станции радиотехнической разведки уловили излучение многочисленных японских радаров, и теперь русским пилотам предстояло, рискуя жизнями, провести доразведку целей, выяснив, что именно обнаружили "слухачи". Отделявшее их от вражеских кораблей расстояние самолеты преодолели за несколько минут. Специализированные разведывательные самолеты вроде Ту-142М, которых в составе флотской авиации оставались считанные единицы, были слишком уязвимы в небе, где хозяйничали японские ВВС, и для разведки пришлось использовать истребители, способные постоять за себя.

"Сухие", большая часть узлов подвески которых была занята подвесными баками, серьезно увеличивавшими дальность действия, вынуждены были вплотную подлетать к обнаруженной цели, поскольку единственным средством разведки были глаза самих пилотов. Визг систем предупреждения об облучении СПО-15 наполнил кабины, оглушая летчиков, но те, даже зная, что оказались на прицеле, не изменяли курс, упрямо идя на сближение. Корабли, за кормой которых протянулись пенные полосы кильватерных следов, стремительно вырастали в размерах, по мере того, как русские самолеты снижались, пронизывая обтекателями клубившиеся над океаном облака.

С грохотом и ревом истребители на бреющем полете промчались над волнами, направляясь к горизонту. Палуба японского эсминца озарилась яркой вспышкой, и вслед самолетам взмыли одна за другой, две зенитные ракеты RIM-7.

-- "Седьмой", внимание! - Командир пары вышел в эфир, остерегая своего ведомого. - Ракетная атака! Разворот девяносто градусов! Сбросить ложные цели! Форсаж!!!

Пилоты одновременно рванули на себя рукоятки управления, и их истребители, задрав заостренные носы в зенит, легли в крутой вираж, так что от перегрузки потемнело в глазах, а тела налились свинцом, и каждое движение требовало колоссальных усилий. Позади Су-27 в небе рассеялись мерцающие облака дипольных отражателей - полосок фольги, о которые разбились импульсы РЛС управления огнем японского корабля, подсвечивавшие цели ракетам "воздух-воздух". Лишенные целеуказания, обе ракеты, продолжая полет по прямой, промчались далеко в стороне от русских истребителей, из сопел турбин которых вырвались длинные языки огня. С легкостью преодолевая звуковой барьер, Су-27 легли на обратный курс. За несколько десятков секунд, проведенных вблизи противника, русские летчики успели увидеть достаточно, и теперь спешили передать добытую немалым риском информацию своему командованию, которое точно знало, как ею распорядиться.